Чтение онлайн

– Ну да, ну да, - Майя откровенно забавлялась.
– Простите, Рудольф, я сказала ещё не всё. Три часа назад я сделала себе инъекцию препарата, убивающим плод в матке. Сейчас вещество уже в крови. Антидот находится на Арбинаде. Что это за вещество, я не знаю. Вы, конечно, можете доставить меня на Базу и попытаться сделать анализы. Но вы не успеете этого сделать: плод умрёт раньше. После этого профессор Бромберг делает публичное заявление на ту тему, что этот препарат ввёл мне сотрудник КОМКОНа, обманом. И объясняет, почему и зачем. Начинается скандал. Я, конечно, не буду ничего комментировать - иначе вы потребуете проверки на детекторе лжи, или придумаете ещё какую-нибудь гадость. Но моего молчания будет достаточно. КОМКОН и так не любят, а убийство плода во чреве матери - это образцово-показательная гадость, в которую охотно поверят - по крайней мере некоторые... Зато к Арбинаде будет привлечено всеобщее внимание. Я тем временем напишу о попытке разорения ни в чём не повинной планеты. И постараюсь распространить эту информацию как можно шире. Учтите, я не блефую.

Сикорский поднял голову и внимательно посмотрел на Майю. Та вернула ему взгляд.

Наконец, функционер отвёл глаза и что-то пробурчал под нос по-немецки. Снова склонился к компьютеру.

– Это настолько глупо, что даже не смешно, - в конце концов заявил он.
– Ты просто не понимаешь, что такое КОМКОН. Нас нельзя шантажировать содержимым дамского животика. Что касается Бромберга, он знает, где надо остановиться. Если бы эта планета была нам нужна...

– В том-то и дело. Вам ведь не нужна эта несчастная планета. Вы решили её сломать не потому, что она как-то мешала вашим вселенским планам. Вам, лично вам, Рудольф, нужна была галочка: у вас что-то получилось, а результат можно представить начальству как положительный. Для вашей конторы он, впрочем, и есть положительный: лет через десять Арбинаду уже можно будет брать в разработку. То есть послать прогрессоров - спасать планету от ужасов феодализма и выводить её к свету... Но скандал вам тоже не нужен, Сикорски. А это будет скандал - грязный, мерзкий, публичный скандал, от которого вы не отмоетесь. И знаете что? Мне почему-то кажется, что ваше начальство не станет вас покрывать. А сейчас, простите, мне нужно домой. Пора вводить антидот. И ещё надо связаться с Бромбергом и дать отбой. Старик будет очень недоволен. Ему ужасно хотелось с вами повоевать как следует.

– Стой. Ты хочешь сказать, что собираешься на Арбинаду? Ты думаешь, что ты победила?

– Ещё нет, - вздохнула Майя.
– Я думаю, вам полагается небольшая моральная компенсация.

Она подошла к нему, встала на колени и расстегнула ширинку.

Через несколько минут Рудольф Сикорски счастливо замычал.

– Хотите ещё?
– спросила Майя, вытирая губы.
– Только давайте быстрее: мне и в самом деле пора.

– Что значит "побыстрее"? Тебе что, противно?
– скривился функционер.

– Да нет, ничего, - женщина сделала гримаску.
– С профессором Бромбергом в этом смысле куда больше возни...

Сикорски откинулся на кресле и захохотал.

Она подождала, пока тот отсмеётся, после чего снова склонилась над мужскими коленями. На этот раз прошло минут пять, прежде чем функционер спустил.

– Я ещё ничего не решил, - заявил он, заправляя рубашку в брюки. Пока я откладываю рассмотрение этого вопроса. А у тебя будут проблемы, если ты и в самом деле собираешься рожать этого своего ребёнка. Понадобится помощь в оформлении документов - если ты хочешь, чтобы его признали землянином...
– он сделал многозначительную паузу.
– Да, и передай Бромбергу...
– Сикорски почесал нос, подбирая ругательство позаковыристее, потом махнул рукой.
– Хотя не надо... Ладно, гуляй. Где тут нуль-Т, не забыла? Да, кстати. Хочешь принять ионный душ? Там рядом кабинка, зайди.

– Спасибо, Рудольф, что предложили мне помыться, - Майя криво усмехнулась.
– Но на Арбинаде я привыкла к...
– она чуть покатала на языке слово, - к другому уровню комфорта в области гигиены. Что касается ребёнка, я намерена поговорить с профессором Бромбергом. Думаю, он согласится посетить планету и провести все необходимые формальности. В этом вопросе я доверяю ему больше, чем вам.

– Вот как? Тогда пошла отсюда, - функционер счёл себя уязвлённым. Fort har ab!
– прикрикнул он на неё.

– Auf Wiedersehen, - сухо сказала женщина, закрывая за собой дверь.

Малая Гряда, третий остров, селение Антор. 246-й год, 231-й день.

– Олле, друзья мои!
– Антор поймал себя на том, что немного растягивает гласные, пытаясь придать своей речи хоть сколько-нибудь торжественности. Получалось не очень: голос предательски дрожал.

Зал был полон. Молодой домин заметил компанию приятелей широкоплечего Турна, Орма, Тима, Эльхаса и прочих: они держались вместе, тихонько переговариваясь.

Рядом с Турном, незаметно держась за его руку, стоял старый Сеназа, всё-таки прибывший на праздник, несмотря на годы и нездоровье. Мало того, упрямый старец не желал нарушать обычаи и упорно отвергал все предложения присесть. Поэтому с другой стороны его деликатно поддерживал под локоть жрец Хаом.

Дом Конд в блестящем сером плаще что-то рассказывал на ухо госпоже Эстре. Рядом какие-то молоденькие девушки зачарованно слушали жреца Хингра. Антору подумалось, что великий демагог охотно произнёс бы эту и эту речь за него.

Госпожи Миу Гонгурской было не видно - похоже, она скрывалась среди женщин. Потом Антор всё-таки зацепил её взглядом. Она стояла у стены и что-то объясняла старообразному человеку на редкость неприятной наружности, одетому в нечто серое и бесформенное. Скорее всего, очередной скоробогач с каких-нибудь островов, с непонятной для самого себя неприязнью к незнакомцу подумал Антор. Наверное, хочет заказать Миу ребёнка. Теперь, когда она родила сына для Антора Великодушного, у неё, небось, отбою нет от предложений. Но этот человек... Тот же Сервин, да не изгладится память о нём, никогда в жизни не стал бы так одеваться.

Бромберг, вспомнил он. Перед самыми родами Миу говорила о каком-то Бромберге, он ей был зачем-то нужен... Наверное, это он и есть. Ну да это её дела.

– Олле, друзья!
– повторил Антор, дожидаясь, пока стихнут разговоры. Сегодня я хочу объявить о...
– голос его дрогнул, - о своём первом сыне. Он был рождён три дюжины дней назад госпожой Миу от моего семени. Я не знаю его будущего, но надеюсь, что его ум и способности позволят ему когда-нибудь стать новым домином Антором, когда моя жизнь подойдёт к концу...

– Счастливое соединение, золотое потомство!
– слабым, дрожащим голосом крикнул дом Сеназа. Зал радостно подхватил клич, так что Антору пришлось долго дожидаться тишины.

– Ребёнок был рождён госпожой Миу Гонгурской, от её крови и жизненной силы. Да будет он достоин благородной матери!

Раздался шорох платьев и шум одежд: все оборачивались, чтобы посмотреть на Миу.

Та горделиво выпрямилась, вкушая заслуженный триумф.

Малая Гряда, третий остров, селение Антор. 262-й год, 19-й день.