Разведенцы
Шрифт:
Ей понравилось, как он держался – спокойно и естественно, с уверенностью мужчины, которой умеет ждать и брать своё. Она с ним чувствовала себя и желанной, и защищенной одновременно. Что ещё нужно женщине? Это и есть самое важное.
И с того дня завертелся роман – красивый и возвышающий над обыденностью. Виктор сразу дал понять, что это не интрижка, а постепенное соединение двух половинок в единое целое. В общем-то, всё развивалось как у многих, типичная история, сюжет, известный со времен Адама и Евы, с той лишь только особенностью, что Виктор состоял в разводе, то есть новоявленная Ева, жена в полном смысле, у него была не первая, а под номером два. Впрочем, они никогда не обсуждали свой прошлый интимный опыт и былых возлюбленных, и никому малодушно не перемывали косточек. Виктор сразу заявил ей: «Есть ты и я. Больше никого никогда не было». Эта простая формула Алю вполне устраивала. Ей он тоже не задавал глупых вопросов, не пытался ревниво сравниваться с кем-то ещё, кого она знавала. Он стал ей мужем и самым лучшим другом. Виктор настолько заполнил собой пространство вокруг Альбины, что все её замыслы, желания и поступки всегда соотносились с его интересами и привычками. Она сама у себя оказалась на втором плане, но нисколько не тяготилась этим, потому что муж любил её и оберегал от невзгод. Она была за мужем. В смысле – за стеной.
Никто из родственников Виктора тоже не предпринимал попыток раскрыть Але подробности его прошлой жизни. Девушку приняли в семью, а Лара так и вовсе стала ей добрым ангелом и подругой.
Лара. Она многое познала, но всегда придерживалась единственно верного пути. Она не была праведницей, но почти всегда ощущала, как будет правильней поступить. И отношения их не были безмятежно идеальными, Лара иногда утомляла, но была нужной, просто необходимой, и даже искренне любимой Альбиной.
Было у Ларочки своё времечко, когда она дала себе волю, распустила поясок, но Бог или Высший Разум, тот самый, кого люди называют Всевышним, основательно пугнул её, наслав серьёзную болезнь. Она стойко и очень достойно справилась с испытанием, пролечилась и помудрела ещё больше. Обретённой житейской мудростью она осторожно делилась, чтобы не очень-то докучать и не выглядеть назойливой всезнайкой.
Але не терпелось описать Ларе драму в кафе «Венеция», обсудить с ней вопиющие подробности и свои эмоции, а потом, как водится, плавно перейти к личному сюжету. Вдруг старшая сестрица уже беседовала с младшим братцем Витюшей, и у неё появились свежие сведения о вероломном беглеце? Рука так и тянулась к телефону, но Лара с мужем проводили субботу с друзьями, и Але пришлось терпеливо ждать, когда золовка сама ей позвонит. Ведь Лара обязательно должна была выйти на связь, чтобы рассказать о первом опыте катания на частном катере по реке – Альбина не сомневалась в этом.
Разговор состоялся поздно вечером. Альбина слушала Лару и терпеливо ждала своей очереди.
– А что я теперь расскажу! – по-девчоночьи начала Альбина. – Я тут в ближайшем кафе обед себе устроила. И что видела – с ума сойти!
Она старательно и даже весьма артистично изложила банкетную историю, которую ей ненароком выдалось подглядеть. Лара слушала так, как умела только она. Краткие уточняющие вопросы Ларисы органично вплетались в канву рассказа, отчего образовывалось ещё больше сочности и выразительности. Персонажи делались объёмными, реальными, почти близкими и понятными.
– Ну, что же бывает, – философски резюмировала золовка в конце повествования. – А вообще, я бы сказала, что та тётка устроила показательные выступления. Ситуация типовая, да не каждый решится вынести сор из избы.
– Как ты думаешь – они разведутся? – спросила Аля.
– Кто их знает, – задумчиво сказала Лара. – Пятьдесят на пятьдесят. Ведь примерно половина браков распадается. Хватит ли запала у этой отчаянной дамочки? Это ведь непросто – развод затеять!
– Лар, ты чего-то не такая какая-то, – Але послышались в голосе Лары странные минорные нотки. – Устала? Укатали тебя?
– Ну, да есть немного, – призналась Лара. – А ещё…. Мне тут полчаса назад одна приятельница позвонила. Сообщила кое-что…
– Про Виктора?! – выпалила Альбина.
– Нет-нет, не про Витю, – быстро ответила Лара. – Ты, Алечка, ни о чём другом думать не можешь, а ведь кроме Вити в мире есть и иные люди.
– Ну, и что же тебе сказала твоя приятельница? – разочарованно спросила Аля. Ей, конечно же, было важнее всего выудить информацию о своём пропавшем муже.
– Помнишь Леонида Ускова? – спросила Лара с особенной чувственной интонацией.
– Помню. Как не помнить!
– У него внук родился, – сообщила Лара.
Леонид Усков. Так звали мужчину, с которым у Ларочки существовала особая связь, который сумел добиться благосклонности этой разумной, не авантюрной женщины, но, заполучив дар судьбы, он не смог им красиво распорядиться. Лара сама свернула невнятные отношения, законсервировала бесперспективную интригу и наложила печать «Совершенно секретно. Хранить вечно». Альбина знала некоторые подробности этой истории и свято оберегала Ларочкины женские тайны. Им обеим было ни к чему попусту волновать весь семейный клан. Ларочкин объект оказался слабоват, хотя и очень хорош собой. Ведь внешняя красота не исключает малодушия. Не тот мужик был этот Усков, ради которого сметают все преграды и идут по головам своих близких. Да и Судьба пригрозила Ларисе пальчиком – мол, не смей рыпаться! Время сгладило остроту событий, и издали всё уже виделось игрушечной бурей в стакане воды. Так, по крайней мере, думалось Але.
– Лара, а что тебя огорчило? – искренне изумилась Альбина. – Ну, внук. Это нормально. Это жизнь.
– Понимаешь, у него жизнь продолжается. Но без меня, – иронично усмехнулась Лара. – Всё у него хорошо! Семья, дети, и даже внуки уже пошли! Наверно гуляет с женой по магазинам и выбирает щедрые подарки. Как представлю, так вскипаю!
– Ларочка, подожди-подожди! – воскликнула Аля, опять удивившись огорчению Лары. – А разве ты хотела бы иметь с ним общих внуков? Или хотела бы, чтобы его жизнь без тебя развалилась на мелкие куски? Ведь ты не собиралась ломать свою семью ради этой вспышки страсти под названием Лёнчик!
– Нет, не собиралась. Ни одной минуты не собиралась. А вот как представлю, что они ходят с женой под ручку, такие счастливые бабка с дедкой, так чего-то тошно становится, – откровенно заявила Лара. – Глупо, знаю. Пройдет. Но пока тихо страдаю. Ревную его. Живёт без меня, не тужит, делает ремонт в квартире, обновляет мебель, ездит на курорты в Турцию. Любит он эту Турцию за ленивый пляжный отдых и полную беззаботность! Это в его характере – беспечность. Возможно, и там бабам глазки строит, интересничает, флиртует. Он моложавый, подвижный, ещё долго будет нравиться. А ведь когда-то говорил, что ему меня потерять, всё равно, что руку отрубить…
– Ой, господи ты, Боже мой! Как тривиально звучит! Он и однорукий скакал бы козликом! Он подвижный, ты это точно подметила. Да твой Дима лучше этого смазливого Ускова в тысячи раз! – возмутилась Альбина.
– Конечно лучше, потому я живу с Димой, а не с ним, – размеренно произнесла Лара. – Но ведь ты знаешь, случается такое совпадение с мужчиной, когда каждая клеточка звенит от счастья. Это какие-то краткие мгновения, но они настолько сильные, неповторимые, что всё остальное меркнет. Остальная жизнь ровно течёт, как тихая река, обтекает тебя, омывает, утешает. Но вдруг ворохнется что-то в подсознании, и является тебе видение – вы с ним на островке, вдвоём, и тебе не важно, достойный он или нет. Ты просто вдыхаешь его запах и чувствуешь прикосновения. И я так и не поняла, что по жизни грешно – отказаться от запретного плода или принять как дар, раз выпало.