Чтение онлайн

— Да? — играючи ответила женщина. — Так чего на солнце стоять, пойдемте в хату, я вас чаем угощу.

— Извините, Валентина?..

— Да просто Валентина. Я еще не так стара, чтобы называться по отчеству.

— Извините, Валентина, — представившись, продолжил Крабов, — это вы первой увидели незнакомцев?

— Получается, я.

— Как это произошло?

— Черт, парит-то как, может, действительно в хату пройдем, товарищ капитан? — вытер платком лицо Гулеба.

— Давайте на крыльцо. Нам сейчас не до чаев.

Поднялись на крыльцо, и Валентина присела напротив мужчин, продолжая смотреть на офицера.

— Вы на старые доски внимания не обращайте. Некому заменить, мужика-то в доме нет.

— Валька, давай по делу! — оборвал ее Гулеба.

— Ну, по делу так по делу, — вздохнула она. — Вчерась, значит, я, как жара спала, вышла во двор клумбы полить. Стою, поливаю, по сторонам смотрю, а старая ферма как раз из палисадника хорошо видна. Ну, и вижу, как от силосной ямы ко второму коровнику трое мужиков идут. Не гурьбой, один за другим. Подумала, откуда они взялись? Из соседнего хутора пешком далековато будет, а шума машин слышно не было. Я шланг положила, так, чтобы сверху цветы заливались, и подошла к калитке.

— Это к той, что справа? — спросил Крабов.

— Другой тут нет.

— И что дальше?

— А ничего. Троица за коровник зашла, а может, и в здание, и все. Ну, постояла я немного, воду выключила и к нему пошла, — кивнула она на Гулебу, — рассказать, что видела. Степан вышел, а следом Варюха его. Ох, и ревнивая баба, к столбу приревнует. На меня же давно, как муженек на заработки уехал, да так и не вернулся, косо смотрит. Боится, наверное, что соблазню Степана.

— Чего ты несешь, Валька? Варя так просто вышла.

— Ага! На дойку вечернюю она тоже так просто бегает, да?

— Так, Степан Сергеевич, Валентина, — остановил перепалку Крабов, — лучше в своих личных делах разберетесь без меня. Скажите, Валентина, сколько было времени, когда вы увидели неизвестных?

— Точно не скажу, но где-то между 10 и 11 вечера. По телевизору как раз новости по НТВ шли.

— Хорошее у вас зрение.

— Не жалуюсь. Я вообще женщина здоровая.

— Это заметно. У неизвестных было при себе оружие?

— Чего не видела, того не видела.

— После Степана Сергеевича к себе пошли?

— А куда же еще? У нас тут клуба нет, да и кавалеров тоже. Глухомань, в общем. А для одинокой женщины так вообще тоска смертная. Думаю хату продать и в город податься. Или в станицу. Все веселее будет, да и, глядишь, кто-нибудь пригреет.

— Тьфу! — сплюнул на землю Гулеба. — Кто о чем, а баба о мужике.

— А ты не плюйся, Степан, тебя бы на мое место. Хотя вам, мужикам, все нипочем. Нет бабы, самогона полно.

— У вас так всегда? — покачал головой Крабов.

— Как? — вскинула на него удивленный взгляд Валентина.

— Как сейчас.

— Да нет, — ответил Гулеба, — это она при вас хвост распушила, да и то понять можно. Одной на самом деле жизнь не праздник.

— Ладно, — проговорил капитан, — еще один вопрос, Валентина.

— Да ради бога, сколько угодно.

— Вы наверняка из дома или со двора, вернувшись от Степана Сергеевича, смотрели за старой фермой.

— Смотрела. И собаку с цепи спустила. Меня, кроме пса, защитить некому.

— Понятно. Что еще видели?

— Ничего. Те трое как вошли на старую ферму, так там и остались.

К крыльцу подошел мужчина лет пятидесяти. От него тянуло жутким перегаром.

— Здоровеньки всем. Колька сказал, что нужен я?

— Опять с утра нажрался? — скривился Гулеба.

— Самую малость, начальник, для поправки здоровья. Из больного какой работник?

— Вы скотник? — повернулся к нему Крабов.

— Так точно. Басов Михаил Петрович. Или Михай. Меня на хуторе больше Михаем кличут, а я ничего, не в обиде.

— Вы тоже, Михаил Петрович, видели троих на старой ферме?

— Не-е. Одного. Я встаю рано, потому как ложусь тоже засветло.

— Конечно, если уже к пяти часам вдрызг, — усмехнувшись, заметила Валентина.

— Ты, Валька, напраслину не гони! Да, выпиваю, а кто нынче не пьет? Вот тока Степан. Так у него семья, хозяйство, а у меня что? Ни жены, ни детей, выходит, и радости никакой.

— Вы, Михаил Петрович, не отвлекайтесь. Значит, видели одного постороннего мужчину, который был вооружен автоматом, так?

— Да.

— Во сколько и где вы его видели?

— Так часов в шесть, на старой ферме.

— Где именно на ферме?

— На углу ближнего коровника. Того, что у навозной кучи. Правда, куча та давно бурьяном заросла.

— Сам где находился в это время?

— На работу шел. Тут недалече. Как раз за усадьбой Степана и увидел чужого мужика.

— Он вас тоже видел?

— Наверное. Потому как сразу ушел за коровник.

— И это было примерно в шесть часов утра?

— Ну, может, минут пятнадцать седьмого, я еще за пузырьком к одной бабке заходил. Но не позднее, потому как полседьмого был уже на работе. А когда Степан подошел, то и ему рассказал о мужике.

— При нем точно был автомат?

— Ну, автомат али ружье какое, сказать не могу. Но оружие было. Точно.

— А как по-вашему, Михаил Петрович, что могло заинтересовать на старой ферме трех вооруженных мужчин?

— Ума не приложу, — пожал плечами скотник. — Может, искали чего?

— Ага! Клад, — вновь усмехнулась Дунина, — сундук с золотом.

— Не умничай, Валь, — оборвал ее Гулеба.

— А позже неизвестных кто-нибудь видел? — спросил, поднимаясь, Крабов.

— Сообщений не поступало, — ответил Гулеба. — Я, как положено, позвонил в полицию, людей о чужаках предупредил, а тут вы подъехали.