Чтение онлайн

Бедняга. Она втянула его в эту историю.

Капитан сидел на корточках у очага и соскребал остатки тушеного мяса в миску. Угасающий огонь как бы окружил его ореолом. Кейт улыбнулась. Конечно, он не праведник. Тем не менее хороший человек. Да, он хороший. Кейт жила в этой роте больше года и видела, как Чарльз заботится о своих солдатах. Временами это выглядело грубо. Он мог быть суровым, когда требовалось, но все равно оставался заботливым.

Кейт опустила одеяло и повернулась к малютке. Нужно экономить пеленки. Кейт осторожно развернула его и положила сложенное полотно между ножек, сверху еще кусок материи и завязала с каждой стороны. Она часто пеленала других детей, но ее малыш был такой крошечный и хрупкий, что ей было страшно. Ей очень хотелось, чтобы какая-нибудь женщина из лагеря была здесь и давала советы.

Может быть, Мед Фулли, у которой недавно родился ребенок. Или Рыжая Джесс, у которой было десять детей и которая часто выполняла обязанности повивальной бабки. Эти женщины здесь, в полку, были ее подругами. Хотя дома, в Эйлсбери, Кейт перешла бы на другую сторону улицы, чтобы избежать встречи с ними.

Мед и Джесс страшно бы ее отругали за эту опасную затею. К счастью, пока все шло хорошо: она и ее младенец были живы.

Капитан принес еду. Возможно, им не надо было венчаться. Кейт сожалела, что поймала Чарльза в ловушку. Но теперь ребенок не был незаконнорожденным.

Молодая мама положила ребенка на постель, взяла миску и тихо поблагодарила капитана.

Он сел у ее постели по-турецки — поджав ноги.

— Осталась только корка хлеба и совсем немного мяса.

Кейт проглотила кусочек.

— Вкусно.

— Не очень много еды после всей этой работы. Неудивительно, что роды называют трудом.

— Знаете, я голодная как волк.

Кейт быстро проглотила все, что ей принесли, и, конечно, не наелась. Она хорошо понимала, что должна быть благодарна даже за эту еду. С продовольствием в армии было очень плохо. И если сегодня солдаты ели мясо, то скорее всего кто-то из них подстрелил зайца.

Кейт снова заглянула в кухню. Теперь спал даже мистер Райтуэлл.

— Вы, наверное, устали, — прошептала она капитану.

— И вы тоже, — так же тихо сказал он.

— Немного. После всего, что произошло, мне кажется, я еще долго не успокоюсь.

Чарльз кивнул головой.

— Как после сражения. Я по себе знаю. Но стоит вам положить голову на подушку, вы тут же уснете. Ложитесь, и, если вы не возражаете, я буду здесь, около вас. Вдруг ночью вам что-нибудь понадобится.

Было ясно, что он не станет отдыхать, пока не уснет Кейт. Она легла на свою комковатую постель и закрыла глаза, услышала, что Чарльз пошевелился, и украдкой взглянула на него. Капитан завернулся в плащ. Он лежал почти рядом с ней. Казалось, он заснул.

Кейт повернулась и посмотрела на своего спящего малютку. Нежное маленькое личико: круглые щечки, крошечный носик и закрытые глазки. Каким он будет. Когда вырастет?

«Как я хотела бы, чтобы капитан был твоим отцом».

Кейт положила малютку между собой и Чарльзом. Она жалела, что нет колыбели, в которой можно было уютно устроить младенца. Она боялась задавить его во сне, хотя женщины в лагере заверяли ее, что такое происходит редко. Если бы Кейт была пьяной — тогда другое дело.

Спящий капитан выглядел менее грозно. Кейт всегда поражали его глаза. А сейчас она увидела, что у Чарльза необыкновенно длинные темные ресницы. Его волосы тоже были темными. Одна прядь упала ему на лицо. Кейт вспомнила, что, когда она рожала, Чарльз ласково гладил ее по голове. Ей захотелось тоже погладить его, но она не осмелилась.

Она не была Кейт Храброй. Она была Кейт Феллоуфилд Данстебл, очень порядочной дочерью Августа Феллоуфилда Данстебла, эсквайра Эйлсбери, «поставщика книг, брошюр и канцелярских принадлежностей». Сейчас Кейт вдруг захотелось оказаться дома. Она чуть не расплакалась.

Кейт постаралась отмахнуться от этих горьких мыслей. Ей все-таки очень повезло сегодня. Никому и в голову не могло бы прийти, что такой человек, как капитан, способен помочь при рождении ребенка. А если бы она попала не сюда, а в какую-нибудь другую роту? Кейт откинулась на подушку. Роды были самым странным, самым сильным переживанием в ее жизни. Но когда она подумала о том, как выглядела, какие звуки издавала, — ее бросило в жар.

Неудивительно, что мужчин к этим делам не допускают.

Вдруг кто-то заскулил. Щенок? Здесь? Нет, это же ее малыш.

Кейт взяла его на руки.

— Ш-ш-ш…

— Что это? — сонно спросил капитан.

— Он, наверное, хочет есть.

— Угу.

Кейт обнажила грудь и снова попыталась помочь младенцу ухватить сосок. Малютка после нескольких попыток взял сосок в рот. Кейт чувствовала, как младенец сосет, и радовалась, что он не плачет и ест с удивительной силой и уверенностью.

Раздался храп. Кейт взглянула на капитана. Тот уже снова заснул. Определенно, женщина и младенец ему немного надоели.

Вскоре и Кейт, и ее малыш тоже заснули.

В следующий раз, когда малыш разбудил свою маму, капитан приподнялся, протирая глаза.

— С лошадьми намного легче. — Он говорил шепотом, чтобы не разбудить своих солдат.

— Простите, я не расслышала! — сказала Кейт. Младенец уже приник к ее груди.

— Жеребята находят свою мать, не требуя к себе внимания. И от них так не воняет.

Кейт не понравились слова капитана. Ребенок есть ребенок. Она резко сказала:

— От немытых мужчин запах еще хуже.

Малютка поел и снова крепко заснул. Кейт положила его на постель и попыталась встать.

Теннант немедленно заставил ее лечь обратно.

— Что вы, черт возьми, делаете?

— Мне нужна вода, чтобы его помыть.

— Лежите, я принесу. Я вчера оставил кувшин у огня. Думаю, вода будет теплой.

Чарльз принес миску с водой и свечку. Кейт поблагодарила его, но добавила:

— Я думаю, мне не нужно лежать в постели.

— Тогда почему это называют «послеродовое состояние»?

— Как вы, оказывается, много знаете! — Кейт начала мыть и переодевать ребенка. — Но вы правы, обычно женщины действительно несколько дней лежат в постели. А их подруги и родственники бегают туда-сюда: принести то, отнести это. И обстановка, конечно, не такая… опасная.

Чарльз провел рукой по лицу.

— Господи, конечно. Мы должны увезти вас отсюда. Однако, хотел бы я знать, как это сделать. если не найдем телеги, вам придется идти пешком.