Чтение онлайн

После часа осторожного, с прихотливыми изгибами, бега мы наконец-то вышли на берег пруда.

— Вода в пруду — чистая, пригодная для питья. А вот из фонтанчика пить ни-ни. Можете отдохнуть вон там, под ивами. Это штатное место привала сменного состава операторов.

Я подумал, что на прохождение всей полосы препятствий, на которую у нас ушел час с лишним, оркам времени потребуется гораздо больше. И потери будут немалые. Я вошел в беседку и активировал Око Лесов. Развернулось что-то вроде голографической карты местности с отметками ловушек (большей частью, увы, отключенных), друзей (три наши отметки) и врагов. При взгляде на последних стало плохо. Три отряда по полусотне голов в каждом, а то и больше. Один шел прямо за нами, а два изо всех сил рвались параллельными курсами. Стало понятно, почему наши преследователи не слишком торопились: они ждали, пока мы будем окружены. В то же время, уповая на гораздо большую выносливость уруков по сравнению с людьми, они старались не дать нам отдохнуть.

И стало очевидно, что орки ломятся вслепую: левый отряд продирался через многочисленные живые изгороди, каналы и ловушки, следуя почти параллельно проходившей метрах в ста пятидесяти правее их маршрута хорошей дороге. Но при этом погоня шла прямо на нас, как на сигнал маяка.

Маяка! Может ли шаман орков чуять тот кошмарный бубен, который лежит у меня в рюкзаке? И если может, то что с этим делать? Вариант «выбросить» не предлагать.

Эх, жаль, что моего уровня допуска недостаточно, чтоб включить все оборонительные системы поселка в режим «осада»! В таком случае полторы-две сотни орков не представляли бы вообще никакой угрозы. Но хоть я и «друг леса», но отнюдь не эльф. Смотреть мне можно, управлять — увы. По крайней мере, через пульт, при непосредственном контакте большинство ловушек мне подчинялись. Но есть и хорошая новость: уловив наличие оператора в беседке и распознав наличие врагов, включилась оборонительная система этого поста и частично — система обороны сектора. Увидев, как погоня очутилась в лабиринте из плотоядных кустов, и прикинув скорость их приближения, а также количество активировавшихся ловушек на пути, я, не отключая систему, позвал двурвов.

— Так, у меня две новости: хорошая и плохая. Начну с плохой: за нами идут три отряда орков общей численностью чуть меньше двух сотен. Они могут узнавать, где мы, и пытаются окружить. А хорошая — пока они прорубаются через эльфийские гостинцы, у нас есть часа два на отдых. А потом посмотрим, сколько останется орков и что делать дальше.

Снова пожевав «орденских кирпичей» (осталось еще на один раз) и запив водичкой из пруда, двурвы отправились спать под ивы, а я остался в беседке, чтоб система не отключилась в отсутствие дежурного оператора. Сел в уютное, сплетенное из живых побегов кресло и постарался устроиться поудобнее. Уснул, едва успев настроить сигнал тревоги на достижение орками определенного рубежа — если они ухитрятся сделать это быстрее, чем я думаю.

Уснул только для того, чтобы оказаться около странного костра, похожего на выхлоп реактивного двигателя, закопанного в скалистую равнину. Уставший мозг не хотел работать — только этим могу объяснить то, что чуть было не ушел отсюда при помощи Спутника. Но потом спохватился. Орки в первый день потеряли нас — я думаю, просто ловили между Храмом и ближайшими городами, к западу и северо-западу от места боя, а мы уходили на юг, немного склоняясь к востоку. Во второй день они шли за нами как привязанные. Если это и правда связано с тем, что к погоне присоединился колдун, способный ощущать бубен, то хорошо бы избавиться от этого «жучка». А разве есть место лучше этого? Например, оставить бубен около щита. Кстати, надо бы посмотреть, не прибавилось ли записей?

На щите оказалось нацарапано послание от некоего друида. Третий ролевик, для которого отыгрыш оказался дольше планируемого, — и третий мир. Довольно размашисто написано, надо сказать, так скоро место закончится, щит далеко не ростовой. С другой стороны, по сравнению с Аленой, которая даже не поленилась стихи про кольца власти царапать… Вот, спрашивается, зачем? Хочешь что-то сказать — скажи (или напиши) прямо, а если просто «для красоты», то это клиника.

Я призадумался. Арагорн проговорился (или дал знать?), что вмешался в процесс Переноса, чтобы собрать какую-то команду. А потому вряд ли он стал бы брать совсем уж «блондинку из анекдота», способную потратить изрядную площадь щита для украшательства. Значит — намек. На что, надо думать отдельно, выспавшись. Но понятно другое — если пишет намеками, то боится чужих глаз, а значит, просто так бросать здесь бубен не стоит. Отдать бы кому, чтоб в другой мир унесли этот мой «чемодан без ручки».

Я вернулся к костру. Посидел немного, раздумывая над идеей бросить бубен в костер. Тут мое внимание привлек странный розоватый отблеск в тумане. Вот между его прядями, метрах в сорока, стала различаться человекообразная фигура. Она двигалась довольно медленно, как будто не видела, куда идет. Пройдя еще метров десять, неизвестный, казалось, заметил костер и двинулся на свет. Неужели этот туман выглядит по-разному для попавших в него?

Чем ближе подходил к костру новый гость, тем отчетливей я его видел. В руке у него было что-то вроде противотуманного фонарика с красным светофильтром. Еще несколько шагов — и я вижу незнакомца более отчетливо. Человек в плаще, покрытом не то листьями, не то перьями, с посохом, на плече не то сова, не то чучело совы. Кстати, источником света оказался перстень на пальце, который с выходом хозяина к костру стал светить гораздо слабее. Тот самый друид или?.. В любом случае моя задача — как-то уговорить его унести этот клятый бубен.

Что интересно — незнакомец шел справа, все время был лицом ко мне, а к костру вышел точно напротив меня. Ох уж эти мне фокусы, ох уж эти мне фокусники!

— Привет, Хогвартский внук Гэндальфа! — первым поздоровался я.

— С чего бы это? — мужчина выглядел несколько удивленным. Сова на плече хлопнула глазами — живая, стало быть.

— Ну, как же. Сова на плече, волшебная палочка, — я кивнул на посох, — Нарья на пальце…

Незнакомец покосился на колечко с задумчивым видом, потом тряхнул головой и пробормотал: «Да не, ну на фиг». Я внутренне возликовал. Если он так вот влет понял, о чем речь, то он наш, землянин, из начала двадцать первого века. А судя по словам — еще и соотечественник, в широком смысле этого слова.

— Нет, к британскому фэнтези отношения не имею.

А это, похоже, ответ на мою проверку и сигнал, что он ее понял.

— Ясно. Тогда, может, друид?

— И не друид тоже, — сказал дядька, присаживаясь у костра.

— Ага, значит, на скрижали имени Алены вы еще автограф не оставляли? Во-о-он там щит лежит, полированный, а на нем — автографы.

Парень в плаще с перьями недовольно покосился на меня. Было непонятно — недоволен он потоком моих слов или тем, что приходится вставать. Потом молча поднялся и подошел к щиту. Я, помня свою попытку добраться до Арагорна, отодвинулся в другую сторону, дабы не создавать человеку сложностей. Тип в плаще склонился над щитом, читая надписи. Потом быстро сложил два с двумя и уточнил:

— А ты, стало быть, Виктор?

— Ух ты! Как догадался? Шаман, наверное?

В ответ на мою незамысловатую шуточку незнакомец не то фыркнул, не то хмыкнул.

— Именно что. Шаман. Тотем — Сова. А ты не из Техаса? — вернул он мяч.

— Нет, рейнджер — это класс, который на ролевке отыгрывал. А сейчас я — Страж Грани из одного весьма непростого, судя по всему, Ордена.

Я всеми силами старался не высказать своей радости, но она все же прорывалась наружу в виде излишней болтливости. Шаман! Шанс пристроить бубен резко вырос. Тем временем от щита раздался скрежет — дядька писал ответ. Только чем? Я не видел никакого движения, которое позволило бы ему вытащить что-то пишущее. Но не ногтем же он скребет?! Наверное, ножны на предплечье.

— Слушай, если так — то у меня для тебя подарочек! Нет, честно! Я тут недавно твоего коллегу встретил. У нас возник спор небольшой. Он считал, что я гожусь на обед, а я считал, что из него неплохой компост получится. Короче, несколькими орками стало меньше. А у меня оказались бубен и какая-то погремушка. Правда, файрболл тот шаман с этой погремушки стряхнул знатный, чуть не поджарил меня.

Шаман тем временем закончил писать и повернулся ко мне с каким-то непонятным выражением на лице. Не то усталое удивление, не то еще что-то такое. Не давая возразить, я продолжал давить: