Чтение онлайн

– Это я заметил, – спокойно сказал Аххе.

Кто-то из сотников тихо засмеялся.

– Предлагаю атаковать всеми силами в конном строю, – не обращая внимания на смешки, продолжил я. – В карьер, как кони вынесут.

Смешки мгновенно стихли, на меня посмотрели как на сумасшедшего.

– Мы конные стрелки, а не рубаки, – вскинул тяжелую бровь Аххе.

– Верно, мастер полковник, – кивнул я. – Поэтому от нас такого и не ждут. Многих свалить не успеют, в пешем порядке больше потеряем. А если окажемся над окопами, то каждый рейтар, с двумя револьверами… мы там как метлой пройдемся. Сверху.

Аххе задумался, сотники зашептались. Потом один из них, смуглый, чем-то похожий на зингара, сказал:

– Мастер полковник, может сработать. Если еще артиллерия даст пару удачных залпов, чтобы заставить в окопах пригнуться, то может получиться.

– Да и я так думаю, – чуть покачав головой, сказал тот. – Сотник Арвин, а это, может, даже хорошая идея. Попробуем.

Дальше Аххе взял все в свои руки. Соображал он быстро, карту читал как Писание, вояка был опытный. Планировалось на ходу – где развертывание, где рубеж перехода в атаку, только рубеж спешивания отсутствовал. Пушкари быстро высчитывали что-то свое, тут же раздавались приказы сотням. В общем, обычная военная работа шла. И совсем скоро поступил приказ «По коням», полковник торопился, похоже, что командование его подгоняло, да и не хотел он дать возможности противнику усилиться на этой выигрышной позиции. Из нашей разведки боем мы вынесли еще и впечатление, что противостоят нам части не самые отборные, скорее всего, из недавно мобилизованных, потому что стреляли они не слишком дружно и точно, а вот если успеют подтянуть войска получше, то нам станет от этого хуже. Так что причины для спешки были.

Развернулись за небольшой рощей, по сотням. Аххе проскакал перед строем, вместо всяких вдохновляющих речей сказал лишь кратко:

– В кучи не сбиваться, прямо на окоп не скакать, взводам менять направление через каждые пять секунд. Сотники, следите за этим, нам лишние потери ни к чему. Вопросы?

Полк молчал. Где-то звякала уздечка, где-то всхрапнула лошадь, где-то переступили копыта, люди же молчали. И тогда батареи дали первый залп. Снаряды с шелестом пронеслись над нашими головами и рванули вскоре на позициях валашцев. Затем еще залп, еще – фонтаны земли поднимались над линией окопов противника. А затем последовала команда: «В атаку – марш-марш!»

И сотни рванули в галоп. Направление для каждой было намечено заранее, по ориентирам, полк выходил из-под прикрытия рощи и сразу веером разворачивался во всю ширину фронта. Со стороны валашцев послышалась нестройная стрельба, начали спотыкаться лошади, полетели на грязную землю всадники, но не так много, не остановишь лавину из семи сотен рейтар такими потерями. Кузнец проматывает копытами ленту земли под нами, рука на рукоятке длинного рейтарского револьвера, который заряжен картечью. Ближе и ближе окопы, справа от меня и чуть сзади, как всегда, Барат – глаза прищурены, крепко сжатые зубы оскалены в злобной гримасе.

Пушки замолчали, через нас снаряды уже не перебросить, видна суета в траншеях – начальные поднимают солдат, спрятавшихся от обстрела. Но поздно уже, не больше ста шагов до них. Стрельба участилась, но потерь не прибавилось – стреляют в панике, дергают затворы, не успевают целиться. Только треск, а толку уже мало. И вот Кузнец вынес меня прямо к окопам, остановился, подчиняясь команде, и я, чуть перегнувшись с седла, двумя выстрелами свалил двух солдат – одного, пытавшегося ударить коня штыком, и второго, бросившегося удирать по окопу. Выстрелы гремели со всех сторон, несколько раз грохнули гранаты, выбивая осколками и своих, и чужих.

Рейтарские кони плясали над окопами, выстрелы револьверов косили всех, кто пытался сопротивляться или бежать. Серые мундиры валашских солдат мелькали в ходах сообщения, те пытались прорваться в тыл, но второй эшелон атакующих уже прошел вперед, лишая их возможности закрепиться. Бой закончился быстро, уцелевшие валашцы, виду крестьянского и вахлаковатого, побросали винтовки и подняли руки, сдаваясь. А рейтары быстро занимали новые позиции. Несли в тыл раненых, собирали убитых, складывали в кучи трофеи – бой закончился.

Я думал, что будет команда занять позиции и окопаться, но к нам подошел еще и конно-егерский полк, после чего Аххе погнал всех дальше, наверняка стараясь выйти на последние коммуникации валашского войска. К вечеру мы дошли до главного, Столичного тракта, сбили с перекрестка хлипкий заслон, явно не ожидавший нашего появления, и уже там начали окапываться – цель рейда была достигнута.

К утру к нашим позициям подошли дополнительные части, потом еще и еще – похоже, что барон Брангский пригнал сюда если не главные силы своей армии, то немалую их часть. Получилось как с маленьким узелком на нитке, который опустили в густой раствор соли – на нем начали нарастать кристаллы, все увеличиваясь и увеличиваясь. Войска все прибывали и прибывали, а прямо на вытянутой гряде низких пологих холмов занимали позиции валашцы. Кажется, готовилась большая битва, может, даже последняя.

Аххе считал, что каждый его подчиненный должен знать смысл тех приказов, которые он выполняет. Правильно, так любой хороший командир думает. Поэтому, в очередной раз собрав сотников, он сказал:

– Противник ищет решающей битвы. – Полковник заложил толстые руки за спину и покачивался с носков на пятки, при этом было слышно, как поскрипывают его новые сапоги. – Запасы у них тают, пополнять их в достаточном количестве не получается, время работает на нас. Войска Городов и Дикого Барона начали маневры на юге и юго-западе страны, сил на одновременное отражение у Радо Сарежского нет, единственная надежда – разбить нас по частям. Последняя карта, последний бросок костей.

Аххе оглядел молча слушающих подчиненных, кивнул каким-то своим мыслям, затем продолжил:

– Позиция у валашцев лучше, они занимают высоты. Но у нас численное превосходство, хоть и небольшое, а также мы сыты, у нас хватает и патронов, и снарядов. Место нашему полку по диспозиции отведено на правом фланге… где мы сейчас и находимся. – Он вроде как шутке ухмыльнулся. – Какие будут приказы дальше – не знаю, просветить вас не могу. Думаю, что будут такими, какие обычно дают лучшим рейтарам войска. Об этом подумайте. Идите к сотням, поговорите с людьми, пусть будут готовы. Завтра мы должны показать все, что умеем. Если все сделаем правильно, то война закончится.

Ощущение грядущей битвы висело в воздухе грозовым облаком. Даже бойцы моей сотни, вроде бы прошедшие огонь и воду наемники, были непривычно сосредоточены, в лагере не слышно ни шума, ни песен. Кто оружие чистит, кто снаряжение чинит, кто еще чем-то нужным занят. Что-то будет, скоро что-то будет.

У палатки Барат меня встретил, сказал:

– Старший, я твоего Кузнеца почистил, сияет как самовар.

– Спасибо. – Я хлопнул своего вестового по плечу. – Сам-то готов?