Чтение онлайн

– У тебя было много состоятельных любовниц, – с упреком сказала Диана, удивляясь, что подобные слова исходят из ее уст. Но пусть он знает, что она не осталась в неведении. Снискавший громкую славу граф Керлейн три года жил на широкую ногу, предаваясь увеселениям и удовольствиям, в то время как здесь, в Керлейне, перебивались с хлеба на воду. – Мне совершенно ясно, каким образом ты выполнил свою задачу. – Захлестнувший ее гнев придал ей сил. – И теперь ты оскорбляешь меня за свои же грехи? – Три года он изменял ей и развлекался, пока она здесь умирала от тоски и разлуки.

– Я привез то, что ты требовала, – повторил он. – За это отдано три года моей жизни. Теперь очередь за тобой, Диана. Выполняй свою часть соглашения.

– Мою часть? – спросила она, не уверенная, что правильно поняла его, Не мог же он… Нет, конечно, он не мог претендовать сейчас на это.

Однако он кивнул:

– Три года я жил без жены. Для мужчины это долгий срок. Я не собираюсь проводить еще одну ночь в одиночестве.

Диана посмотрела на него как на умалишенного:

– Я не стану делить с тобой постель этой ночью. Это невозможно. После всего, что ты сделал… после всего твоего бесчестья!

Он издал гортанный смешок и, скинув с плеч пальто, швырнул его в сторону.

– Мое бесчестье, – начал он, – точнее, то, что ты называешь таковым, гораздо меньше вашего, леди Керлейн. Но я не стану напоминать тебе о твоей связи с виконтом Карденом. Теперь ей конец! – С этими словами Лэд медленно приблизился к Диане. – Я не хочу, чтобы ты адресовалась к другим мужчинам ради удовлетворения своих потребностей. Любой из них.

Диана, спотыкаясь, отступала назад.

– Я не делала ничего такого, чего можно было бы стыдиться, – проговорила она. – И уж никак не с Иганом Паттерсоном.

– Я же сказал, это не имеет значения. Все это в прошлом. Приблизься, Диана. – Он чувствовал себя уверенно и спокойно. – Я намерен обладать тобой, так или иначе. Это мое право. Приди ко мне добровольно. Мне не хочется принуждать тебя силой ложиться со мной в постель.

– Надеюсь, ты не станешь, – твердо сказала Диана, – насиловать собственную жену. После всего, что ты перепробовал в Лондоне, это уж чересчур. Я удивляюсь, как ты вообще вернулся.

Ответ был прост:

– Я – граф Керлейн и твой муж.

Диана смотрела на него сверкающими глазами, не скрывая презрения.

– Ты можешь так себя называть, но суть от этого не меняется. У тебя нет ничего общего с истинным Лэдом Уокером, человеком, уехавшим отсюда три года назад.

– Верно, – согласился он. – Я уже не тот, что прежде. Но теперь я такой, каким ты хотела видеть меня. Я – граф Керлейн.

– Чужой, – прошептала она. – Я молилась, чтобы ко мне вернулся мой Лэд.

– Он пришел, Диана. – Лэд сделал еще шаг. – Ты должна по собственной воле прийти ко мне. – Он протянул руку.

Словно немая, она молча мотала головой. Он вздохнул, его рука упала.

– Тогда я возьму тебя сам, – сказал он.

Англия, октябрь 1814 года

В ту бесконечную ночь дуло так сильно, что память о ней должна была сохраниться навек. Так размышляла вконец обессилевшая Диана, поднимаясь по ступеням длинной лестницы. Ветер, свирепый и неукротимый, налетал на древние стены замка, с пронзительным воем проникал сквозь каждую щель. Провисшие балки и перекошенные двери трещали, стонали и скрипели на все лады. Керлейн был слишком стар, чтобы выражать свой протест как-то иначе. Стихия была могущественнее его. Ветер, резкий и холодный, как кинжал колол ее через тонкие одежды и будто издевался над ее усилиями плотнее завернуться в потертую шаль.

Наконец Диана достигла цели. Один Бог ведал, как она измоталась. Прошедшие сутки были полны душевных страданий и телесной боли, и ум ее совершенно притупился. Но отдыхать нельзя. Пока граф жив, ее долг быть рядом. Она поклялась до конца оставаться с ним и ни за что не нарушит своего слова. Она не отходила от его постели с середины вчерашнего дня, когда состояние больного внезапно ухудшилось, и доктор сказал, что ему уж ничто не поможет. Ночью она не сомкнула глаз ни на минуту, как и все слуги в доме, а также обитатели Керлейна. Ожидая рокового известия, они собрались внизу, в огромном холле, – никто из них не считал сейчас возможным спать. Однако часы графа были сочтены. Скоро он уйдет от них навсегда. И старинное поместье впервые за сотни лет останется без хозяина, так как некому заявить права ни на землю, ни на титул.

Моди стояла перед дверью графа с горящей свечой в руке. На лице горничной читалась тревога. Огненный язычок свечи трепетал на сквозняке.

– Граф зовет вас, мисс. Боюсь, конец близок. Сэр Энтони уже хотел посылать за вами. Доктор Рашфорд так суетится, что от одного его перепуганного вида недолго сойти с ума. Меня уже начинает трясти. Даже Суитин разволновался, хотя, вы сами знаете, мало, что в этом мире может вывести его из равновесия.

– Извините, что я задержалась, – сказала Диана, стараясь сохранять спокойствие. – Я никак не могла найти печать. Где Стюарт? Он принес угля?

– Да, мисс, – кивнула Моди. – Сейчас там стало очень тепло, но его все равно колотит озноб. О, мисс, что же мы будем делать, когда граф покинет нас? И что станет с Керлейном?

– Перестаньте, Моди, – нахмурилась Диана. – Нечего раскисать раньше времени. Нам еще понадобится слишком много сил. – Диана подошла к пожилой женщине и успокаивающе взяла за руку. Как худы пальцы горничной – одни косточки! Но видит Бог, все в Керлейне жили почти впроголодь. Лишнее напоминание о бедственном положении людей легло на плечи тяжелым грузом. – Все будет хорошо, – произнесла она как можно убедительнее, – даже если нам придется покинуть Керлейн. Обещаю вам, я найду способ…

– Покинуть Керлейн?! – вскричала Моди, и Диана почувствовала, как задрожала ее рука. – О, мисс, не говорите так! Нет-нет, никогда! Да поможет нам Бог!

Диана понимала старую горничную. Здесь жили несколько поколений семьи. Здесь она появилась на свет и за свои шестьдесят лет не видела ничего, кроме Керлейна, как и большинство его обитателей. Диана принадлежала к числу немногих, родившихся не на этой земле, но ее привезли сюда такой юной, что все сохранившиеся воспоминания были связаны с этим имением.