Шрифт:
Глава 1.
Культурное развитие.
Мама всегда говорила, что в человеке главное – культура. А папа говорил, что культуру на хлеб не намажешь. И бабушка это подтверждала. Бабушка – это папина мама. Она родилась в деревне. Деревенская жизнь её многому научила. Она ухаживала за скотиной: кормила её, поила и выгуливала. Особенно все заботились о корове, потому что она давала молоко. Её называли кормилицей. Свиньи тоже были полезными, потому что оставляли после себя холодец. Взрослым приходилось ещё заботиться о разных детях. Разными они были, потому что их было много и разного возраста. Почти как у нас. От детей не было такой пользы, как от животных. Но взрослые всё равно о них заботились. Моя мама говорила, что даже если кошку приютил, то будь добр, отвечай за неё. Хотя кошка не даёт молоко и холодца после себя не оставляет, но её обижать нельзя. И кошкиных котят обижать нельзя, потому что они беззащитные. Бабушка считает, что кошка и котята – самые бесполезные. От них шерсть и вонища и толку никакого нет. А мне кажется, что есть. Они как новогодняя ёлка. Придуманы просто для красоты. А ещё с кошкой можно играть. Она помогает от скуки. И котят своих учит веселиться, а не сидеть без дела.
Глава 2.
Домашний цирк.
Моей бабушке пришлось завести кота. Она взяла его в долг. Вернее, она попросила денег. Но сказали, что деньги дадут только вместе с котом. Она согласилась. Оказывается, что у долговых котов нет вонищи. Они особенные. Их запах перекрывает запах денег. Потом деньги у бабушки взяли, а кота оставили. Вот так и поселился на веки вечные у бабушки рыжий дармоед. Вообще бабушка не любила, когда что-то без дела. У неё даже в огороде была маленькая тропинка, чтобы места под огород не красть. Если на сантиметр оступишься, то тут же попадаешь в грядку с огурцами. После такого шага обычно начинались бесценные разговоры, что мы ничего не ценим. Мама в таких случаях напоминала, что мы дети и предлагала расширить дорожку, чтобы не ходить как дистрофики. Бабушку с дедушкой обижали слова про дистрофиков. А когда обижаешься, хочется обидеть в ответ. Тогда они объявляли, что мама лентяйка и что она всё выдумает, лишь бы только не работать. Мама ничего не отвечала. Она переставала с ними разговаривать. Потом доходила очередь и до папы. До него всегда всё доходило, но не сразу.
В тот раз мама сказала папе, что он её не защищает. Как обычно папа сначала не понял, а потом, когда понял начал объяснять, что готов защищать маму от всех и даже волков и медведей. Мама объяснила, что на неё нападают другие животные. Бабушка, когда услышала про животных, расстроилась. А после расстройств бабушка всегда, как сумасшедшая принималась полоть грядки. Огород для неё был как успокоительное. Прополет грядку и как валерьянки напьётся. Дедушка попробовал объяснить маме, что они не животные, а люди. И что они хотят всем добра. И даже ей, хотя она этого и не заслуживает. Мама считала, что это цирк и видела там сплошные фокусы.
Глава 3.
Готовь теплицу с осени.
Осенью случилось новое представление, которое маме совсем не понравилось. Номер был исполнен бабушкой. Из-за неё у нас появилась теплица раздора. Папа и мама решили построить дом. Раньше на этом месте стоял дом бабушкиной мамы. Но там никто не жил, потому что нет удобств. И мама уговорила папу построить новый дом. Папа согласился, и стали думать, какой же дом построить. Я хотела замок, как у принцессы. Но мама объяснила, что принцессам нужны принцы, а их днём с огнём не сыщишь. А одной жить не прилично, поэтому придётся выходить замуж за соседского дракона. Хорошо, если он человеком окажется.
Бабушка долго не вмешивалась по поводу дома, но потом не устояла. Она считала, что хоть ей здесь и не жить, и на дом ей всё равно. Но дверь нужно поставить прямо от забора, а не с боку. Пока решали, какой дом строить, бабушка приобрела свою постройку. Она заказала теплицу. Её привезли почти сразу после первого сентября. Мама сказала, что такого представления она точно никогда не видела. Она спрашивала, зачем на участке, где будет строиться дом теплица. От расстройства бабушка вновь кинулась на грядки. Но травы было мало, и огород не спас. И тогда решили выйти из положения и устроили скандал! Хотя бабушка объясняла, что ни с кем ругаться не хочет, а только хотет для особо умных всё объяснить. Оказалось, что теплица – это подарок, о котором бабушка давно мечтала. И вот наконец-то скопила и купила. Чтобы мы весной свежие огурчики и помидорчики ели. И чтобы её дети, ну, т.е. внуки, тоже ели, как люди. И ещё клубнику. И чтобы своя была, а не пластмассовая из магазина. Я помню, что совсем в детстве у меня были фрукты, которые лежали в корзинке. Они были красивые, но пластмассовые. Я пыталась их откусить, но они только продавливались. Я оставила на них отпечатки всех своих зубов, но до начинки так и не добралась.
Глава 4.
Папа не единорог
Весной, когда рассада в теплице заколосилась, дом так и остался в наших мыслях. Мама с папой решили разойтись. Но на время. Папа переехал к бабушке, а мы с мамой, братом и сестрой остались в квартире. Бабушка сказала, что пока мама с папой живут отдельно, нам нужно присматривать за мамой. И когда она будет задерживаться, то срочно ей звонить. Ещё бабушка сказала, что знает, как помирить маму с папой. Для этого нужно сказать маме, что папу надо вкусно и часто кормить. Выглаживать рубашки и брюки, убирать его вещи и следить за порядком в доме. Раньше мы жили по плану, который состоял из списка. Это был листок, который висел на холодильнике и подсказывал график уборки. С переселением папы его дела перекинулись на нас. Вот бабушка и сказала: «Поймёте, как без отца жить. Приползёте. А то заездили мужика. То подай. Это принеси. Как бояре. А он очень сильно устаёт. Ему нужно беречь себя». И бабушка лучше всех знала, как уберечь папу от трудностей. Мама сначала возмущалась и говорила, что папа не единорог, за которым надо ухаживать. Я знаю, как выглядят единороги, и точно могу сказать, что папа не такой. Он обычный. А вот они, ну, единороги очень редкие и поэтому о них нужно заботиться. А то они перетрудятся и обессиленные даже не смогут подойти к водопою. Так и останутся лежать в кустах или под забором.
Конец ознакомительного фрагмента.