Чтение онлайн

Обсудив дело хладнокровно, я пришла к заключению, что отвращение к этому человеку и внушаемое им недоверие основываются на очень шатких мотивах.

Можно иметь странное лицо, интересоваться литературным шарлатанством и даже смотреть с удовольствием на привлекательное личико, вовсе не будучи в то же время опасным обществу человеком.

Я говорю это, чтобы доказать, что даже и в тот момент я была совершенно беспристрастна и не руководствовалась в характеристике Октавия Гастера никаким предвзятым мнением.

Глава VI

– А что, - спросил однажды утром лейтенант Дэзби, - а что если мы устроим сегодня пикник?

– О, это будет восхитительно!
– хором ответили мы.

– Вы, конечно, знаете, что люди поговаривают, будто старику Шарку скоро дадут место, так что Тревору придется заменить его на мельнице. Поэтому нам надо постараться, чтобы он получил максимум удовольствия за остающееся короткое время.

– А что вы называете пикником?
– спросил доктор Гастер.

– Это одно из наших английских увеселений, с которым вам придется познакомиться, - ответил Чарли.
– Пикником мы называем небольшое путешествие на лоно природы.

– А, я понимаю, - сказал швед.
– Это будет очень весело.

– Есть добрых полдесятка мест, куда можно отправиться, - продолжал лейтенант.
– Неподалеку отсюда очень много живописных уголков: - "Прыжок Влюбленного", "Черная Гора", "Аббатство Бир-Феррис".

– Последнее местечко не из дурных, - прервал Чарли.
– Руины для пикника самое лучшее место.

– Ладно, идет. Много ли до него пути?

– Шесть миль, - сказал Тревор.

– По дороге семь, - с солдатской точностью поправил полковник.
– Мы с миссис Ундервуд останемся дома. Вы все свободно уместитесь в коляску, за кучера можете быть сами поочередно.

Мне нет надобности упоминать, что это предложение было встречено всеобщими аплодисментами.

– Ладно, - сказал Чарли.
– Через полчаса экипаж будет готов. Поэтому не будем терять времени. Нам нужно лососины, салату, крупных яиц, кипяченой воды - целая куча вещей. Я возьму на себя напитки. А вы, Лотти?

– Я займусь посудой.

– Я - рыбой, - сказал лейтенант.

– А я - овощами, - прибавила Фан.

– Ну, а вы, Гастер, какое амплуа себе изберете?
– спросил Чарли.

– По правде сказать, - ответил своим певучим голосом швед, - выбор у меня невелик. Но я могу помочь дамам, а потом сумею оказаться полезным вам в приготовлении того, что вы называете салатом.

– В последнем амплуа вы будете иметь больше успеха, чем в первом.

– А? Что вы сказали?
– спросил он, вдруг оборачиваясь ко мне и краснея до корней волос - Да! Ха, ха! Хорошо сказано!

И он с фальшивым смехом крупными шагами вышел из комнаты.

– Послушайте, Лотти, - тоном упрека начал мой жених, - вы обидели этого человека.

– Я, право, не нарочно, - оправдывалась я.
– Если хотите, я пойду и скажу ему это.

– О! Не стоит того, - вмешался Дэзби.
– С такой рожей как у него, человек не вправе быть таким обидчивым. Он живо успокоится.

Я право, не имела ни малейшего намерения оскорбить Октавия Гастера, но тем не менее была очень зла на себя за то, что причинила ему неприятность.

Уложив в корзину ножи и тарелки, я увидела, что другие еще не справились со своей работой.

Момент показался мне как раз подходящим для того, чтобы извиниться за мою необдуманную фразу.

И вот, никому не сказав ни слова, я быстро пробежала по коридору к дверям комнаты нашего гостя.

Легкость ли походки была тому причиной или пышность ковров Тойнби-Холла, только мистер Гастер не заметил моего присутствия в коридоре.

Дверь его комнаты была открыта.

Я подошла ближе и заглянула в дверь.

В позе доктора было что-то такое странное, что я буквально окаменела на месте от удивления.

Он читал, держа в руке газетную вырезку, содержание которой, видимо, очень забавляло его.

Но в его веселости было что-то страшное: все тело его содрогалось, но губы не издавали ни звука.

На лице, которое я видела в профиль, было выражение, какого я еще не видала в жизни. Я могу сравнить его только с восторгом дикаря.

В тот самый момент, как я собиралась сделать шаг вперед и постучать в дверь, он снова содрогнулся всем телом и бросил бумажку на стол, а затем поспешно вышел из комнаты в другую дверь, ведшую через прихожую в биллиардную.

Шаги его затихли вдали, и я снова оглядела комнату.

Что именно, какая смешная вещь могла вызвать такую веселость в таком серьезном человеке? Это, очевидно, должен был быть какой-нибудь юмористический шедевр.

На свете есть мало женщин, обладающих принципами, которые могли бы оказаться сильнее любопытства.

Внимательно оглядевшись и убедившись, что в коридоре никого нет, я скользнула в комнату и взяла со стола вырезку.

Это был кусок страницы английской газеты; его, видимо, долго хранили и не раз перечитывали: некоторые строчки можно было прочитать только с большим трудом.

Текст этой вырезки, по-моему, был далеко не смехотворного характера.

Если мне не изменяет память, вот ее содержание:

"ВНЕЗАПНАЯ СМЕРТЬ В ДОКАХ

Во вторник утром найден мертвым в своей каюте владелец паровой барки "Ольга".

По имеющимся сведениям, покойный обладал очень вспыльчивым характером и имел частые стычки со своим судовым хирургом.

В день своей смерти он вел себя особенно буйно, обзывая хирурга некроманом и поклонником дьявола.

Последнему, чтобы не подвергнуться насилию, пришлось убежать на мостик.