Чтение онлайн

Приправа. Сбрызнуть шелковистую кожу Parfum de Passion. Не забыть о любовном гнездышке. Самым дерзким рекомендуем присыпать плечи сахарной пудрой.

Сервировка. Красивая скатерть, посуда и столовые приборы обязательны. Искусно расставьте свежие цветы в…

Должна признаться, что рецепта оригинальнее мне еще читать не приходилось. Но вот вопрос — доберемся ли мы когда-нибудь до пика наслаждения… я имею в виду тот момент, когда на столе искусно расставляется собственно ужин? Ага, вот оно! "Райская птица под соусом L'amore".Эротическое название примитивного жареного цыпленка, судя по описанию. Если что и вызовет у меня проблемы, так только поиски жаровни.

— Хозяйка!

Подпрыгнув от неожиданности, я выронила буклет и уставилась на мистера Бладжетта. Тот как раз примеривался, как бы половчее набросить лассо из шланга мне на шею… Что за глупости, миссис Хаскелл! Добросовестный слесарь починил стиральную машину, а вы, вместо того чтобы оплатить его труд, по привычке стращаете себя Джеком-потрошителем.

— Да?

— Уразумел я, в чем загвоздка-то.

— Да что вы?

— Вам решать, хозяйка, чего с ней делать. Выбор невелик. — Мистер Бладжетт похлопал по крышке стиральной машины.

Снисходительный жест говорил сам за себя. Либо мы подключаем старушку к системе искусственного питания, и она будет влачить жалкое подобие существования, обмотанная проводочками и трубочками, либо с достоинством отправляем на небесную свалку.

Будь на то моя единоличная воля, престарелая красотка немедленно вылетела бы за дверь. Но у Бена по отношению ко всяческим механизмам свой пунктик. Все, что заводится и включается в сеть, обязано ездить, греть, мыть, стирать и пылесосить вдвое дольше предписанного инструкцией срока. Классический пример — автомобиль. В полной уверенности, что машина его переживет, Бен отдельным пунктом своего завещания обеспечил вечный уход за этой рухлядью.

— Видите ли, мистер Бладжетт… Муж очень привязан к нашей старушке. Нельзя ли хоть как-нибудь сохранить ей жизнь?

Усики слесаря вдруг затрепетали, да и шланг в руках заметно дрогнул. Во второй раз за день мужчина дрожит в моем присутствии! Куда катится Читтертон-Феллс?

— Ах, миссис Хаскелл! Нет нужды спрашивать, записались ли вы в "Само Совершенство". И так заметно — по вашим глазам, по голосу, когда вы говорите о своем благоверном. Вот и Молли моя такая же. Что за женщина! С ней каждый месяц медовый. Одна только штука портит наше счастье…

— Не может быть!

— Я все думаю и думаю… — Мистер Бладжетт принялся выкручивать шланг, напомнив мне доктора Мелроуза с его стетоскопом. — Думаю о своем позоре с этой… этой…

Назвать великую грешницу оказалось выше его сил. Да и к чему? Имя мисс Глэдис Шип и так витало в воздухе. Слов утешения у меня не нашлось, а на мораль времени не было. Стиральная машина все еще ждала своей участи…

Черт! Кто там шастает в саду?!

Тук-тук-тук.

Знакомое шутовское царапанье. Закипая праведным гневом, я приникла к матовому стеклу окошка и увидела долговязую тощую фигуру. Так и есть! Драгоценный кузен! Хватило же наглости заявиться ко мне в дом после безобразного представления у Наяды! Нет, надо же до такого додуматься! Выдать себя за ее преподобие! Для мюзик-холла, может, и сгодилось бы, но мне почему-то совсем не смешно. Ну постой, Фредди! Сейчас ты у меня попляшешь. Рванув дверь, я заорала во всю глотку:

— Сморчок недозрелый! Поганка бледная! Посмей только ступить на порог — мигом на тот свет отправлю! Чертям будешь головы дурить!

На крыльце стояла мисс Шип.

Пока я хватала ртом воздух и пыталась выдавить хоть один мало-мальски членораздельный звук, экс-органистка испуганно сползла с крыльца, спотыкаясь на каждом шагу и на каждом слове:

— П-простите, миссис Хас-хаскелл… — Взор водянистых глазок каленым прутом пронзал мое сердце. — Оказ-залась з-здесь с-случайно. Хотела отдать платок в-вашего милого суп-супруга.

Белый сполох — это мисс Шип прижала платок к губам. Черный силуэт на дорожке. Миг — и нет ее. Сбежала от собаки Баскервилей.

Я чувствовала себя последней сволочью. Кинуться к автобусной остановке и сложить к ногам мисс Шип повинную голову? Дух был крепок, но плоть спасовала, заставив меня малодушно закрыть дверь в сад.

Физиономия мистера Бладжетта так и светилась. Вся, без остатка, включая чарли-чаплиновские усики и своенравный глаз. Попадись ему в руки медаль, держу пари, он немедленно нацепил бы ее мне на грудь.

— Вот это я понимаю — само совершенство! — воскликнул коротышка. — Так сражаться за своего мужа!

Ничего не оставалось делать, как только прибегнуть к беспрекословному тону рачительной хозяйки:

— Машина, мистер Бладжетт, стиральная машина!

Слесарь пошел кругами возле нашей старушки, принюхиваясь, точно волк у овчарни. Затем поманил меня пальцем. Под пристальными взглядами близнецов я придвинулась поближе. Выдержав паузу, мистер Бладжетт слегка пощипал усики, поскреб подбородок и… ка-ак врезал старушке в бок!

— Другого способа нет.

— То есть? — Я ошарашенно посмотрела на него. — Лупить всякий раз, как заглохнет?

— В точку. Попробуйте, хозяйка. Может, чего и выйдет.

Моему разочарованию не было предела. Думаю, нечто подобное испытывает человек, прикупивший комплект аксессуаров у гробовщика за день до вынесения радужного вердикта врачей. Мистер Бладжетт был столь любезен, что предложил лично водрузить нашу развалюшку на место, а я тем временем занялась поисками "Радости сладкоежки" — брошюрки для любителей кондитерских изделий, где видела рецепт беспроигрышного шоколадного торта.

Куда же ты запропастилась? Ни на одной из полок нет… Книги, блокноты, какие-то разрозненные листки летели во все стороны, а книжица как сквозь землю провалилась. Кухня была перевернута вверх дном, и я уже хотела опустить руки, когда вспомнила, что Доркас преподнесла мне на день рождения роскошный пирог, приготовленный по рецепту "Радости сладкоежки". Так, может, книжка мирно лежит в ее комнате?

Мистер Бладжетт еще возился с машиной; близнецы делились друг с другом секретами на им одним понятном языке. Ничего страшного не произойдет, решила я, если на несколько секунд эта троица останется без опеки.