Чтение онлайн

На всякий пожарный побродив по расширяющейся спирали вокруг водного выхода, других водоёмов не нашёл. Надеюсь, там, откуда этот ручей пришёл, никто в его водах не сдох. Было бы обидно, выжив при падении с многосотметровой высоты, сдохнуть от отравления трупным ядом.

Преодолевая соблазн с головой окунуться в каменную чашу, сначала помыл руки, используя в качестве природного абразива мелкий песок, в изобилии наличествующий на всём обозримом пространстве, и лишь убедившись, что кожа левой руки больше не несёт на себе следов грязи и крови, зачерпнул в ладонь воды, осторожно пригубил.

Вкуснятина!

Чистейшая, совершенно ледяная вода.

Пил долго, мелкими глотками, тщательно согревая во рту каждый раз маленькое количество живительной влаги: даря жизнь, она в лёгкую может и забрать её, достаточно лишь нахлебаться её до простуды и соплей. Без медикаментов и своевременной лекарской помощи такая простуда в краткий срок превратится в бронхит, а оттуда и до отёка лёгких раз плюнуть.

В конце концов, утолив жажду, занялся своим внешним видом.

Жара неимоверная, тяжёлая кожаная куртка создаёт полное впечатление мобильной сауны, потому - её долой. Некогда белая рубаха пестрит тёмно-алыми разводами, под ней - самодельный корсет из плотно намотанных бинтов. Под повязкой всё неимоверно чешется, но снимать пока что не рискну. Ну его нафиг, пусть лучше подзаживёт как следует.

В армейских штанах, плотных и не менее тяжёлых, тоже теплица. Таким макаром ещё пара часов, и птенцы появятся, не говоря уж о характерном запахе. Так что - осмотреться, насобирать широких огромных листьев, венчающих макушки молоденьких пальм, и, используя брючный ремень, соорудить из них юбку "а-ля папуас". Ботинки только снимать не буду, мало ли какая гадость здесь понатыкана под листьями?

Свернув пару кульков из пальмовых листьев, заполнил их водой и отправился на берег.

Эльфа в сознание так и не пришла, даже положение тела не поменяла. Расковыряв носком ботинка ямку, оставил в ней один листвяной кулёк. Вооружившись вторым, сел рядом с девушкой. Вода чуть стравливается, но мне это и надо. Поймав несколько капель на ладонь, смачиваю виски и лоб эльфийки.

Сия бесхитростная операция заканчивается невероятно бурным результатом: с хриплым выдохом девушка резко садится, глаза, поначалу лишённые всякого выражения, мгновенно прикипают взглядом к кульку.

Стараясь не делать резких движений, протягиваю самопальную чашу девушке.

Не берёт. Смотрит с подозрением. Крылья носа трепещут, не по выражению лица - скорее, по эмоциональному фону, - понимаю, что страдает от дикой жажды, но - боится принимать сей дар из моих рук.

Стараясь не делать резких движений, отпил из свёртка, напоказ приподняв его над головой и поймав ртом струйку живительной влаги. Проглотив воду, протянул кулёк эльфе.

С сомнением глядя на меня, девушка всё же приняла подношение. И так же, как я ранее, стала пить мелкими глотками.

Утолив жажду, остроухая кивнула:

– Каянтэ'ллех ил ам'маас. Намиле ххан.

– Ни бельмеса не понимаю, - иллюстрируя слова, погонял воздух ладонью рядом с ухом.

– Хумансы...
– Вынесла вердикт жрица уже на понятном новому мне языке.
– Говорю, что благодарна за воду и спасение. Мы в расчёте.

Голос у неё приятный, с какой-то едва уловимой затаённой хрипотцой. Каждый слог - как звон нематериальных колокольчиков, ласковый, обволакивающий.

Я пожал плечами:

– Ты помогла мне не утонуть, я, видимо, помог тебе с тем же самым. Так что действительно - в расчёте, - покосившись на второй кулёк, с огорчением констатировал, что упругие листья таки разошлись, напоив влагой песок.
– Если хочешь умыться и привести себя в порядок, шагах в сорока отсюда есть выход ручья. Вода, правда, холоднючая...

Потратив минуту на размышления, девушка попыталась встать. Фигвам, национальная индейская изба. Ноги подломились, и девушка далеко не самым высокохудожественным образом раскорячилась на песке.

Стараясь не смотреть на великолепные ножки и место их соединения, обнажённые задравшимся сверх самого неприличия платьем, подхватил остроухую на руки и, мельком отметив, что весит она чуть больше пушинки, бодро зашагал к чаще.

Силы мои после питья восстановились в более чем достаточном количестве, так что усталости никакой не ощущалось, к тому же девушка действительно оказалась необычайно лёгкой - кажется, такую можно весь день на руках таскать - не устанешь.

Умывшись ледяной водой, эльфийка с видимым удовольствием распустила тугую шнуровку сандалий и с пробирающим до самых низменных глубин сущности сладострастным стоном опустила ноги в ручей.

– Странный у тебя наряд, хуманс, - остроухая кивнула на мою юбку.
– Не припомню, чтобы твой народ когда-либо отказывался от штанов.

– В чистом теле - здоровый дух, - я назидательно поднял палец вверх.
– Да и какой мой народ? Тот, который меня породил, тот, который воспитал, или тот, на благо которого я служил?

– Любой, - лаконично отрезала девушка, но, видя мой невысказанный вопрос, всё же смилостивилась: - Хумансовы мужчины лучше сгниют заживо, чем добровольно напялят на себя подобное.

– Значит, я не совсем хумансовый мужчина, - пожал я плечами.
– И вообще, как пелось в одной песенке, - "Шотландские воины носят юбки, под которыми нет трусов..."

Выгнутая вопросительно бровка.

С широкой, искренней улыбкой раздвигаю листья, успевая заметить, как вспыхнули алым ушки эльфийки. А под листьями укороченные панталоны. Или семейники? Фиг поймёшь, как правильно назвать эту отрыжку дизайнерско-пошивного гения. Просто, неудобно, грубо. К тому же, с какими-то невнятными рюшечками. На фоне тончайшей работы эльфийского ципао - просто привет из каменного века.

– Не бойтесь, великолепная леди, я не шотландский воин, да и шотландцев стоит бояться только английским псам, - по-клоунски отвесив поклон, всё же удосужился поинтересоваться: - У меня с памятью наблюдаются небольшие проблемы, и я очень рассчитываю на твою помощь.

Девушка с подозрением посмотрела на меня:

– После Великого слияния - и небольшие проблемы? Хуманс, ты или издеваешься, или больной на всю голову.

– Честно, не имею ни малейшего понятия об этом самом Великом слиянии, - признался я, - да и издеваться даже в мыслях не было, тем более над столь очаровательной дочерью Звёзд.