Чтение онлайн

В течение пяти дней, когда я ей помогала, я выслушивала бесконечные разговоры по телефону об одном романе, в котором языком XIX века была рассказана современная история о двух женщинах, мужчине и пятнадцатилетней девочке, захваченных водоворотом запутанных взаимоотношений. В шуме постоянных телефонных звонков, когда только одна мисс Кеннелли способна была сохранить хладнокровие, начались переговоры о репринтном издании этой же книги, которая, как оказалось, была очень удачной. Мисс Кеннелли в окружении представителей книжных клубов, не успевая отвечать на звонки, бросила мне:

— Задержите тех людей. Скажите им, что решение будет принято часам к пяти.

Я проскользнула в толпу, осаживая возбужденных просителей следующей речью:

— Автор предупрежден, что вы хотите взять две его последние книги, и он очень этому рад. В общем, он склоняется к мысли отдать в ваше распоряжение и эту, но есть некоторые трудности. Мы разберемся с данной проблемой к пяти часам. Но нам необходимо узнать одну важную вещь. Вы назвали нам вашу окончательную цену?

Как рыбак, закидывающий в реку наживки, я пыталась удержать всех четверых наших возможных покупателей, пока мисс Кеннелли не договорится с книжными клубами и не ответит на другие звонки:

— Да, мисс Карстайн, моя секретарша мисс Мармелштейн дала вам эти цифры, но только что поступили новые данные… Нет, она не скрывала информацию. У нее просто не было последних цифр… Наше руководство сделало новое заключение, которое многое изменило…

В конце этого лихорадочного дня, в течение которого эта острая на язык шустрая женщина помогла заработать «Кинетик» около четверти миллиона долларов, используя свою находчивость и невозмутимость, ее комнату заполнили другие сотрудники редакции, восхваляя ее таланты. Мистер Макбейн, глава «Кинетик», произнес целую речь:

— Что мы ценим, мисс Кеннелли, так это то, что вы выбираете того, кто платит больше всех, и при этом сохраняете добрые отношения с остальными, так что мы можем прийти к ним с новыми предложениями на следующей неделе.

Улыбающаяся ирландка, смакуя свой успех, сказала:

— Я не смогла бы всего этого проделать без помощи этой девочки, Ширли Мармелштейн. Она работала как профессионалка.

Мистер Макбейн улыбнулся мне и спросил:

— В каком вы отделении?

И я смело ответила:

— Ни в каком. Я заменяющая. Учусь мастерству заставить хорошие книги приносить прибыль.

— Как только раскроете этот секрет, не забудьте сообщить его мне.

— Давайте лучше отмечать успех, — вмешалась мисс Кеннелли. — Я угощаю!

И, когда мы собрались в баре, служившем местом сбора сотрудников разных издательств, я в первый раз услышала разговоры молодых представителей того круга, в который я вступила:

— Мисс Кеннелли! Я слышал о ваших успехах! — Репортер из «Нью-Йорк Таймс», проходивший мимо, остановился. — Я не спрашиваю вас о цифрах, но я хочу вас процитировать, если вы скажете, что бестселлер «Двойная опасность» принес вашему издательству большие доходы, и не без вашего участия.

Мисс Кеннелли просияла:

— Считайте, что я все это сказала.

Журналист из «Таймс» поднял бокал:

— Вы далеко пойдете!

Когда он уже собрался уходить, мисс Кеннелли дернула его за рукав:

— Вот интересная девочка, Ширли Мармелштейн. Она оказалась прямо в самом пекле в первую неделю работы. Успех продажи карманного переиздания книги целиком принадлежит ей.

Репортер задал несколько вопросов, затем сказал:

— Ждите здесь. Я позову фотокора.

И два дня спустя я показывала своим родителям статью в «Таймс» под названием «Новое поколение в книгоиздательстве» с моей фотографией. В статье шла речь о той роли, которую играют молодые женщины в издательском бизнесе города Нью-Йорка. И я была приведена как пример.

Когда прошла неделя и меня должны были перевести в другое подразделение, мисс Кеннелли сказала мне:

— У меня не было еще помощницы лучше вас. Я бы попросила для вас постоянное место в моем отделе, но, боюсь, бюджет этого не позволит. — И добавила: — Помните про это место, если вдруг я уйду.

— А вы собираетесь уходить?

— Я удачно организовала продажу в довольно затруднительных обстоятельствах Другие издательские дома знают об этом. — И она переменила тему: — В одном издательстве за другим в Нью-Йорке молодые женщины вроде меня начинали с нуля. Занимались бумажной работой, заполняя бланки. Если дела шли хорошо, компания зарабатывала пять тысяч долларов, если хуже — четыре тысячи. Вы слышали о сумме прибыли в эту среду? Удача! Теперь компании начали понимать, что их маленькие секретарши, заполнявшие анкеты на авторские права, могут приносить им огромные доходы. Если у вас будет когда-либо шанс получить место в этом отделе, не упустите его. Здесь — будущее издательского дела.

Мое ближайшее будущее оказалось куда менее романтичным и, конечно же, не таким интересным. Ко всем издателям приходила по почте уйма невостребованных рукописей, которые чаще всего шли «на полку», состоящую из огромного количества папок, каждая из которых содержала роман. Такие рукописи почти никогда не издавались. Проще говоря, они не доходили до столов главных редакторов, так как эти работники высокого ранга не могут терять время на сомнительные работы. Исследования в различных издательствах доказали, что только одна рукопись на девятьсот становится книгой. Но истории известны и такие случаи, когда рукопись, отвергнутая полдюжиной издательств, становится бестселлером. Потому-то эти работы все же не следовало оставлять без внимания.

В «Кинетик» периодически наблюдалось скопление присылаемых романов. И снова я была тут как тут. Назначенная секретарем на четвертый этаж, я отвечала на телефонные звонки, записывала сообщения для редакторов, печатала, когда просили. Но самым важным было то, что каждое утро через меня проходила гора папок, в каждой из которых лежала чья-то надежда. Я раскрывала одну папку за другой, пролистывала рукописи и, если приславший оплачивал почтовые расходы на обратную пересылку, вкладывала в конверт бланк с формальным отказом и отправляла адресату. Если возврат не был оплачен, то рукопись откладывалась и отправлялась в подвальный этаж в архив.