Чтение онлайн

Он снял инфракрасные очки, достал миниатюрный, но очень мощный фонарик, включил… Узкий луч света выхватил из темноты обнаженные тела девочек – спецназовец насчитал пятерых. Грязные, все в синяках и ссадинах, они валялись на брошенных на каменный пол замызганных матрасах. На свет отреагировали одинаково – сбились в кучу, заскулили…

Валера спрыгнул вниз, холодная ярость полыхала под черепной коробкой. Он взлетел по короткой металлической лесенке, толкнул незапертую дверь. Внутри, в «предбаннике» изолятора, развалились в креслах трое мордоворотов в камуфляже – как раз таком, какой описал старик. Заметив незваного гостя, один из них привстал:

– Тебе чего, служивый?..

– Девчонки… – глухо произнес капитан.

– А-а-а… – осклабился тот, – потрахаться захотелось, солдатик. Ясен перец. Короче, расценки знаешь?..

Валера отрицательно мотнул головой.

– Двадцать баксов – и выбирай любую. Соски что надо…

Он осекся, увидев изменившееся лицо «солдатика».

– Гниль ты! – прошипел сквозь зубы Подольский. – Пиздец вам всем…

– Че-о-о!.. – Быковатый выпучил глаза. – Ах ты, гнида! Пацаны, мочи его…

Трое бойцов зоновского спецназа были не пальцем деланные, подготовку прошли соответствующую, но капитан уже вошел в боевой раж. В два счета расшвырял их, как котят, и, пока те очухивались, выхватил пистолет и произвел три прицельных выстрела – по одному на каждого, все в голову, для верности.

Потом была военная прокуратура, трибунал, ИВС, этап и ментовская зона – исправительная колония для спецконтингента, где мотали срока так называемые б/с, или бээсники – бывшие сотрудники МВД, прокуратуры, судов, спецслужб…

То, что его определили именно в этот город, в эту колонию, Валера считал знаковым событием. Именно отсюда родом его бывший товарищ по оружию Петр Меркурьев… Эх, жаль нет теперь с ними Петра, а то бы навещал кореша… А так только родители за все время отсидки пару раз приезжали из Пензы, а чаще и не могут – сами уже престарелые да больные.

Жениться вот не успел – все воевал. А может, оно и к лучшему – нехер безотцовщину плодить. Детишки ведь при отце-зэке, мотающем длительный срок, почти как сироты.

Давно ему война не снилась: ни первая – провальная ельцинская, ни вторая – путинская. Давно… А сегодня вдруг приснилась. Грохот артиллерии, свист снарядов и бумы дальних разрывов. Взрыв, еще один – погромче. И тут он проснулся.

Не сразу и понял, где он – в Чечне или… Нет, на зоне он, на ментовской. Уже три года, как тут. А в ушах все еще грохот стоит. Подольский резко сел на койке. Вокруг суета какая-то, зэки переговариваются:

– Слыхал, Проха?

– Ну, взрывы типа…

– Эй, Антип, как думаешь, где это?

– А ну, утухли, – зычный голос Батыра. – Ша, я сказал! Не слышно из-за вас ни хера…

Наступила тишина, которая буквально через полминуты была распорота треском автоматной очереди. Стреляли где-то рядом, возле промзоны. Донеслись крики и сразу несколько пистолетных выстрелов. И снова замолотил в чьих-то руках «калаш» – звуки выстрелов из автомата Калашникова не спутать ни с какими другими.

– Екарный бабай! – Голос старшего стал сиплым, видно, и Батыр охренел от происходящего. – Слышь, братва, давай подъем, только тихо. Всем собраться и быть наготове.

«Наготове к чему?» – чуть не сорвалось с языка Валеры, но он вовремя язык прикусил. Он вообще в своей лагерной жизни старался не болтать лишнего, да и лишних телодвижений тоже не делать.

Как и все, быстро вскочил, оделся и застыл в проходе между койками – в темноте. Свет им после восьми вечера отрубали. Экономила на электричестве администрация, да и не положено зэкам при свете гнать дуру, то есть бездельничать…

Заместитель начальника колонии по безопасности и оперативной работе майор внутренней службы Вазген Слепян, главный кум на зоне, проторчал на работе весь день – дел накопилось невпроворот, а тут еще проверкой столичной грозились из областного УФСИНа. В общем, заночевал в колонии, на раскладном диванчике в своем кабинете.

Спалось плохо, долго ворочался. Оно и понятно – чертова проверка, да еще хреновы сотрудники… Вот вчера, к примеру, трое из заступивших на дежурство контролеров вели себя подозрительно. В принципе ничего такого из ряда вон выходящего, но видок у всех троих был такой, словно мужики белены объелись. Ну да, точно – не иначе как обширялись, сучье отродье! Все признаки наркотического дурмана – заторможенные движения, остекленевшие глаза, на обращения к ним реагируют вяло.

Майор решил пока ничего не предпринимать – до приезда хозяина. Начальник должен появиться завтра, во второй половине дня. Вот и поговорим с нариками за жизнь… А он с утречка закончит с бумажками этими треклятыми, смотается домой, пообедает нормально и обратно в зону. Ладно, хоть спецконтингент особо не докучает – все ж менты, хоть и бывшие, порядок знают.

Не выспавшийся толком и разбитый, точно бухал по-черному, майор поднялся затемно, умылся и сел за стол, где уже были разложены пухлые папки с делами.

Когда раздались первые выстрелы, поначалу Вазген даже не успел удивиться, вот только вялость как рукой сняло. Мигом достал из сейфа табельный «Макаров», схватил связку ключей и кинулся к оружейной. Запоздало подумал, что надо бы отзвониться в Управление, сообщить о ЧП. Но решил, что еще успеет: сначала нужно понять, в чем тут дело, кто стреляет и зачем.

Дверь в оружейную комнату была открыта. Слепян передернул затвор и осторожно двинулся к арсеналу. Подкрался, заглянул внутрь… Ну, так и есть – в комнате орудовал один из вчерашних нариков-надзирателей.

«Свихнулся, урод», – мелькнула догадка. А может, с кем-то из сидельцев снюхались? Неужто побег решили организовать? Майор разом вспотел: твою мать, только этого сейчас и не хватало! Вот черт, непонятно только – че он делает-то?.. Прапорщик доставал из оружейных шкафчиков один за другим автоматы и складывал их вместе с магазинами на металлическом столике.

Ладно, некогда мозги ломать!

Майор метнулся в комнату, сразу же ушел в сторону, прикрывая спину стеной, и заорал:

– Стоять, шкет! Руки в гору! – зачем-то перейдя на блатной жаргон и не забывая целиться в нарушителя.

Тот медленно – ну точно зомби из голливудских ужастиков – повернулся, пустым взглядом уставился на офицера. Рука прапорщика потянулась к ближайшему «калашу».

Майор не верил своим глазам: обдолбанный (теперь в этом не было никаких сомнений) контролер взял в руки автомат, спокойно так, деловито подсоединил рожок и уже начал вскидывать оружие… Врешь, падла, я тебе сейчас покажу, как за ствол хвататься!..