Чтение онлайн

Амару кивнул головой и стал разрезать плод. Чанти протянул такой же Джозу, но тот махнул рукой:

– Нет уж, Чанти. Я и отсюда слышу как он вкусно пахнет. Дохлая лошадь и та приятнее.

Джозу отошёл в сторону, направляясь к группе своих людей, которые осматривали лошадей. Кони стригли ушами и вели себя беспокойно.

– Лесной кот бродит рядом, – произнёс Чанти, – вот они и боятся его.

Услышав про кота, Лорена села чуть ли не в костёр. Вглядываясь в темноту, она не замечала ничего, но всё время чувствовала на себе чей-то взгляд. «Кот тут не причём, – подумала она, – взгляд идёт, кажется, отовсюду».

Амару протянул ей кусочек плода, и помедлив, она взяла его и начала жевать, всё меньше морщась при каждом укусе.

Чанти с любопытством смотрел на неё.

Ночь прошла спокойно. Утром, тронувшись в путь, Амару увидел отпечатки тяжёлых кошачьих лап, совсем неподалёку от лагеря. Чанти заметил его взгляд:

– Будь осторожен, парень. Лесной кот опасное животное. Днём он вряд ли нападёт, но всё равно смотри в оба.

Амару кивнул, и зашагал дальше. К полудню, они вышли на заросшую мощеную дорогу. Изумлению Джозу не было предела и он обратился к Чанти:

– Это дорога в Кинто?

– Нет господин. Это перекрёсток старых дорог. Скоро мы дойдем в храм Иццы.

Идти по дороге было легче, и Амару увидел храм, о котором говорил Чанти. Огромное здание из красного камня густо поросло деревцами. Ствол упавшего исполинского дерева преграждал путь. Обойдя его, отряд подошёл к храму. Возле входа размещалась бронзовая статуя, искусной работы. Она изображала женщину с когтями вместо пальцев. Амару открыл рот. Чанти усмехнулся ему:

– Я же говорил, что ты сам вспомнишь свой сон. Это Ицца, богиня охоты. Ей поклонялись оллы, а теперь лесные племена по ту сторону гор. Ты уверен, что никогда не слышал о ней раньше?

Амару утвердительно закивал:

– Никогда.

– Я так и думал, парень.

Глядя на статую, Амару пытался вспомнить сон, но ничего не получалось. Джозу с несколькими людьми, пошёл осматривать храм изнутри. Чанти не стал входить внутрь:

– Там нет ничего ценного, после стольких лет. Да и если бы было, то я бы никогда не взял ничего отсюда. Это священное место, – проговорил он, обращаясь к Амару.

Воспользовавшись отсутствием Джозу, Лорена подошла к стоящим подле статуи, Амару и Чанти. Она слышала их разговор, и теперь с заинтересованностью спросила:

– Я услышала, что Чанти говорит про твой сон. Что это значит?

Амару неохотно заговорил:

– Я видел её во сне.

– Статую?

– Нет. Женщину. Такую, как эта статуя.

У Лорены округлились глаза:

– Ты же не был никогда здесь раньше?

– Не был, к тому же Ицце не поклоняются в Мауле и Тинсу. Там нет таких статуй. Но почему-то мне приснилась она, – Амару махнул головой в сторону скульптуры.

Они втроём разглядывали её. Бронзовую фигуру в полумраке леса. Вернулся Джозу, с разочарованным лицом:

– В здании пусто. Только летучие мыши. Может остановимся здесь, Чанти? Не так много осталось времени до ночлега.

Тот покачал головой:

– Не стоит ночевать в храме.

– Брось свои штуки. Этот храм давно пуст. Хорошо твоё священное место, заполненное мышами. Я решил, что остановимся здесь.

Чанти пожал плечами:

– Решаете, вы, господин. Но я должен был предупредить.

Джозу с раздражением отмахнулся от него:

– Конечно, решаю здесь я.

Он повёл Лорену за собой. Чанти глядел им вслед. Амару не спрашивал его ни о чём. «Как бы сбежать отсюда», – подумал он.

Кони хрустели ветками деревьев, ещё более голодные, чем обычно. Подножный корм был для них плох, и лошади худели. Керро уже прикидывал, с какой из них придётся начинать забой, в случае чего. Его увлекла идея о поиске города. «Как только достану золото, то куплю себе землю. Хорошее поместье, как в родной Марриосе. Тинсу мы завоюем обязательно, если так повелит король, и здесь будет рай для виноделия. Подумать только, никто из местных не знает вкуса вина! Заведя виноградники, можно стать уважаемым всеми землевладельцем, и никогда не возвращаться к войне. Как же надоело это бесконечное бродяжничество!» – Вспомнив о Марриосе, Керро немного загрустил. Разминая раненую руку, с которой только недавно снял перевязь, он не заметил подошедшего Джозу:

– Заживает?

– Да, – Керро кивнул, – ещё немного и будет как прежде. Главное, не ввязаться в бой на мечах, пока не заживёт. Но здесь в лесу, вроде бы нет людей.

– Чанти говорит, что тут только Миауа, – сказал Джозу с усмешкой, – какие же суеверные эти дикари.

Керро с усилием заговорил:

– Не знаю, Миауа там это или нет, но я всегда чувствую чьё-то присутствие вокруг. А ты ведь меня знаешь, Джозу. Я не из суеверных. На островах бывали леса погуще и пострашнее этого, и никогда они не вызывали такого ощущения.

Джозу впервые за дорогу серьёзно отнёсся к словам о Миауа. Он знал Керро, который не верил решительно ни во что, кроме меча и золота. «Если ему не по себе, то возможно, что и вправду в этом лесу кто-то есть» – разглядывая всё вокруг, Джозу заметил, что как-то потемнело.

– Похоже, что будет дождь. Мне кажется, с грозой, – произнёс Керро, – хорошо, что мы остановились здесь. Не хочется промокнуть, а здесь такие залы, что можно и лошадей ввести внутрь.

Джозу согласился с ним, хоть ещё секунду назад думал, что надо больше прислушиваться к словам Чанти.

Отдавая приказы, Джозу руководил размещением. Лошадей ввели в зал на первом этаже, невзирая на протесты Чанти. Кони фыркали и беспокоились. Себе Джозу выбрал комнату на втором этаже. Небольшое помещение с одним выбитым окном. Выгнав летучих мышей, висящих на потолке, разместил свой тюфяк на каменной кровати. Его люди развели маленький костёр прямо в зале храма, и сидели вокруг него. Чанти держался особняком, приглядывая за Амару. Лес гудел от ветра. Хлынул ливень, как будто море полилось с неба. Грызя кусок вяленого мяса и сухарь, Амару порадовался, что они под крышей храма. Внутри здание было украшено барельефами животных, различной степени сохранности. Особняком было почти стёртое изображение крылатой фигуры, привлёкшее его внимание. «Миауа, – догадался он, – жаль, что ничего не разобрать». Изображения животных были очень реалистичны, и Амару узнавал их сразу. Значит, наверное, Миауа должны были изобразить так же. «Интересно, каковы они на самом деле?» – думал он.

Конец ознакомительного фрагмента.