Русалка
Шрифт:
— Нехорошо, — согласилась с ней Ирина.
— Так вот, — Зоя быстро переглянулась с сестрой-близняшкой, — мы решили ему объявить войну! Хочешь, мы тараканов наловим и пустим ему в суп? Он испугается и больше никогда не придет к нам в дом!
— Боюсь, тараканы тут не помогут, — Ирина невольно улыбнулась, представив картину, где Ракотину подают тарелку, а из неё дружно выползают тараканы и расползаются в разные стороны по белоснежной скатерти, а тот брезгливо вскакивает со своего места и велит подать коляску.
— Тогда…тогда мы мышонка ему в карман запустим!
— И мышонка не надо, — проговорила Ирина. Что-то в голосе сестры насторожило её, и она строго спросила: — Саша, Зоя, немедля признавайтесь, вы оставили мышат в доме? Да они же выросли! И ещё, наверняка, расплодились! Так оставили или отдали мужикам, как я велела?
Девочки тотчас невинно округлили глаза и дружно протянули:
— Сестрица….
Глава 5
В тот вечер граф Палагин любезно предложил будущему зятю остаться отужинать с ними, но Петр отказался, и обещал обязательно прибыть к ним завтра. Он подозревал, что Ирина Васильевна к ужину не выйдет, сошлется на болезнь.
Да и ему, откровенно говоря, не особо хотелось сегодня встречаться со своей нареченной. Слишком много навалилось, и разом. Следовало подумать, и хорошо обмозговать ту ситуацию, в которой он отказался.
Домой Петр домой не спеша. Ему не хотелось встречаться с Романом, который, наверняка, с нетерпением дожидался его возвращения. Как объяснить другу ту нелепую ситуацию, в которой он оказался? Как примирится с мыслью, что девушка, которую он женой приведет в свой дом, будет смотреть на него недружелюбно, а то и с ненавистью? Петр понимал, что в глазах графини Ирины Палагиной предстал не лучшим образом. Что она могла подумать, когда обнаружила, что незнакомый мужчина подглядывает за её купанием? От постыдных воспоминаний Петр застонал. Но, простит его Господь, в тот момент он не мог повести себя иначе! Искушение было слишком велико!
Та красота, что предстала перед ним, была редкостной.
У Ракотина было немало подруг, он искренне восхищался женщинами и преклонялся перед их обаянием! Сколько чаровниц побывало в его объятиях! Сейчас и упомнить трудно. Но русалка, что, не спеша, выходила из пруда, поразила его воображение и воспламенила желание. Чего уж тут греха таить, Петр просто мечтал о моменте, когда сможет обнять эту дивную красавицу.
Но перед сим знаменательным событием не помешало бы с ней хотя бы немного познакомится и подружится.
Петр усмехнулся. Да, братец, ну, и влип же ты! Правда, по прошествию нескольких часов он на сложившуюся ситуацию стал смотреть менее трагично. А к чему расстраиваться? Был бы повод! Ему в жены достается красивейшая женщина, не бесприданница, да к тому же, как он успел отметить, именно Ирина занималась хозяйством по возвращению Палагиных из Европы, и стоит признать, получалось у неё это не плохо.
Поэтому, когда Петр достиг имения, то приказал камердинеру срочно разыскать Романа и подать в кабинет несколько бутылок шампанского и закуску. Им есть что отпраздновать!
Ночь наступила быстро. Молодые люди просидели в кабинете несколько часов кряду. За что только они не пили! И за будущую семейную жизнь и за красавицу-жену и за будущее потомство! Сколько смешных историй, связанных с помолвкой, сразу всплыло в памяти! Сколько каламбуров было вспомнено! Разошлись друзья глубокой ночью, когда настенные часы давно пробили полночь.
Не смотря на выпитое спиртное и усталость, Петр спал беспокойно, постоянно просыпался и вздрагивал во сне. Кончилось дело тем, что он в раздражении швырнул подушку в стену и поднялся с кровати. Зажег свечу, посмотрел на часы и приглушенно чертыхнулся. Н-да, рановато, брат, ты поднялся….
Возвращаться обратно в постель особого желания не было, и Петр, одевшись, быстро спустился вниз. Будить камердинера он не стал, и прямиком направился на конюшню. Конюхи к тому времени уже проснулись, они знали особенность барина порой выезжать по утрам и старались угодить. Поэтому когда Петр зашел на конюшню, то Казбек был уже вычищен и накормлен. Отлично! Ему не терпелось оседлать скакуна и развеяться, прогнать охвативший его сплин.
Когда Казбек был оседлан, Петр резво вскочил в седло и был таков. Конюхи переглянулись и пожали плечами. Мол, не наше дело вмешиваться в жизнь молодого барина, но по дому слушок идет….
Утро выдалось славным. За горизонтом поднималось солнце, торопливо избавляя людей от ночных грез, утренний морозец бодрил и настраивал на рабочий лад. Петр постоянно пришпоривал Казбека, задавая нужный темп. Ему хотелось бешеной скачки, чтобы дурная кровь вышла вместе с потом! А там, глядишь, и голова заработает в нужном направлении! День обещал быть хлопотным.
Петр отдался во власть бешеной скачки и сам не заметил, как через лесные тропинки снова оказался около владений Палагиных. А там, точно утреннее видение его взору предстала великолепная гордая всадница!
Девушка, а в этом не было никакого сомнения, застыла на месте, придержав резвую лошадь. Она внимательно наблюдала за приближающемся незваным гостей и нетерпеливо похлопывала хлыстом о ладошку. Вот так встреча….
Ракотин сближался с незнакомкой, чувствуя, как учащается его сердцебиение. Он нетерпеливо оценил и её уверенную манеру держаться в седле и выдержку, и хорошую кобылу. Если бы Петру удалось этой ночью выспаться, то он непременно заметил, что лошадь ему знакома, что он где-то видел эту кобылицу…. Но в последнее время обстоятельства были явно направлены не в его сторону.
Между ними стремительно сокращалось расстояние. Петр спешил поравняться с великолепной всадницей, просто жаждал встречи.
Солнце как раз поднялось над лесом, и утренние лучи ласково прошлись по незнакомке….
— У вас входит в привычку кататься по чужим угодьям, господин Ракотин, — холодный голосом приветствовала его Ирина.
Петр в душе помянул своё незавидное проведение, и постарался на лице изобразить самую приветливую и доброжелательную улыбку, на которую он был способен.