Чтение онлайн

Догадавшись, что чувствует Лайам, Ваард приветливо подмигнул ему.

— Отлично, — сказал он, широко улыбаясь. — Рад знакомству.

— Это… Это большая честь.

— Это пройдет после нескольких стаканов. А вон тот кто? Еще один новобранец?

Ваард указал на сияющего Дариля, который с любопытством приближался к ним, держа Иссариса на руках.

— Вроде того, — ответил Лорн. — Он пребывает здесь вот уже несколько недель, и пока у меня нет к нему нареканий. Его зовут Дариль, он мой… щитоносец.

— Привет, Дариль.

— Доброе утро, господин.

Вырвавшись из рук подростка, рыжий кот принялся изучать новую повозку и новую лошадь.

Лорн схватил Ваарда под локоть:

— Идем. Посмотришь на кузницу. Ну, или на то, что от нее осталось.

Они удалились.

Кузница, построенная вблизи внешней стены, многие годы стояла без дела, никому не нужная, как и вся Черная башня. От нее остались только стены да несколько балок. Крыша обрушилась давным-давно.

Скрестив руки на груди и опершись плечом о дверной проем, Лорн наблюдал, как Ваард оглядывает помещение, перешагивая через обломки и заросли, рассматривает саму кузницу, дымоход которой чудом сохранился. Лорн решил воспользоваться моментом, чтобы ввести кузнеца в курс дела. Он рассказал Ваарду о Сибеллюсе, об Андаре, о префекте Иоргасе и о том, что узнал о жизни людей в квартале Красных Мостовых. Ваард слушал молча, внимательно, ни на секунду не прекращая осмотр. Наконец он с презрением уставился на проржавевшую, увитую плющом наковальню, которая стояла посреди развалин.

Помолчав, Лорн спросил:

— Так что там с Наэ? Она решила остаться?

Ваард пожал плечами. Впрочем, этот жест указывал не на незнание, а скорее на затруднение с ответом.

— Нет, она уехала из Цитадели вскоре после твоего отъезда.

— И куда?

— Да не знаю я. Мы… Мы немного поссорились.

— Из-за чего?

Кузнец еще раз пожал плечами:

— Ей не понравилось, что я принял твое предложение вступить в Ониксовую гвардию в моем возрасте. Но главное, она… — Стараясь не выболтать лишнего, Ваард осторожно выбирал слова. — Она приняла решение, которое я не одобряю.

Тон речи старого кузнеца озадачил Лорна.

— Ты чего-то недоговариваешь, — прищурился он.

— Это ее выбор… — неохотно произнес Ваард.

Лорн решил не настаивать, но Ваард добавил:

— Я воспитал ее так, чтобы она была независимой, чтобы принимала свои решения сама. Так вправе ли я мешать ей сделать то, чего она хочет, даже если это мне не нравится?

Казалось, он ищет утешения. Внезапно устыдившись, что поддался слабости, старый кузнец опустил глаза. Лорн не знал, что сказать и как рассеять отеческую тревогу.

Они долго молчали.

Затем Лорн тряхнул головой и заговорил как ни в чем не бывало:

— Как думаешь, эти развалины не совсем безнадежны?

Старый кузнец еще раз обвел взором старую кузницу, задумчиво кивнул и ответил:

— Скоро моя наковальня здесь запоет.

Вслед за Ваардом пришли другие.

Люди появлялись по мере того, как вокруг Черной башни поднимались строительные леса. В основном они приходили, привлеченные слухами. По приказу Андары объявления сорвали, но вскоре в них уже не было необходимости. Разговоры пошли вовсю, главным образом среди профессиональных военных и ветеранов, тосковавших по утраченной славе Верховного королевства. Люди передавали из уст в уста, что появился новый Первый рыцарь и что он вербует в Ониксовую гвардию. Возможно, он сумасшедший. Но рядом с этим сумасшедшим был сам Рейк Ваард, один из последних верных подданных Верховного короля.

Итак, лето шло, и каждую неделю в Башню являлись новые и новые кандидаты.

Лорн принимал их в присутствии Ваарда, с которым советовался, если колебался. Часто ему было достаточно одного взгляда, чтобы отказать добровольцу. Он хотел видеть людей, которые умеют сражаться и ездить верхом. А также подчиняться приказам, терпеть усталость и боль. В первую очередь он искал людей, которые сберегли в сердце идеалы, людей чести и долга, которые, как он сам, все потеряли, но сохранили в душе тайный огонь.

Священный огонь.

За истекшие недели Лорн завербовал только четверых человек.

Дуэйн, рыжий великан, со спиной, исполосованной шрамами, служил кузнецом в Ансгарнской армии, прежде чем его сослали на галеры. Йерас, разведчик, которого — с острием стрелы в левом глазу — оставили на поле битвы в конце опаснейшей экспедиции в Серые степи. Эриад, привлекательный светловолосый молодой человек, который мечтал о великих свершениях и героических победах.

И Логан.

Однажды вечером он пришел в крепость с двумя шпагами — на боку и за спиной. Он был скуп на слова, смотрел с недоверием и неохотно отвечал на вопросы, которые Лорн задавал ему. Встреча прошла так плохо, что Логан уже развернулся и пошел прочь, как вдруг Ваард окликнул его:

— Погодите!

Скорее довольный тем, что Логан уходит, Лорн с удивлением посмотрел на старого кузнеца.

— Наемник? — спросил Ваард.

— Да, — ответил Логан.

— Давно?

— Почти всю жизнь.

— Соблюдаете ли вы Кодекс?

Логан отодвинул рукав и показал метку, нанесенную раскаленным железом на запястье. Такую метку носили все наемники, дававшие клятву, что будут выполнять свой долг согласно заповедям о мужестве и верности, изложенным в Железном кодексе.

Ваард сделал вид, что размышляет, а затем спросил:

— Две шпаги — это для красоты?

Вопрос был явно провокационным, но Логан и бровью не повел.

— Нет.

Другой на его месте тотчас бы обнажил обе шпаги и продемонстрировал владение ими, чтобы доказать свое мастерство.

Но не Логан.

Ваард улыбнулся. И, даже не повернувшись в сторону Лорна, сказал:

— Будь здесь завтра на рассвете.

Наемник кивнул и молча ушел.

— Ты уверен? — спросил Лорн, глядя вслед уходящему Логану.

— Уверен, — ответил Ваард.

Он узнал во взгляде наемника страдание, которое было слишком хорошо знакомо ему самому. Этот человек был в поисках искупления.

— И, чтобы ты знал, — добавил он, — мне не нравится Эриад.

Лорн скривился:

— Это чем же? Ну, мечтает парень о великой славе, и что с того? Он молод.

— Он всего на пять лет моложе тебя.

— Ну, я тоже мечтал о славе пять лет назад.

Лорн помрачнел, думая о том, кем он был и кем ему уже было не суждено стать.

Старый кузнец что-то проворчал.