Садко
Шрифт:
– Ну да, – покачал головой князь. – Ещё скажи, что не влюбился в княжну мгновенно и без памяти!
Садко удивлённо пожал плечами. Он ничего не понимал.
– Не знаю… – пробормотал он. – Я только на картинке её видел…
Князь встал, привлёк к себе будущего зятя за плечи, зашептал:
– Значит, полюбил благодаря богатому воображению. Молодец! Эй, кто там? Писаря сюда!
Не успел князь договорить, как перед ним появился стол с писарем. Тот приготовился выполнять приказ – макнул перо в чернила и застыл над чистым берестяным листом.
– Значит, пиши, – ткнул пальцем в бумаги князь. – В приданое горшочек золота даю.
Аким удивлённо хмыкнул.
– Серебра? – передумал князь.
Писарь исправил. Аким засопел в усы.
– Просто горшочек, – решил князь и сдёрнул гусли с плеча Садко. – И чтоб никакой музыки!
Инструмент полетел в окно. Садко бросился было за любимыми гуслями, но Аким остановил его.
– Зять – гусляр! – вздохнул князь, проверяя договор женитьбы. – Позор! – И покосился на Садко: – Всё понял?
Музыкант потянулся прочитать, что там в бумаге написано, но ему не дали.
– Читать необязательно, – отмахнулся от него князь, – договор типовой.
– Минуточку! – возмутился Садко. – Я свои права знаю! – Он снова наклонился прочитать документ: – Я, Са… Cад-ко…
Потеряв терпение, Аким сжал шею Садко, перехватил руку, макнул палец в чернила.
– На досуге почитаешь, библиофил, – хохотнул он и заставил Садко приложить палец к бумаге. – Так… Отказ от наследства, счёт-фактура, накладная, график выплат, ваучер…
Везде появился отпечаток музыканта. Князь снова притянул Садко к себе.
– Ну, поцелуй невесту, – разрешил он, прижал лицо Садко к картине с княжной. – Но не сильно. И держи себя в руках.
Если тут кто кого и держал в руках, то князь Садко. Но как только все формальности были выполнены, государь оттолкнул музыканта на Акима.
– Вот и славно! – отряхнул руки князь. – Свадьба завтра, начало в полдень, просьба не опаздывать.
– Пшёл! – прогнал Аким новоявленного жениха.
А что Садко оставалось делать? Он и пошёл домой, держа в руках подписанный договор о женитьбе.
Глава третья
Побег
Садко, конечно, не мог ослушаться княжеского приказа – утром он собирался прийти во дворец и… И что там от него требуется? Но всё это было как-то уж странно, неожиданно. Жениться… Разве так просто, по приказу, женятся? Разве для этого кое-что ещё не нужно? Чувства… Хотя бы узнать невесту! А вдруг она музыку не любит? Или любит, но не ту, что любит Садко… Ой, сложно всё это.
Отец дремал в тени перевёрнутой лодки – перед ним стояла кадка чищеной репы. Голову он подпёр рукой, из другой вот-вот был готов выпасть нож.
– Пап… – позвал Садко.
Отец вздрогнул, проснулся и вновь принялся чистить корнеплод.
– А, что? – испуганно переспросил он. И оглянулся. Но около лодки стоял только Садко.
– Ты на маме почему женился? – осторожно начал Садко.
– Полюбил, – мечтательно протянул отец, откладывая репу. – Больше жизни.
Ответ Садко не очень устроил.
– А любовь – это как? – завернул он к этой теме с другой стороны.
– Ну, это… – В попытке придумать удачный ответ отец почесал в затылке. – Когда видишь её… И ноги слабнут. В руках дрожь. И мурашки бегают.
Отец быстрым движением очистил репу, показал. Она получилась в форме сердца.
– Степа-а-а-ан! – грозно позвала мать.
Отец вздрогнул, уронил сердце, то есть репу.
Мать по пояс высунулась из окна. Вид у неё был грозный.
– Степан! – снова позвала она.
– Иду-иду, зайка моя… – заторопился отец. – Видишь?! Побежали!
И он показал сыну свою руку. Ничего Садко в этой руке не увидел – рука как рука. А отец взвалил на себя бадью с репой и зашагал домой.
Ой, странно всё это. И даже мурчащая около его ног кошка не могла ему ничего объяснить.
Утром на площади перед дворцом монахи на колокольне играли марш Мендельсона. В тронном зале шло торжество – молодых венчали.
Садко в нарядной одежде – красивом кафтане и сапогах – стоял посреди зала на подиуме под балдахином. Рядом с ним княжна в таких же богатых нарядах и в фате. Оба с венчальными свечками в руках. Поодаль Аким – а куда же без него. Зал был полон гостей. Тут же стояли взволнованные родители Садко в праздничной одежде. Напротив топтался князь. Ему хотелось, чтобы всё это закончилось побыстрее.
– Когда две прекрасные души встречаются на небе, как ангелы, – восторженно читал по книге дьяк. – Когда глаза сияют, а сердце трепещет…
Садко посмотрел на свою руку. Ничего у него не трепетало. И мурашки не бегали.
Аким недовольно одернул дьяка:
– Короче!
Дьяк ускорился:
– Согласна ли невеста взять в мужья этого… – И споткнулся. – Судко?
– Садко, – поправили из толпы.
– Да, – с улыбкой ответила княжна.
Дьяк захлопнул книгу.
– Ну, мнение жениха всем понятно, – скороговоркой произнёс он. – Будем экономить время. Переходим к процедуре бракосочетания…
Он достал из кармана обручальные кольца.
Садко снова посмотрел на свою руку.
– Подождите! – остановил он дьяка и передал свечу княжне. – Подержи!
Та с готовностью приняла – она привыкла подчиняться командам. Да и жена – а она без пяти минут жена – должна слушаться мужа.
Освободившимися руками Садко задрал свою штанину. По залу пронёсся ропот.
– Я не могу жениться! – пробормотал Садко, глядя на отца. – У меня мурашек нет… Совсем!
И чтобы подтвердить свои слова, что свадьбы быть не может, он задрал подол платья княжны, показав на её ногу: