Чтение онлайн

— Лекс, хорош ржать, — Сева толкает локтем, заметив, как меня пробило на смех. — Этот чел семерых положил за сезон, и один так и не встал.

Пожимаю плечами. У каждого своё кладбище. Это не предмет для гордости.

Ноги ступают на мягкую поверхность, сердце набирает обороты и пульс разгоняется. Сжимаю руки, давая мышцам импульс. Верзила напротив скалится в мерзкой улыбочке. Нам предлагают столкнуть в дружеском жесте перчатки. Мы выполняем, и каждый из нас ощущает горячую волну ненависти. Оба понимаем, что легко не будет.

— Борьба! — выкрик вырывается из глотки ведущего.

Слепая ярость застилает глаза, когда я бросаюсь на противника. Мне нужен не этот. Другой. Но этот стоит на пути.

А парень хорош. Но я не чувствую боли, только лишь вскользь замечаю, как щиплет пот в разбитой брови, когда я на полу блокирую за шею здоровяка. Он хрипит и трижды бьёт рукой по покрытию ринга.

Сигнал рефери доходит до меня не сразу. Понимаю, что этот недоцарь волков начинает синеть. Отпускаю и резко встаю. Объявляют перерыв, и я падаю на подставленный Севой стул. Напротив волки отпаивают своего царя.

Плещу из бутылки в лицо и обвожу взглядом зал. Многие недовольны. Ну а кому охота просирать своё бабло? Вдруг натыкаюсь взглядом не Ермолая. Он довольный как слон. А рядом стоит белая как стена девушка. Узнаю Ирину Ряполову — свою одноклассницу и бывшую девушку. Вдруг становится смешно. Тошка так хотел перещеголять меня во всём, что даже пользованную мной бабу себе забрал. Ирка смотрит во все глаза и, кажется, даже дрожит.

Снова звучит сигнал, схватка продолжается. Бугай работает активнее, пару раз сильно прикладывает меня в перевороте о пол. Да так, что из глаз начинают сыпаться искры. Чувствую, как недавняя подруга снова стремится в гости. Головная боль.

Встряхиваю головой, смаргивая пелену. В груди разливается огненная горечь. Пора заканчивать этот ебаный театр. Бью кулаком в пол, заставляя старую травму заткнуться. Валяться с полотенцем на виске буду потом. А сейчас пора действовать. Рывком вхожу в ближнюю дистанцию и беру его за корпус в захват. Недоцарь волков напрягает спину, буграми выпячивая мышцы. Рывком выдыхаю и концентрирую всю силу в одной точке — в плече. Волчара рычит, упираясь ногами, но я это уже рык беспомощности. Бью по корпусу, сбивая ему дыхание и в этот момент перебрасываю через себя. Бугай валится, хлопает по полу ладонями и замирает, прикрыв глаза перчаткой.

Первый пошёл, Антошка. Можешь обоссаться от радости.

Спрыгиваю с ринга, не дожидаясь грёбанных оваций. Они не нужны, у меня другие цели. Машу Севе, чтобы не шёл за мной в раздевалку. Мне нужно отдышаться и угомонить огонь внутри. Но едва я стаскиваю перчатки и выливаю содержимое бутылки на голову, в раздевалку с бешенными глазам влетает Ирка.

Застывает на пороге, пялясь на меня.

— Лёша! — взвизгивает и бросается на шею.

— Лиза! — хватаю подругу под руку и пытаюсь утащить подальше от этого бутика. — Я такое даже примерять не стану!

— Станешь-станешь.

Копылова проворно выворачивает локоть и, ухватив меня за рукав, затаскивает в отдел. Милая улыбчивая девушка тут же спешит нам навстречу.

— Привет, девчонки, — улыбаются пухлые губки, — что вам подсказать?

— Ничего, мы просто мимо проходили, — снова делаю попытку утащить свою вредную подругу.

— Да, — улыбается она в ответ девушке-консультанту, — и заметили вот эту симпатичную пижамку. Яна, просто примерь. Пожааалуйста.

Кошачьи глазки моей соседки смотрят хитро-умоляюще, и после ещё нескольких уговоров, в том числе почуявшей добычу консультантши, я сдаюсь и тащусь в примерочную с воздушным чёрным кружевом в руках.

— Вообще, — вещает из-за ширмы Лизка, пока я пытаюсь разобраться, куда какая тесьма должна надеваться. — Таких должно быть минимум три: чёрная — для роковой страсти, красная — для огненной и белая, потому мальчикам иногда хочется развратить совсем невинную девочку. Хотя, ещё, пожалуй, розовая, чтобы почувствовать себя принцессой, когда спишь одна с большим плюшевым медвежонком в обнимку.

Машу молча головой, жалуясь мимикой своему отражению в огромном зеркале примерочной. Из этого самого зеркала на меня смотрит… о! Это просто разврат какой-то, а не пижама. Красиво, конечно, но я такое никогда не решусь надеть, даже когда буду спать одна. Надо по-тихому снять и сказать, что размер не подошёл.

Но мой коварный план проваливается, потому что в этот момент Лизка беззастенчиво отдёргивает шторку и воозряется на меня.

— Просто… вау! — её губы вытягиваются трубочкой, а мне хочется прикрыться.

— Лиз, нет, не вау, — пытаюсь отгородиться шторкой. — Это развратный шлюханский наряд. К тому же очень дорогой.

Лизка сопит из-за ширмы, пока я переодеваюсь, но странно молчит. Быстро сдалась, я уж думала, будет сложнее.

Но всё становится понятно, когда она за моей спиной расплачивается на кассе, когда мы уже выходим, а потом вручает мне с коварным видом.

— С прошедшим, Фомина! Пусть твой говнюк-бра… парень возбудится и подарит тебе кучу умопомрачительных оргазмов.

Хлопаю себя по лбу, выхватив подарок. Чёрт, не стоило делиться с Лизкой. Хотя как уж тут не поделишься? Это ж Копылова. Она пытала бы меня своими жуткими сельдереевыми коктейлями, если бы я не рассказала хоть что-то.

— Да ладно тебе, Янка, — Лизка примирительно обнимает меня. — Этот твой Шевцов пугает меня до чёртиков одним только своим хищным взглядом, но твои щёки он заставляет розоветь, а это значит, что я могу ему простить все запугивания и угрозы.

— Лёша тебе угрожал? — ошарашено смотрю на подругу. — Господи, Лиза, когда он успел?

— Ну, тогда, в больнице, когда пришёл за твоей подписью. Обещал же мне башку открутить, помнишь?

— Ну да.

Мы обедаем в кафе и тащимся домой на автобусе. Болтаем о том, что давно пора бы уже хоть одной из нас научиться водить машину. Лизкин отец, да и Виктор ещё со второго курса настаивали, чтобы мы шли учиться в автошколу, но как-то всё никак. Вот так и протаскались на маршрутках все годы учёбы в академии.