Сахара
Шрифт:
Не говоря ни слова, Ксюша метнулась в комнату. Если она сейчас же не примет живчика подступающая лавина боли просто раздавит ее. Ржавый, Мет, Паяц — все говорили, что живчиком злоупотреблять нельзя, но ее дар требовал все больше и больше. Он был просто ненасытен!
На столе, где она оставляла бутылку, живчика не было. Девушка истерично заметалась по комнате, перерывая и разбрасывая вещи.
— Сейчас, сейчас, — бормотала она, пытаясь справиться с дрожью, — Господи, да где же она?! — взвыла Ксюша, хватаясь за голову.
Взгляд упал на пузатый сосуд.
В приступе отчаяния, девушка, приложилась к бутылке, надеясь хоть как-то унять разрывающую голову боль. Жадно глотая, она подняла глаза, увидев, почти на самой верхней полке стеллажа заветный живчик.
Уже не раздумывая Ксюша полезла наверх, скидывая с полок мешающие безделушки. Руки впились в заветный пластиковый сосуд. Она блаженно прикрыла глаза. Безумная улыбка появилась на лице. Не удержав равновесия, девушка с грохотом повалилась на пол, прижимая бутылку к груди.
— У тебя все в порядке? — в комнату влетела Мэрилин.
— Все хорошо, — пробулькала Ксюша, не отрываясь от бутылки.
Мэрилин еще что-то сказала и ушла.
Мир потонул в блаженном онемении. Никаких видений, никакой боли — ничего. Ватная тишина разлившаяся по всему телу.
Она отставила бутылку в сторону, раскинув руки.
При таком темпе ей придется работать круглосуточно, исключительно за живчик. Девушка грустно усмехнулась. Даже если Скифу удастся замять дело с ее вторым даром, даже если ей удастся устроиться работать где-то помимо борделя… Проклятый дар не даст ей спокойной жизни. "Какого это видеть смерть людей, к которым успела притереться? Беспомощно взирать в лицо неизбежности… Как конченый наркоман быть готовой на все, ради очередной дозы живчика… Может, я и в правду монстр, и мне тут не место?" — Ксюша сжала кулаки, стиснув зубы.
От этого вопроса хотелось выть. Она открыла глаза, уставившись на темные трещины в потолке. "Восьмидесятник" — тенью прошлого пронеслось в голове.
— Привет, — дверь без стука открылась, и в проеме появился улыбающийся Паяц.
Ксюша повернула голову, помахав рукой.
— Что, отвыкла на кровати спать? — хохотнул он, — вставай, я не с пустыми руками.
Парень шагнул в комнату, держа в руках стилизованные под трезубец вилы.
— Держи, царица полей Кукуруза. Владей, — с этими словами он вручил подарок, поднявшейся с пола Ксюше.
На стол опустилась бутылка Мартини и два стаканчика.
— Ну что, давай за вас, за нас и за спецназ? — он передал доверху наполненный стакан.
Девушка сделала пару больших глотков.
— Смотрю обустраиваешься. Порядок наводишь, — он поднял с пола расколотую на двое статуэтку маленького ангелочка.
— Паяц…
— Может, потанцуем? — с этими словами он достал из кармана новенький айфон, — эти шарманки теперь на большее не способны.
Заиграла протяжная мелодия, сменившись барабанным боем. Руки опустились на Ксюшины плечи, притянув к себе. Плавные переходы то и дело срывались на глубокий тяжелых ритм. Будто мнимое спокойствие этого мира, переходило в мучительный отчаянный крик. Ладони Паяца переместились на талию, он прижался всем телом низко опустив голову.
Toxicity (System of a down)
Conversion, software version 7.0
looking at life through the eyes of a tired hub
eating seeds as a pastime activity
the toxicity of our city, of our city
Now, what do you own the world?
how do you own disorder, disorder
Now somewhere between the sacred silence
Sacred silence and sleep
somewhere, between the sacred silence and sleep
disorder, disorder, disorder
More wood for the fires, loud neighbours
flashlight reveries caught
in the headlights of a truck
eating seeds as a pastime activity
the toxicity of our city, of our city
Now, what do you own the world?
how do you own disorder, disorder
Now somewhere between the sacred silence
Sacred silence and sleep
somewhere between the sacred silence and sleep
disorder, disorder, disorder
Now, what do you own the world?
how do you own disorder, disorder
Now somewhere between the sacred silence
Sacred silence and sleep
somewhere, between the sacred silence and sleep
disorder, disorder, disorder
When I became the sun
I shone life into the man's hearts
When I became the sun
I shone life into the man's hearts
— Когда я стал солнцем, я подарил свет людским сердцам, — парень шепнул перевод последней строчки.
Ксюша тяжело усмехнулась.
— Когда ты станешь солнцем, я стану выжженной дотла пустыней… — она выскользнула из его рук, — можешь кое-что передать Штирлицу?
Достав из рюкзака два пакетика со споранами, Ксюша, протянула их парню.
— А сама, что?
— Я… Мне нужно уйти, — почти шепотом ответила девушка.
— Чушь не неси. Что, поколение селфи не в состоянии жить в этом жестоком мире? Принц на белом коне не появился, можно подыхать?
Он плюхнулся на кровать, рядом с побледневшей девушкой, спокойно забрав один пакет.
— Этот оставь себе. Думаю, Ржавый, поступил бы именно так. Он говорил, что ты ему младшую сестру напоминаешь.
Он жестом позвал Ксюшу сесть рядом, зло заулыбавшись.
— Ну, так что, будешь спасительный патрон зарабатывать? Я готов подсобить, не бесплатно, конечно.
— Лучше бы ты сдох, — прошипела она сквозь сжатые зубы.
— Да, да, да… Именно поэтому ты меня всю дорогу на себе перла. Не дури, тут теперь твое место.
Он резко развернулся, повалив девушку на кровать.
— Ты меня поняла? — парень до боли сжал запястья Ксюши.
Девушка молча смотрела сквозь него, будто все сказанное им не имело никакого значения.