Саммаэль
Шрифт:
— Сзади иду, — Саммаэль поднимался по лестнице. — Ну… ну мы наворотили!
— А ты бы чего хотел, — Грэг встревожено повёл стволом винтовки.
Корветы, превращённые кумулятивными в решето — и вдавленные в песок. Тела — несколько в офицерской форме, куда больше в лётных комбинезонах, — покорёженные — не поймёшь, — то ли взрывом, то ли разрядами плазмы — в беспорядке разбросаны на плацу. Тусклое жёлтое пламя над руинами штаба — и чёрный, густой, маслянистый дым. Сноп белых искр, как от электросварки, на ракетной позиции. И запах, такой, что…
— Слышь, колдун, — прохрипел механик, разразившись надсадным кашлем. — Командовал бы отход! Тут радиации до хрена, и я ж помолчу про химию! Этот магний… если уж он горит, то ядовитый как хер знает што!
— Валь! — скомандовал Саммаэль, поправив ларингофон.
— Группу наблюдаю на видео, — докладывал Валентайн. — Активность противника не обнаружена. Приступаю к эвакуации.
Вновь резанул по ушам свист фенестронов. Фрегат выскочил из-за бархана как чёрт из коробочки, прошёлся над самым над краем, вздымая пыль к небесам и расшвыряв выхлопом обломки наблюдательной башни; — а потом вдруг встал боком, завалился на левый борт…
«Что он делает, что он делает?» — забеспокоился было колдун, глядя на четырехсоттонную тушу фрегата, несущуюся боком прямо на них, — но сразу же понял: Вессон выключил подъёмные на левом борту, чтобы не швырять в нас песок!
Впечатался левым бортом в плац, попёр по инерции, нагребая на шасси изрядную кучу песка, и — Саммаэль передёрнулся — подмяв под лыжу несколько тел. Остановился. Люк ухнул в сторону, выехал трап…
— Мэллони, первый, пошёл! — командовал Саммаэль. — Милена вторая, я замыкающий! Александер, готовиться к переходу!
«Есть», донеслось из наушников.
Пригнувшись, — а Милена и вовсе закутала девушку с головой в плащ, сама вновь оставшись без ничего, — бросились к кораблю. Шлюз… трап убрать, люк закрыть, интерком, — «Вессон, все на борту!» — и сполз по стене на пол шлюза.
«Мэллони», грохнуло из динамиков. «Бегом на движки!»
Механик, бросив винтовку на пол, умчался в машинное отделение.
Пленница, скорчившись в дальнем углу, спрятав лицо в ладонях. Плечи мелко дрожат. Голая — и чёрная от усталости — демонесса, содержимое аптечки по полу по всему шлюзу, в руках инъектор и ампула с успокоительным. Пронзительный взвизг реакторов в компрессионном режиме. Дрожь в руках, дрожь в коленях, крупная дрожь бьёт всё тело, зуб не попадает на зуб, — сейчас-то чего дрожать, сейчас-то всё уже кончилось! Кажется, что качается палуба; а может быть, это голова идёт кру?гом…
Осталось совсем немного! До Териоки недалеко!
Долгий скрежет гравия где-то внизу. Колдун чуть не выпадает наружу, когда люк распахивается настежь.
Наружу. На Териоки.
Противная, химическая вонь от плаща, забившая запах крови. Охрипший, сорванный голос Грэга: «все в душ! Одежду, у кого есть, — в мусор! Плевать, сколько сто?ят эти плащи, — радиация под потолок!» И — в подтверждение — тонкий писк радиометра.
— Нет, — мотает колдун головой, — Нет. Щас, ещё одно дело…
Наблюдательный пост, пульт управления связью. Отчаянный хрип бортмеханика за спиной, — «куда ты в жилой отсек в «горячем» плаще!»
Кнопка «S.O.S.»
— Эр-шесть-шестьдесят один, — выговаривает Саммаэль, прижав к голове гарнитуру, — Эр-шесть-шестьдесят один. Гарнизон АФВКФ терпит бедствие! «Объект» захвачен. Повторяю: «Объект» захвачен.
— Ты охуел?!
Вессон, — на нём лица нет! — стоит прямо в дверях. Правая рука уже сжата в кулак, но для удара ещё не занесена. Колдун выключает передатчик.
— Валь, — устало говорит Саммаэль, взгромождая непослушные руки на пульт, и кладя поверх чугунную голову. — Все и так уже знают, что гарнизон уничтожен. И все и так уже знают, что это моя работа. Я просто сообщил подполковнику Грант, что девушка у меня…
И — всё. На этом — провал.
Глава 24. После бала
— Что-то мы слишком легко отделались, — Вессон раскачивался на месте, обхватив руками за плечи и вперившись взглядом в костёр. — Там на грунте ведь никого не было… пока офицерьё не побежало из разбитого штаба.
— «Горняшка», — буркнул колдун.
— Что…
— Высотная болезнь. Акклиматизация, — Саммаэль выронил сигарету, матернувшись, полез за следующей. — Если б мы дали бы им ещё пару дней, они бы быстрей шевелились. А так, — прикурил наконец-то, махнул рукой. — Ни один даже не добрёл до скафандра. И ещё, этот десант, оказывается, ходит-то в «повседневке»! И только по сигналу тревоги сбрасывает камуфляж, лезет в комбез… за этим я их и застал.
— Ннда, — побормотал Валь. — Были бы там «планетарщики», они б нам вставили и провернули.
— А что «планетарщики»?
— Войска планетарной обороны, — пояснил пилот. — К погоде и климату попривычнее. Ну, и в землю вкопались бы понадёжнее, выставили б дозоры, пару снайперских точек наверху, датчики движения, минные поля на подходах…
— Ну, мы б тогда ещё утром легли, — равнодушно буркнул колдун. — Когда на разведку ходили.
— Ладно тебе, — Вессон скривился и замахал рукой. — Всё уже, мы всё уже сделали.
— Я вот не понимаю, — проскрипел Грэг, поднеся фляжку ко рту. Потом дёрнулся, глянул на колдуна, спросил: — Можно?
— Нужно. И по кругу пусти!
— Так я вот не понимаю, — Грэг сделал преизрядный глоток, и передал колдуну флягу. — Этот ваш Верс, он совсем, что ли, дурак, что нормальные войска сюда не привёз?
— Ну, Верс-то, может быть, и дурак, — Саммаэль глотнул и закашлялся. — Но я думаю, он просто взял то, что ему дали. Сказали «пехоты», мол, «нет, бери штрафников и отваливай». Пехота щас всем нужна, в Айзене и в Метрополии; а десант…
— Тогда ясно… А чем ты их, кстати?
— Кого, «штрафников»? Вот этим, — колдун тюкнул по головёшке в костре слабеньким «воздушным лезвием». Головёшка вспыхнула и рассыпалась яркими искрами.