Чтение онлайн

— Мастер Саммаэль! Вызывали?

— Да, Валентайн, вызывал. Проходи в трюм.

— А трап… а, ладно, по пассажирскому обойду.

— Ну, — колдун тяжело поднялся на ноги. — За работу. А, Рейчел, пришла! Хорошо. Последняя серия, и на сегодня всё.

«А потом мы с тобой пойдём погуляем в лесок… и даже не знаю, что я тебе там скажу».

— Ну что? — спросил Вессон, проходя в трюм.

— Валентайн, надо будет ненадолго включить движки…

— Маршевый [127] ?! — изумился Вессон.

— Нет. Достаточно джампа и гравикомпенсаторов. Джамп же номинально всегда включён?

— Ну да… ну да! А… нас не зажопят?!

— А мы ненадолго. И потом, неизвестно, есть ли кто-то сейчас в секторе. Вообще, не должно бы быть.

— А… ага! — Вессон что-то придумал. — Хватит одной ВСУ! Сейчас, — плюхнулся на корточки и принялся откручивать кремальеру. — Я локально включу…

— Не облучишься?

— Нее, — Валь распахнул люк вентрального тоннеля. — Сама ВСУ — махнул рукой. — Там, под отсеком связи. А здесь её управление.

— Тогда подожди, не включай, — Вессон уже просунул в тоннель ноги, и торчал оттуда по пояс. — Сначала снимаем калибровочный. Рейчел, — Саммаэль кивнул девушке. — Полезай в «коробок».

Залезла; Мари прикрыла за нею дверь, принялась начитывать в диктофон, — «Серия тридцать девять, влияние корабельных двигателей». «Охлаждение», буркнул колдун, становясь за пульт. Ухнуло и затарахтело под полом. «Блин, ну чем же на борту так воняет?! Что за кислятина?! Ладно; пото?м разберусь…»

— Валь?

— А?

— А вспомогательной установки хватит на гравитацию и на сканер?

— Ага, хватит…

— Хорошо, — перебил его Саммаэль. — Сканирование! Калибровочный скан пошёл… пошёл… пошёл! Калибровочный скан в норме, наблюдается незначительное смещение главной медиальной дуги… предположительно, связанное с остаточным стрессом от тридцать восьмой серии. Вессон, давай!

Валь змеёй проскользнул в люк, заворочался под полом, загремел чем-то железным. Забормотал приглушённо, — «ага, вот она! Сейчас мы возьмём эту письку за воротник, — и её провернёёёём…»

Колдун не знал, какую именно «письку» провернул Валентайн, — но взвыла она там конкретно. И, кажется, даже подпрыгнула.

— Вессон! — колдун стукнул каблуком по полу.

— Ааа?

— Что за «письку» ты там провернул?!

— Подачу трития… то есть, форсаж!

— А… ой, хватит, хватит! — диаграмма-то на экране поползла, поползла… — Валь, хватит письки крутить!

— Да я ничего не делаю… — вылез по пояс из люка.

— Что происходит? — Мари оттолкнула Саммаэля от пульта, уставилась в диаграмму. — Нарушение главного периода! Так, — скосила глаза на Рейчел. — Испытуемая удивлена, чувствует… КГР, сердцебиение, наполнение лёгких… да ничего особенного не чувствует! Функциональные показатели в норме! Испытуемая чувствует себя нормально, но главный период времячастотной диаграммы нарушен, медиальные и латеральные [128] дуги хаотически поворачиваются… Да что же такое?!

— Ну как, мисс Браун, — негромко сказал Саммаэль. — Достаточно?

— А… ага… — Мари выглядела ошеломлённой. — Достаточно.

— Валь, вырубай! — и сам вырубил сканер. А вскоре утихомирилась и ВСУ.

— Я даже не думала, — лопотала мисс Браун. — Что от искусственной гравитации…

— А её не было, — удивлённо сказал пилот. — Я гравитацию даже и не включал!

— А что ж ты тогда включал?!

— Только форсаж вспомогательного реактора! Компрессионный режим!

— Сверхвысокая плотность энергии, — сказал Саммаэль. — Вблизи от источников энергии со сверхвысокой плотностью нарушается главный период времячастотной диаграммы.

— И… — Рейчел вылезла из «коробка». — И что это значит?!

— Это значит, — сказал Саммаэль. — Что к зоне «аномалии» придётся идти пешком. А для вас, Мари, это значит, что вашу дистанционную слежку за нужным вам человеком может нарушить любой включённый компрессионный реактор! В том числе корабельная силовая установка.

Мисс Браун нервно сглотнула.

— А, кстати, — вспомнил ещё колдун. — Валь! Наш десантный скафандр, он тоже с реактором?

— Нет. Наш на батарейках. С реактором «чёрные ангелы», которые вооружены и летают.

— Ага. Тогда понятно, почему от «аномалии» я в скафандре живой ушёл.

— А что? — Вессон моргнул. — Ты думаешь, что и на глобальную аномалию компрессия подействует так же… так же, как на Рейчел?!

— Ну, если по принципу подобия — то должна бы…

«Или не должна?»

Саммаэль призадумался.

И тут в жилом отсеке что-то со звоном разбилось. А потом раздался смачный такой удар. Как будто чем-то твёрдым врезали… по чему-то мягкому. А потом ещё. И ещё.

Бросились в жилой отсек наперегонки. Саммаэль добежал первый — и встал на пороге лаборатории.

В лаборатории демонесса била бортинженера. Била коротко и зло, — ногой по рёбрам, потом поднимала его магией — и наотмашь хлестала его по лицу. Била чётко и грамотно: не чтобы убить, не чтобы сломать — а чтобы только унизить.

И Грэг даже не пытался закрыться! Только летал по лаборатории, как мешок с дерьмом…

«Ну, блин… теперь-то понятно, чем здесь так воняло», — колдун устало опёрся о стеночку. «А я-то дурак, думал, надо Мэллони отправить искать, откуда идёт этот запах! Но где же этот козёл брагу-то взял? Где ж он брагу-то взял?! Она ж бродить должна хуй знает сколько! На Мэлхейме, что ли, сахаром зарядился… или притащил ещё со старого корабля [129] ?!»

— Дааа, Мэллони, ну ты и урооод, — протянула мисс Браун.

А Милена тем временем продолжала. Продолжала — с оттяжкой и расстановкой — пиздить бортинженера. За засранный сивухой ректификатор, за залитый вонючей брагой лабораторный стол, — и за бесценные стеклянные реторты, из которых рази?ло так, что мухи падали на лету!

— Прекратите! — взвизгнула Рейчел. — Прекратите! Кто-нибудь, остановите её! Вы что, не видите?! Ему же больно!..

— А самогон в химической лаборатории гнать не больно? — буркнула мисс Браун.