Саркофаг
Шрифт:
"Что будет, как низко вы падёте, "сирые и убогие", если очень резко лишить вас всего, что есть сейчас? Во что вы превратитесь? Или далее падать некуда уже сейчас? До какого предела дойдёт паразитизм следующего поколения"? — этого никто не возьмётся определить, но к настоящему времени он уже достаточно высок.
Вернусь к "западной морали": оказывается, достаточно подышать хотя бы совсем малое время одним воздухом с тем народом, у которого воровство считается страшным грехом — и ты до конца дней будешь свято соблюдать заповедь:
— "Не укради"! — если эта мораль у них передаётся каким-то иным образом, то мы против нехорошей болезни "не укради" с детства имеем "иммунитет". И воруем.
И в какой раз я вскочил на товарный поезд, разместился на стальных плитах, ещё теплых после проката, и покатил в родной дом! Добрался до родного дома и заявил отцу:
— Что угодно со мной делай, но в сволочном заведении с названием "ремесленное училище", где я честно, старательно и с желанием хотел приобрести рабочую специальность — не появлюсь! — и все хлопоты по вызволению документов из училища отец взял на себя.
Глава 20. "этапы большого пути…"
Ах, эти проклятые немцы! Сегодня, вспоминая прошлое, задаюсь вопросом: "как бы они поступили в моём случае? Почему они для меня являются эталоном, почему всегда и всё "родное, отечественное" сравниваю с чужим, немецким? Откуда у меня эта "западная зараза"? "Раболепие и преклонение"? Почему у меня нет и капли уважения к своему… дерьму?
"Немцы, немцы, немцы! Как бы поступило руководство училища в таком случае"? Первый ответ такой:
— Никто твою форму красть и пропивать не стал бы: у немецких юношей места для программы "укради у товарища форму, продай и пропей" в черепной коробке нет! Раз. Вторая "картинка", явно фантастическая, "вражеская" и "чуждая советской действительности":
"немецкое руководство училища выстраивает группу на плацу и воспитатель, проходя вдоль строя, считает:
— Айн, цвей, драй, фиер — комм! — и пятый выходит из строя. И снова:
— айн, цвей… — из группы учащихся набирается пять задниц. И тут же, не откладывая, пятёрке невинных учащихся задниц предлагается добровольно признаться, или указать публично! на того, кто украл у товарища имущество и пропил его!? Они бы дали время на раздумье "и выяснения", а затем или признание, или дозированная порка! Каждому по десять хороших ударов плетью.
Но чужие методы воспитания собственной сволочи непригодны для нас!
Сволочь — она что? Она скажет, она выдаст "товарища", с которым пропила чужое, только не секите мою задницу! Это закон, правило! Сволочь, когда дело касается её жизни, выдаст точно такую же сволочь.
А тогда "старшие товарищи" разъяснили мне, что сволочью был я: "почему из-за какой-то формы ты поднял шум!? Разве можно из-за одной формы позорить всё училище!? подвергать наказанию не виновного!? Вор не может не воровать!"
— Так в чём дело!? Выдайте мне другую форму, если для вас она "малость"! А я не могу без того, чтобы не калечить сволочь! Есть много занятий человеческих, в коих присутствует "профессиональный риск". Сапёр ошибся — разнесло в клочья, вор попался — подставляй рёбра! Или повесить воров-"подпольщиков", как это сделали когда-то оккупанты в моём городе!
Фантастика "земли русской"! Несбыточные мысли. Нам проще и понятнее вымереть от пития, сгинуть полностью, но не встать на путь чуждой морали: "выдай собутыльника"! Скорее поменяю "Не укради!" на "Укради", но никогда не опущусь до "выдачи своих"!
И началась "эпопея" расставания с училищем! Как так!? За "всё время существования столь славного учебного заведения" ещё никто добровольно не покидал его стен, а тут вдруг какой-то чужак, обиженный кражей тряпок, хочет открыть "счёт"!? сделать "прецедент"!? Не выйдет! Будешь учиться и закончишь наше славное учебное заведение!
А "закусивший удила" юноша не думает возвращаться на "покаяние"! Живёт под крылом родителей и переживает за исход "тяжбы". Чтобы время шло быстрее, он ходит работать на "железку. К путейцам. "Подённо". Отработал день — получи заработанное. Прекрасно! Хочешь — иди на работу, удерживают тебя какие-то причины от "рихтовки пути" и "подбивки шпал" — не ходи, никто с тебя ничего не спросит. И знания, знания! Как точно и строго путейцы следят за колеёй! За работой неприятности забываются.
И вот, как-то отец возвращается из поездки в город и говорит:
— Тебе нужно появиться в училище и пройти медицинское освидетельствование. Бумаги сделают, что ты вроде бы "дохлый" и тогда тебя отчислят "по состоянию здоровья". Сделают из тебя неспособным для работы в турбинном зале — а что ещё могло придумать училищное начальство? Как оно могло признаться "в верхах", что во вверенном ему заведении царил произвол старших учеников над младшими? Тайное пьянство и кражи?
Заявился в училище и перед окончательным "освобождением" мне предложили провести ночь в психиатрической больнице. Но те два "петрификата в правом лёгком", кои у меня "увидели" без рентгена, не "тянули" на отчисление из училища.
"Петрификаты", кои "были" у меня, означали, что до туберкулёза остаётся сделать два шага…а, может и меньше.
Но "букет" для отчисления показался училищному начальству "жиденьким" и оно решило "добить" ночёвкой в "психушке". К несуществующим рубцам в правом лёгком, что вроде бы образовались после никогда не приключавшемся со мной "воспаления лёгких", нужна была ещё и справка о "психической пригодности для работы в качестве "машиниста турбинной установки". При поступлении в училище такой справки никто от меня не требовал, а вот при уходе — "представь"!
Сегодня благодарен тогдашним училищным "командирам" и шпане, кою они собирались сделать "рабочими людьми": когда и как смог бы я попасть в психушку? Чтобы в ней оказаться — так для этого нужны были хотя бы какие-то основания! Правда, часто "страна советов" определяла граждан в "психушки" и без оснований, просто так…
Мне предложили провести ночь в "заведении" и получить там справку всё о том же: "может ли направленный к вам гражданин продолжать обучение в…"
"Психушка" оказалась интереснейшим, приятным местом. Сегодня очень жалею, что пробыл в этом лечебном заведении меньше суток. Для меня есть такие места, при попадании в которые с первой секунды хочется остаться в них навсегда. Знающие люди о таких местах говорят: