Чтение онлайн

Чо Гёнгу пытался досконально проследить ход опытов, которыми руководил Дин Юсон, познакомиться с оперативными методами, которые тот разрабатывал, и установить, наконец, причину неудач. Прежде всего он хотел еще раз убедиться в высокой приживляемости губчатой кости. Он внимательно просматривал рентгеновские снимки, записи о ходе проведенных опытов, скрупулезно сопоставляя и сравнивая положительные и отрицательные результаты. У него не осталось ни малейшего сомнения в том, что метод пересадки губчатой кости имеет явное преимущество перед традиционным методом пересадки компактной кости.

«Так в чем же причина неудач?» — размышлял Чо Гёнгу. Он обстоятельно поговорил с Дин Юсоном, но объяснения последнего его не удовлетворили. Нет, причина в чем-то другом. На следующий день вечером Чо Гёнгу встретился с Гу Бонхи и Мун Донъиром, которые принимали непосредственное участие в опытах Дин Юсона.

— Извините, что так поздно побеспокоил вас. Устраивайтесь поудобнее, — приветливо встретил он врачей. — Меня интересует ваше мнение о причинах наших неудач.

Первым заговорил Мун Донъир.

— На мой взгляд, причина кроется в преждевременном снятии гипса.

— А что думает товарищ Гу Бонхи?

— Мне кажется, что здесь не могло не сказаться влияние каких-то внешних факторов. Кроме того, я думаю, не могут ли повлиять на результаты опытов высокие адсорбционные свойства губчатой кости?

— Наверное, вы в чем-то правы. Но почему вы не высказали свои соображения на совещании?

— Вообще-то у меня не было полной уверенности в своих предположениях, но главное — просто не хватило мужества, — искренне призналась Гу Бонхи.

— Вот те на! Не хватило мужества! Как же такое могло случиться с вами, отважным воином?

Гу Бонхи не ответила. Дело было не в том, что она была робкого десятка, просто она стушевалась перед профессором.

— Будем продолжать опыты, будем докапываться до сути. Сообща мы непременно должны добиться успеха.

Врачи ушли, но Чо Гёнгу еще долго сидел за столом, погруженный в раздумье. Он пока не мог ни принять, ни отвергнуть предположения, которые высказали Гу Бонхи и Мун Донъир. Но почему ни Хо Герим, ни Рё Инчже не обратили на них внимания? Почему, наконец, сам Дин Юсон прошел мимо них?

Разумеется, на решение Дин Юсона прекратить исследования повлиял авторитет Хо Герима, тут сказалась его слабохарактерность, отсутствие силы воли, размышлял Чо Гёнгу, и ему вдруг вспомнилось, как в прошлое воскресенье все сотрудники клиники были на взморье. Организовали соревнования по настольному теннису. В заключительной встрече играли Дин Юсон и Мун Донъир.

По сравнению с Мун Донъиром, который от начала и до конца атаковал, Дин Юсон все время защищался. Защищался он виртуозно, но вот атаковать не решался и в конце концов проиграл. Игра Дин Юсона в настольный тенис, казалось, давала представление о его характере. Да, именно слабохарактерность привела его к поражению на совещании врачей. Однако в тот же день Чо Гёнгу стал свидетелем другого события, позволившего судить о Дин Юсоне по-иному.

В полдень организовали заплыв на длинную дистанцию, и Дин Юсон неожиданно занял первое место. Было загадкой, как это Дин Юсон, родившийся в уезде Даньян, где не было моря, мог так хорошо плавать. Тайну Дин Юсон открыл во время ужина. Он с детства мечтал о дальных заплывах и поэтому настойчиво учился плавать. Это заставило Чо Гёнгу изменить свое мнение о характере врача.

Чо Гёнгу знал, что Дин Юсон всегда ставил перед собой большие задачи. В клинике он тоже не ограничился только лечением больных, а усердно занялся научными поисками, направленными на борьбу за жизнь людей. И занялся целеустремленно, страстно. Значит, нужен какой-то толчок, чтобы Дин Юсон снова загорелся научными исследованиями, поверил бы в себя.

Но правы ли Гу Бонхи и Мун Донъир? И Чо Гёнгу снова и снова перелистывал записи о проведенных опытах. И тут он вспомнил рассказ Дин Юсона о том, как Хван Мусон и его невеста сделали прививку на больной яблоне в больничном саду.

Прививка, удобрения, подпорки… Он решил встретиться с Хван Мусоном.

В конце следующего дня Чо Гёнгу пригласил Хван Мусона к себе. Кстати, он поговорит с ним и о его лечении. Надо будет заверить его, что, несмотря на неудачу опытов, проведенных Дин Юсоном, они будут их продолжать и больному надо запастись терпением. А еще Чо Гёнгу хотел подробно узнать о сделанной Хван Мусоном прививке на яблоне, об уходе за деревом после прививки.

— Извините, товарищ Мусой, что мы не смогли вас до сих пор исцелить, так уж получилось, — сказал Чо Гёнгу, когда больной вошел к нему в кабинет. — Но мы обязательно добьемся своего.

— Ну что вы! Я очень тронут отношением ко мне доктора Дин Юсона, его заботой обо мне. Жаль, конечно, что ему пришлось напрасно затратить столько сил. А я нисколько…

— И я, и доктор Юсон глубоко сожалеем, что нам пока не удалось добиться положительных результатов. Но прошу поверить нам еще раз.

— Спасибо, сонсэнним.

— Только прошу вас, не падайте духом, наберитесь терпения.

— Ничего, я подожду. А скажите, медсестру Сор Окчу тоже еще не излечили? — спросил Хван Мусон. И его интересовала судьба девушки.

— Мы ее положим в нашу клинику. Будем лечить вместе с вами.

— Это правильно. Уж больно хорошая девушка. Я так рад, что она осталась жива. Ведь думали, что она погибла. Мы все так переживали.

— Я понимаю вас. А теперь хочу задать вам один вопрос, — сказал Чо Гёнгу, меняя тему разговора.

— Пожалуйста.

— Это вы делали прививку на яблоне в больничном саду?

— Да, я.

— Что нового вы применили в этой прививке?

— Нового?

— Я имею в виду, что принесло успех.

— Ну прежде всего преимущество самого метода, а кроме того, устойчивое крепление, надежность подпорок.

— Подпорок?

— Дело в том, что, как бы хорошо ни была сделана прививка, если подпорки окажутся слабы, дерево при порывах ветра будет обязательно раскачиваться, в результате чего привой начнет смещаться,' и операция закончится неудачей.