Щит
Шрифт:
— И чтобы среди них обязательно была вот эта? Которую ты так добросовестно подкармливаешь уже второй день? — не отрывая взгляда от противоположного берега, усмехнулся десятник.
— Ну да… — сглотнув слюну, кивнул Румор. — Хорошо бы…
— Хоти дальше, я не против…
— Бездушный ты, Нивер! Сам жрешь что попало и других заставляешь…
— Может, мне нравится вас заставля… — начал было десятник и тут же заткнулся: куст жимолости, за которым заканчивалась потайная тропка из Рагнара, едва заметно шевельнулся.
Первач, мечтавший о запеченной серебрянке, среагировал на движение веток чуть ли не быстрее Ветерка — застыл в том же положении, в котором находился, и скосил глаза, пытаясь проверить, не сместился ли дерн, скрывающий их погляд [96] от посторонних взглядов.
Нивер мысленно усмехнулся: погляд готовил не кто-нибудь, а Филин. А в его добросовестности не сомневались даже самые придирчивые сотники Тайной службы Вейнара!
Впрочем, такая реакция новичка ему понравилась: парень старательно выполнял указания «старичков» и пытался думать.
96
Погляд — местное название позиции для скрытого наблюдения.
Убедившись, что увидеть смотровую щель с того берега невозможно, Рагнар приник к ней и затих. Пожирая взглядом появившихся на берегу людей.
— Ну, что скажешь? — еле слышно спросил Ветерок, оценив внешний вид и ухватки спускающихся к воде мужчин.
— Одежда — вейнарская. Но мне почему-то кажется, что они не наши… Первые два — мечники, и, наверное, неплохие… Второй, скорее всего, левша: перевязь с метательными клинками надета наоборот, и руками он двигает как-то не так…
— Пока меня интересует только то, в чем ты уверен. Давай дальше…
— Третий — «телок» [97] . Думаю, «вершина» [98] : за ним постоянно присматривают четвертый и пятый. Так, как будто готовы подхватить… Да, они тоже мечники. И получше первых двух… Не удивлюсь, если последний — обоерукий… В мешках — груз… Ведра по три-четыре — у мечников, и вполовину меньше — у «телка»… Идут — с утра… Воины — не устали, а «телок» еле стоит на ногах…
— Все?
— Нет! Первый — не в духе. Скорее всего, потому, что «телок» натер правую ногу и еле ползет. Второй дергается: то ли что-то почувствовал, то ли понимает, что брод — неплохое место для засады. У четвертого этот выход — один из первых: он слишком напряжен и смотрит не так и не туда…
97
«Телок» — презрительное прозвище гражданских.
98
«Вершина» — аналог нашего «шишка».
— Кто из них самый опасный?
— Пятый… Кажется… — неуверенно прошептал Румор.
— Почему ты так решил?
— Обоерукий… И идет замыкающим…
— Тогда почему его так нагрузили?
— А-а-а, точно! Тогда… первый?
— Второй: он не смотрит, а чувствует. Не делает ни одного лишнего движения. Совершенно расслаблен. У него у одного лямки мешка наброшены только на края плеч — в случае чего он избавится от груза быстрее, чем ты моргнешь… Посмотри, как он ставит ноги — при желании он сорвется с места даже с таким грузом и о-о-очень неплохо атакует… Ну, и оружие у него расположено удобнее, чем у других… Видишь?
— Теперь — да…
— Ничего, научишься…
— Скорее бы… — расстроенно вздохнул первач. Потом подтянул поближе арбалет и поинтересовался: — А какой из них — мой?
— Четвертый. Кладешь вглухую. Сразу. Ясно?
— Да…
— Готовься…
Румор отполз от смотровой щели, снял с арбалета чехол и вставил ногу в стремя. Потом согнулся в три погибели, зацепил тетиву крючками колец и выпрямился.
«Силен…» — мысленно восхитился десятник. Потом вытащил из-за пазухи манок и дважды крякнул…
Услышав утиное кряканье, второй застыл, что-то коротко рявкнул — и четвертый, торопливо сбросив с плеч тяжеленный мешок, первым вошел в воду.
Двигался он, конечно, не как «телок», но и не как воин: вместо того, чтобы вглядываться в противоположный берег, смотрел под ноги. При этом умудрился дважды забрести на глубину и, кажется, подвернуть ногу. А еще он довольно громко сопел, поэтому Филину пришлось выпустить уток еще до того, как мечник добрался до середины реки.
Птицы захлопали крыльями, взметнулись в темнеющее небо и исчезли. Слегка перепугав посланного на разведку недотепу — поскользнувшись на поросшем водорослями камне, тот выронил из рук дорожную палку и… в сердцах помянул Двуликого!
Расслышав последние слова вырвавшейся у него фразы, Ветерок помрачнел: монахов, поминающих Бога-Отступника, он не встречал. Значит, люди, переправляющиеся через Наиру [99] , были обычными несунами [100] , шушерой, пытающейся сэкономить на въездных пошлинах и поэтому таскающей через границу всякую дребедень.
Брать их было глупо. А пропускать — поздно: команда к началу захвата уже прозвучала, а отменить ее было невозможно.
99
Наира — река, по которой проходит граница между Вейнаром и Рагнаром.
100
Несуны — местное название контрабандистов.
«В худшем случае разжалуют до первача… — угрюмо подумал он. — В первый раз, что ли?»
Увидев уток, второй успокоился. Но все-таки дождался, пока разведчик пересечет реку и внимательно осмотрит прибрежные кусты. Конечно же, засады там обнаружить не удалось, и воин разрешил остальным двигаться дальше.
Чуть ли не на первом же шаге «телок» ухнул в какую-то яму, зачерпнул голенищем воды и что-то пробормотал себе под нос. Как ни странно, никто из его спутников даже не улыбнулся. Мало того, четвертый и пятый, сорвавшись с места, подхватили его под локти и понесли! Так, как будто он был стеклянным!!!
Ветерок задумчиво хмыкнул: мужик действительно был «вершиной». А это здорово меняло дело. Ведь скрытно переводить через границу такого человека имело смысл только в том случае, если он был одним из глав Серых. Или его приметы были в розыскных листах хотя бы одного из двух королевств.
Пропускать такую фигуру он не имел права в любом случае. Значит, разжалование откладывалось…
Выбравшись на берег, «телок» вырвался из рук своих сопровождающих, опустился на траву, торопливо стянул с себя сапог и вылил из него воду.