Чтение онлайн

Едва слышно пропела тетива Густафа и отравленная стрела, оставляя в воздухе длинный росчерк, пробила грудь Таш насквозь.

Лучники — самые опасные и самые редкие из адептов в мире боевых искусств. В ближнем бою, они могут проиграть адепту на две ступени развития ниже, но в дальнем…

Тело Таш дернулось, меч выпал из её рук, а сама она скрылась в темном ущелье.

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — прозвучал душераздирающий крик принцессы Тенед.

Но, опять же, полуликий Гай уже стоял на краю ущелья. В руках его пылала энергией секира.

— Лавина Смерти!

И одновременно с монструозным взмахом, с её лезвия слетела волна света, наполненного мистериями секиры и могуществом адепта. Она затопила ущелье, а когда все стихло, то в Реке Мира уже больше не ощущалась ледяная искра энергии Таш’Маган, сильнейшей воительницы Рубинового Дворца.

Честь и достоинство…

Все это глупости, которые приводят наивных бойцов к гибели.

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет… — повторяла принцесса и горячие слезы жидким янтарем стекали в недра ущелья. Тенед, склонившись над ущельем,

— Казнить их немедленно! — взревел показавшийся из последнего вагончика поджарый, чернобородый гном. В простых одеждах, без всяких украшений, он не выглядел как иной чиновник-коррупционер. Но оно и правильно — умный вор не станет вешать на себя мишень “я вор”.

Особенно, когда этот вор — политик.

Отряд Шенси, как и Алба-удун с его пятеркой воинов, стояли по другую сторону ущелья. Так что неудивительно, что огненные, разноцветные, как новогодние гирлянды, гномы, сгрудились вокруг Хаджара.

— Принцесса, — тихонько позвал Хаджар.

Тенед повернулась к нему.

Какое-то мгновение Хаджар думал, что просчитался и сердце Тенед было куда тверже, чем казалось изначально. Но… она была воспитана во дворце Императора Драконов.

Политика и интриги были частью её мировоззрение. И, может в этот момент, все её нутро мечтало позволить гномам доделать свою работу, но реальность выглядела несколько иначе.

Хаджар являлся Героем Рубина. Настоящим Героем Рубина. Если бы его, в честном поединке, одолела бы Таш’Маган, то звание стало бы свободным и воительница смогла бы забрать венок себе.

И Тенед и Таш об этом знали. Как знал об этом и Хаджар с Шенси. Именно поэтому, а не по какой-то другой причине, старику Эдену удалось “подкупить” специально подготовленного дезинформатора.

В то время, пока повстанцы организовывали ловушку для вождя, Гадат-Глад, не даром столько эпох занимавший свою позицию в Рубиновой Горе, сам расставлял силки.

В сговоре с принцессой Тенед и Таш’Маган, разумеется.

И Шенси с Хаджаром вошли в эту ловушку так, будто не подозревали о ней. Только лишь для того, чтобы использовать ситуацию себе на благо.

Просто потому, что и им обоим были не чужды понятия интриг, коварства и бесчестия.

— Стойте, — холодно и надменно произнесла принцесса. Как и положено будущей владычице целого региона. — Он мне нужен живым.

— Милая принцесса, вы…

— Хватит, Гадат-Глад, — резко пресекла Тенед. Её глаза сверкали яростью тысячи звезд. — Из-за ваших дел с моим отцом погибло уже слишком много хороших людей. Хаджар Дархан, истинный Герой Рубина, не станет еще одним агнцем на алтаре ваших интриг.

— Давайте не будем торопиться в наших решениях, — чернобородый гном будто специально подчеркнул предпоследнее слово. — ситуация требует того, чтобы мы продумали её со всех сторон.

— Быть может, — не стала спорить принцесса. — но Герой Рубина нужен нам в любом случае. Так что отзовите своих гномов, если не желаете, чтобы это сделала я сама.

И в этот момент Хаджар понял, что они с Шенси немного ошиблись в своих расчетах.

Когда Тенед вытянула правую руку, то в ней оказался белый, как облако, простой узкий меч. Удивительно похожий и, в то же время, полностью противоположный Черному Клинку.

А еще, одновременно с этим, Изумрудный Лес полностью окутала аура Небесного Императора.

— Разумеется, — улыбнулся Гадат-глад, который, в отличии от всех остальных, включая Шенси, его людей, Хаджара и Удунов, не валялся на земле, лишенный возможности даже говорить. — Думаю, мы можем оставить их на нижних уровнях нашей темницы до тех пор, пока совместно не решим, что делать дальше.

Хаджар, смотря на внезапно словно увеличившуюся в размерах фигуру Тенед, мысленно проклинал тот день, когда Южный Ветер впервые произнес слово:

— Интриги.

— В общем и целом, не так уж и дурно, — резюмировал Хаджар, укладываясь на выпиленную внутри скалы каменную кровать. — хотя нет, поторопился…

Правда выпиливалась она под нужды подгорного народа. И кроме как в полусидячем положении, упираясь при этом макушкой в свод ниши, находится там было невозможно.

— Смотрю, и ты, Чужак, успел повеселиться в свое время, — хмыкнул Абрахам.

Прикрыв лицо шляпой, он расположился на полу казематов. А именно в них — в темницу Рубиновой Горы и упрятали отряд Шенси и пятерку Удун Албадурта.

Причем от щедрот души отсыпали им всем по личной камере. Весьма тесному, даже по меркам гномов, каменному мешку с зачарованными железными решетками. Хаджар, не теряя надежды, попытался разжать их, но даже мощь Волчьего Отвара, помноженная на стадию развития Повелителя и Драконье Сердце с модернизированной техникой Пути Среди Облаков не смогла совладать с магией Эдинов.

— Не утруждайся, Хаджар-дан, — Алба-дурт, поджав ногу к груди, сидел в своей нише-кровати и взирал холодным взглядом своих огненных глаз на происходящее. — даже Архад-Гален. Первый и последний из Гален, не смог разбить эти решетки.