Чтение онлайн

Попытался.

Но когда на пленного адепта что-то надевают; и не важно — ошейник это, браслеты на руках или кандалы. В любом случае, в первую очередь заблокируют возможность управлять энергией. Но впервые Хаджар столкнулся, когда магия стали мешала не только управлять заемной силой Реки Мира, но и собственной.

Так что неудивительно, что в данный момент внешне он был ничуть не сильнее обычного смертного.

За спиной послышался железный щелчок, затем скрип тяжелых петель и вот пленника уже проводят в тесную комнату. Низкие своды, из-за которых даже по меркам северян — высокому Хаджару, приходилось сгибаться втрое. Покатые стены, влажные от грунтовых вод. Запах тухлятины и рыжие камни, состарившиеся раньше времени.

Раньше времени…

После истории Албадурта, Хаджару казалось, что в этих словах таится куда больше смысла, чем, употребляя выражение вскольз, осознают люди.

— Садись, — стражник рывком отодвинул каменный стул и усадил Хаджара за такой же, небольшой, каменный стол. — с тобой будут говорить.

Он закрепил цепь от браслетов за кольцо в центре столешницы, а затем, чеканя шаг, развернулся и вышел в сторону лестницы.

Хаджар заозирался по сторонам. Взгляд скользил по стенам, но так ни за что и не цеплялся. Единственным, что выбивалось из ровного силуэта каменного мешка — несколько мерно сияющих, синих кристаллов по углам. Только благодаря им в этой комнате можно было разглядеть хоть что-то.

В одиночестве Хаджар пробыл недолго. Вскоре противоположная дверь открылась, впуская ненадолго более приятный свет — от огня. Наметанный взгляд бродяги тут же выхватил длинный коридор за спиной визитера.

По такому, в случае чего, будто довольно неудобно бежать.

Дверь закрылась, отсекая от Хаджара путь к свободе, так что он сосредоточился на… визитере.

Принцесса Тенед, отказавшись от бессменных платьев, надела охотничий костюм, сделанный из плотной кожи и небольшого количества стальных пластин. Стоит ли упоминать, что фигура у неё была такой, что многие даже самые сильные адепты из числа прекрасной половины, позавидовали бы.

Точеная талия, крепкие бедра, некрупная, но красивая грудь. При ангельском лице и сияющих глазах — неудивительно, что Тенед являлась предметом обожания Рубинового Дворца.

Будь она простым человеком, а не драконом, к ней бы ездили свататься со всех регионов, но… драконы не выходили замуж за иные расы. Смешивать кровь для них считалось чем-то грязным.

Именно поэтому полукровки испокон веков занимали в их иерархии нижайшую из ступеней.

Тенед опустилась напротив Хаджара. В её руках покоился клинок, а на чувства Хаджара давила её аура Небесного Императора начальной стадии.

Впрочем даже этого было бы достаточно, чтобы отправить к праотцам десяток таких, как Хаджар.

Принцесса была сильна.

Слишком сильна.

— Это от моего отца, — она достала из-под наруча тонкую полоску письма. Там, драконьими рунами, которые благодаря Травесу были известны Хаджару, содержалось короткое послание. — Чин’Аме под стражей. За заговор против корона.

Чин’Аме… участвовал ли он в заговоре против Императора? Тут не надо было быть светилом мудрости или специалистом по дворцовым интригам.

Чин’Аме и не скрывал этого. Он хотел свергнуть Императора, но при этом служил тому верой и правдой. Довольно противоречивое сочетание, но когда существа живут целыми эпохами, то понятия вражды и союза стираются для них и смешиваются в какое-то единое, хаотичное целое.

Так что поверить в то, что силки Император расставлял именно против Чин’Аме — довольно сложно.

Существовала ли в Рубиновом Дворце некая третья партия или нет — да демоны его знают. Хаджара это не особо интересовало.

— Учитывая ваши близкие с ним связи, — продолжила принцесса. — Император приказал убить тебя при первой возможности.

Хаджар слушал холодные слова принцессы, но в её глазах… он видел лишь боль. Боль от того, что она должна была сделать и что она уже сделала.

Принцессы и принцы… простые обыватели мечтают ими родиться, а те, кому не посчастливилось испытать эту участь на себе, прекрасно знают, что эта позиция ничем не отличается от разменной пешки.

Исключения из этого правила лишь редкие единицы, которые подтверждают общее правило.

— Когда его заключили под стражу? — спросил Хаджар.

— Как только случился переворот и ты продемонстрировал технику Пути Среди Облаков, — Тенед не разрывала их зрительного контакта.

Нээн говорила, что нельзя смотреть в глаза ведьме, потому что она сможет прочесть твои самые потаенные мысли. Но Тенед не была ведьмой. Так что Хаджар не опасался за сохранность его разума.

Тем более произошедшее с Эденом явно намекало, что тот факт, что он являлся живой тюрьмой для крупнейшего из осколков души Черного Генерала имело свои, условные, но преференции.

Его разум находился под защитой величайшего и могущественнейшего из мечников когда либо живших, живущих или рожденных в будущем.

— Отравленный кинжал, — вдруг протянул Хаджар. — поэтому вы не убили меня сразу… вам нужна была техника. А её нельзя извлечь из мертвеца, чего не скажешь об агонизирующем страдальце, который отдаст все что угодно, лишь бы прекратить мучения.

— Именно так, — кивнула Тенед. — падение со скалы не убило бы тебя, но когда мы спустились, то не обнаружили тела.

— И именно поэтому когда мы сражались с Таш, вы не отдали мне приказа остановить меча… или не заставили самостоятельно расстаться с жизнью.

Тенед развела руками. Она старалась выглядеть холоднее пика Рубиновой Горы, но в глазах плескалась жгучая боль.

Она была не такой…

Но это не означало, что она не возьмет в руки меч и не снесет Хаджару голову, случись у неё такая необходимость. Скорее, даже, наоборот.

Хаджар знал это сам по себе…

Та Лунная секта из Даанатана навсегда останется кровью на его руках и душе…