Сэляви, Долина Вероника

Сэляви

на обложку

Долина Вероника

Шрифт:

* * *

Я играла с огнем, Не боялась огня. Мне казалось, огонь Не обидит меня. Он и вправду не жег мне Протянутых рук. Он горячий был друг, Он неверный был друг! Я играла с огнем Вот в такую игру: То ли он не умрет, То ли я не умру. Я глядела в огонь, Не жалеючи глаз. Он горел и горел, Но однажды погас. Я играла с огнем До поры, до поры, Не предвидя особых Последствий игры. Только отблеск огня На лице у меня. Только след от огня На душе у меня…

* * *

Сколько пришло дождей с тем хмурым днем… Друг мой, присядьте здесь — поговорим о нем. С юга на север он выбрал нелегкий путь. Ну что ж, я сказала — иди и счастлив будь. Поговорим о нем, поговорим о нем… С давним его портретом веду я спор — Сильно ли изменился он с тех пор? Сильно ли изменялся, часто ли изменял… Ложь или правда, что забыл он меня? Поговорим о нем, поговорим о нем… О главном еще хотела я вас просить: Нашел ли он то, что ищет всю свою жизнь? Нашел ли он свое счастье, свой яркий свет, Дорогу в страну, которой названья нет? Поговорим о нем… Эту дорогу давно он искать перестал. Он похудел немного, очень устал. Его на дороге близко я видел сам — Должно быть, что на рассвете придет он к вам…

* * *

А это вовсе не мой дом, и это не мой порог. И в том, что с хозяйкою я незнаком, — я бы поклясться мог. Друг, знай, хоть этот край — рай, я не знаю его языка. И то, что это не мой край, — я знаю наверняка. И это вовсе не тот день — голову заложу. Но, может, это его тень — вот что я вам скажу. А это, конечно, был мой дом, и мой это был порог. И в том, что с хозяйкою я знаком, — я бы поклясться мог. Друг, знай, этот край — рай, и я помню его язык. Но от того, что это мой край, я очень давно отвык… И это, конечно, тот самый день — голову заложу. Но, может, это его тень — вот что я вам скажу.

* * *

Уйди из-под этой крыши. Ты вырос выше, Ты вырос слишком, Уйди же, слышишь! А дом твой отходит к брату. Ты в нем ничего не трогай, А иди своею дорогой И забудь дорогу обратно. А землю твою — разделим. Ведь мы ж за нее радеем, А ты все равно бездельник. Ведь ты ж бродяга, брательник! А невесту твою — другому. Да он и покрепче будет. А она, как уйдет из дому, Поплачет и все забудет. Да что ж ты стоишь, постылый? Уйди, помилуй! У ней ведь уже колечко. Иль хочешь держать им свечку? Ведь там уж и свадьба тоже… А он, уходя, в окошко «Прощай, — кричит, — моя крошка!» «Прости, — кричит, — меня, Боже!»

* * *

Спаси его, разлука! Спаси его, разлука, Спаси его, разлука — Такая здесь морока… Войди к нему без стука, Прильни к нему без звука, Возьми его за руку И уведи далеко. Храни его, надежда! Храни его, надежда. Храни его, надежда — Всему первопричина. Ведь он юнец мятежный, Не робкий и не нежный. А нам — что ни мужчина, То новая морщина. Дай Бог ему удачи, Дай Бог ему удачи, Дай Бог ему удачи На каждом повороте. А в жизни той, собачьей, Дай Бог ему тем паче. Даруй ему из прочих Дорогу покороче. Минуй его, сиянье! Минуй его, сиянье. Минуй его, сиянье И почести земные. Он будет жить далеко, От нас на расстоянье, И будут с ним заботы И женщины иные…

* * *

Я — неразменная монета, А ты пустил меня по свету, Как тень простого пятака. А я по праву неразменна. И нахожусь я неизменно В кармане пиджака. Я — неразменная монета, Тобой подобранная где-то. А что купить на пятачок? Да так, какой-то пустячок. И ты б купил наверняка. Но — неразменная монета Опять в кармане пиджака. Вот узаконенный размен: Одна любовь на пять измен. Меняю крупные на мелочь — Нельзя же жить без перемен! Я — неразменная монета. А ты, хотя немало жил, Меня другому одолжил. И тот сейчас у турникета Стоит — пуста его рука. Я ж — неразменная монета — Опять в кармане пиджака. Я — неразменная монета. Ты до сих пор не понял это! И мне не должно быть в кармане Ни дурака, ни чужака. Я — неразменная монета В твоем кармане пиджака.

* * *

И приходит однажды ко мне человек И становится на пороге моем. Я ему предлагаю еду и ночлег. Он благодарит, но говорит, Что не терпит нужды ни в чем. И продолжает стоять в темноте. И я — предлагаю трубку ему. Он благодарит, но говорит, Что трубка ему ни к чему. И продолжает стоять как стоял! И я наливаю ему вина. Он благодарит, но говорит, Что я ему ничего не должна, Что я ничего не должна. Тогда я тихо ему говорю, Что, видно, он просто мне не по душе… Он благодарит, «прощай!» — говорит, И нету его уже…

* * *

Я — нищая сиротка, Горбунья и уродка, И в небо синее смотрю Задумчиво и кротко. Хромушка и бедняжка, Безродная бродяжка, В пыли бреду, в полубреду, Притом вздыхаю тяжко. Ах, где же тот, о Боже, Кому я всех дороже? Ах, где же тот, что тоже ждет, Спешит навстречу мне? Быть может, он волынщик? А может быть, корзинщик? Ах, только б мне надел кольцо На скрюченный мизинчик!.. Но нет, он не в дороге. Сидит сейчас в остроге, Сидит и песенки поет, Не ведая тревоги. А завтра, ровно в десять, Его должны повесить За конокрадство и разбой — Прощай, любимый мой!

* * *

Боюсь, беда со мною дружит. Как птица, надо мною кружит. Боюсь, что эта дружба мне Хорошей службы не сослужит. Боюсь, что тот, кого люблю, Мне вдруг окажется неверен. Незлонамерен! Но уверен, Что я обиду ту стерплю. Боюсь, что я не стану ждать На этот раз его решенья, Поняв, что сила разрушенья Во мне воинствует опять. Боюсь, что на его «прости» Не захочу искать ответа. А он, поняв тотчас же это, Не помешает мне уйти. Боюсь, что я — уйдя на шаг, Переменю свое решенье. Свои умножив прегрешенья, Вернусь, поднявши белый флаг. Боюсь, беда со мною дружит. Как птица, надо мною кружит. Боюсь, что эта дружба мне Хорошей службы не сослужит…

* * *

Когда душа моя от слов твоих остынет — Я подойду к тебе и крикну не шутя: Не тронь мою любовь! Не тронь ее, бесстыдник! Она еще дитя, она еще дитя… Оставь мою любовь до времени свободной И дерзостью своей ты ей не прекословь. Не тронь мою любовь! Не тронь ее, негодный! Не тронь мою любовь, не тронь мою любовь. Ах, все твои слова — ненужная подробность. Повремени еще, признанья не готовь. Не тронь мою любовь! Она еще подросток… Не тронь мою любовь, не тронь мою любовь.