Чтение онлайн

Этим утром Энджи пришлось сделать семнадцать звонков, чтобы добиться для Джады разрешения на свидание с детьми в воскресенье вместо положенной субботы.

– Боже мой! – пожаловалась она Биллу, когда факсом были наконец посланы все документы, факсом же получе­но подтверждение, завершен нудный диалог с судебным исполнителем и не менее нудный, но окончательный – с инспектором отдела соцобеспечения. – Страшно предста­вить, через что пришлось бы пройти, вздумай Джада от­правиться с детьми в цирк, а не в церковь.

– Ха! – ухмыльнулся Билл. – Держу пари, с цирком, зоопарком и конкурсом красоты проблем бы не было.

Энджи с усталым вздохом покачала головой:

– Будь другом, сними копии, ладно? Миссис Джексон, мистеру Джексону и мне.

– Легко! Не прикажете ли заодно уж и для прочих Джексонов – Майкла, Латойи, Дженетт и Джесс?

– Да ну тебя, надоел!

– Я?! – театрально возмутился вошедший в кабинет Майкл Раис. – Надоел?!

Билл, пританцовывая, прошмыгнул мимо:

– Только не ты, юный… гм-м-м… скажем, в самом рас­цвете лет Казакова!

Майкл укоризненно вскинул брови:

– А ты, оказывается, болтушка.

– Это не я! – возмутилась Энджи. – Что ты, Билла не знаешь? У него нюх на хорошую сплетню.

– Тем не менее он не пронюхал ни о том, что я разо­шелся с женой, ни о разводе. Зато в курсе насчет нас с тобой.

– Намек понят, советник, – сказала Энджи, вставая из-за стола. – Но вам придется сделать выбор: либо вы мне верите, либо нет. – Она остановилась рядом с Майк­лом и положила ладонь ему на плечо, чуть касаясь кончи­ками пальцев шеи. – Итак? Каково будет ваше решение?

– Ужин. С омарами. На меньшее не согласен. А после ужина проверим, что еще умеют эти губы.

Энджи вспыхнула.

Ужин удался на славу. Майкл привез Энджи в старин­ный особняк, переоборудованный под гостиницу с ресто­раном. Они немного поговорили о Натали и о работе в Центре; затем Энджи спросила о детстве Майкла. Оказа­лось, он родился в Миннесоте, первым из трех сыновей, младший из которых умер от рака чуть меньше года назад.

– Развод и смерть брата… – задумчиво сказала Энджи. – Нелегкий у тебя выдался год.

Майкл кивнул, машинально вертя в ладонях пузатый бокал с коньяком.

– Что правда, то правда. – Он посмотрел на огонь сквозь густо-янтарную жидкость в бокале. – А ты знаешь, какого цвета у тебя глаза? Точь-в-точь как это бренди.

Энджи молча качнула головой. В полумраке отделан­ного под старину зала ее визави выглядел почему-то со­всем юным.

– Знаешь, мне совсем непросто было расстаться с же­ной. Она ведь вернулась в Омаху. В университете препода­ет… И детей с собой забрала. Я очень скучаю.

– Еще бы!

– Я хочу сказать, что при разводе страдает не только женщина. Случается, и мужчина тоже. – Он отхлебнул из бокала. – Умираю – хочу своих девчонок увидеть! Если бы так не было лучше для них, ни за что не отпустил бы.

– А как иначе может поступить любящий родитель? – Энджи невольно подумала о Джаде.

– Спасибо. – Майкл улыбнулся и, протянув над сто­лом руку, накрутил на палец один из крутых каштановых завитков Энджи. – Как ты их делаешь?

Она не сдержала улыбки.

– Они сами делают что хотят. С ума меня сведут, ей-богу.

– Меня тоже, – – хрипловато прошептал Майкл.

У Энджи перехватило дыхание. Вдруг вспомнилось, как сама она перебирала золотые пряди своего золотого мальчика и его спрашивала, как он их делает. Неужели в отношениях двоих так всегда бывает: один любит, а другой позволяет себя любить? И если так, то кто из двоих в выиг­рыше?..

Мягко высвободив локон, она сплела свои пальцы с пальцами Майкла.

– Сколько же вас теперь в квартире? – поинтересо­вался он. – До полсотни количество квартирантов еще не дотягивает? Кошек держите или только собак? Фиесты устраиваете? Или карнавалы? А спите как? По очереди?

– Да нас всего-то девятнадцать, – сострила в ответ Энджи. – Сущий пустяк, если подумать. – Она посерьез­нела: – Я помню твое правило – не путать работу с лич­ной жизнью, но…

– Оправдываться вовсе ни к чему, – возразил Майкл. – Это твоя квартира, и ты можешь делать в ней все, что хо­чешь.

– Как бы там ни было, Мишель с Джадой скоро уедут. Обе начинают новую жизнь.

Энджи очень хотелось поделиться с Майклом их опас­ными планами, рассказать о том первом, который они уже осуществили в Марблхеде. Но он ведь из тех, кто верит в безупречность закона. Предать, конечно, не предаст, но уж точно приложит максимум усилий, чтобы уговорить ее не идти на такой риск. А Энджи твердо решила идти с подру­гами до конца. Но без Майкла.

И все же, когда он помог ей одеться и под руку повел вниз по ступенькам крыльца ресторана, дрожь предвкуше­ния теплыми волнами пробегала по ее телу. Она надеялась, что Майкл пригласит ее к себе. Что может быть приятней, чем разделить с хорошим другом пару чашек кофе? Разве что разделить с ним постель…

– Нет. Нет! НЕТ!!! – вопила Энджи. – Мы уже столь­ко сделали, зашли так далеко, а ты… Это бред сумасшед­шего!

Она сверлила Джаду яростным взглядом. Мишель то­же – настолько, насколько взгляд Мишель вообще мог из­вергать ярость. Собравшись на кухне Энджи, подруги при­канчивали по третьей чашке кофе, и все были на взводе.

– Солнышко, я согласна с Энджи, – сказала Ми­шель. – Все ведь готово, стоит ли портить дело? Твои вещи сложены, одежду малышам купили. Осталось только пере­нести все в мою машину. Даже разрешение сходить с деть­ми в церковь у тебя на руках. Ну как ты можешь? Сэмюэль будет здесь с минуты на минуту!

Готовясь к новой аттаке, Энджи сделала глубокий вдох.

– Джада, дорогая, кому, как не тебе, знать, чего мне стоило согласиться помочь с… исчезновением детей. Еще одна авантюра – это уж слишком!