Семейный стриптиз
Шрифт:
– Ну, не можешь же ты так просто их оттуда вытащить!
– Кто знает, кто знает… Черкану, к примеру, записку под «шапкой» судебного бланка – дескать, матери позволено забрать и все такое.
– Угу. Может, и сработало бы, если б у тебя был чистый бланк, – вздохнула Мишель. – А что, если я их заберу?
– Желаешь сесть на скамью подсудимых за киднепинг? Ради бога!
– Н-да… Тюрьма в мои планы не входит. Но для тебя, Джада, – все, что угодно.
– Знаю, подруга, – сосредоточенно кивнула та. – И рассчитываю на твою помощь. Единственное, чего я не имею права требовать, – это чтобы ты села за меня в тюрьму. Нет, из школы все равно не годится: останусь без Шерили, – размышляла вслух Джада. – Увезти со свидания? Миссии Пэтель немедленно сообщит в полицию. Что же делать, черт возьми?!
– Пожалуй, без молитвы не обойтись, – пробормотала она, и вдруг ее осенило: – Церковь!
– Что – церковь? Прямо сейчас поедем?
– Нет! Нет! Я имею в виду – можно исчезнуть с детьми из церкви!
Глаза Мишель расширились:
– Есть бог на свете!
Этим вечером Джада позвонила Сэмюэлю Дамфрису в третий раз после встречи в Бостоне. Но если до сих пор ей, в сущности, нечего было сообщить, сегодня она с восторгом поделилась с ним своим замыслом насчет церкви и добавила:
– Только одна я не справлюсь, а подруг моих об этом просить нельзя: их сразу заметят в негритянской церкви. Может быть, мама с папой…
– Не глупите, – отозвался Сэмюэль. – В их возрасте так рисковать! Я сам приеду.
– Вы?! – не веря своим ушам, переспросила Джада. – Мистер Дамфрис, вряд ли я смогу возместить ваши расходы, а уж об оплате услуг и говорить…
– О финансовой выгоде речь не идет. Уверен, что отправить вас на Барбадос у меня средств хватит. Для того чтобы устроиться на Кайманах, денег нужно гораздо больше. Проблема в том, что именно на Барбадосе вас в первую очередь будет искать муж. Иными словами, бегство на Барбадос ставит перед нами массу юридических вопросов.
О господи! Джада уж и забыла, до чего у него канцелярский язык.
– Мистер Дамфрис, за последнее время я столкнулась с такой массой юридических и прочих вопросов, что лишняя сотня не имеет значения. Я решилась на этот шаг и могу лишь поблагодарить вас заранее за помощь.
– Всегда рад. Впрочем, об одной услуге взамен я все же хотел бы вас попросить.
– Ну конечно! – моментально ответила Джада. Интересно, чем это я могу быть полезна такому человеку?– Сделаю все, что в моих силах.
– Вас не затруднит обращаться ко мне по имени?
– Нисколько, Сэмюэль.
Как ни противно было шпионить, иного способа помочь подруге Мишель не придумала. Дождавшись конца разговора Джады, она закрылась в спальне Энджи и нажала кнопку повтора на аппарате.
– Сэмюэль Дамфрис слушает, – произнес мужской голос с британским акцентом.
Британский акцент? Откуда? Мишель заколебалась.
– Э-э-э… Добрый вечер, – осторожно начала она. – Вы… вы действительно родственник Джады Джексон?
– В какой связи вас это интересует, позвольте узнать?
– Видите ли… Джада – моя лучшая подруга. Ой, простите, не представилась. Меня зовут Мишель Руссо. Я могу ей кое-чем помочь, только не знаю, как это лучше сделать.
– Почему вы обращаетесь с этим вопросом ко мне, а не напрямую к миссис Джексон?
– М-М-м… Все не так просто. Дело касается денег. Как по-вашему, если у Джады будут деньги… много денег… ей это поможет?
– Деньги помогают практически любому практически в любой ситуации. Миссис Джексон – не исключение. Не объясните ли поподробнее?
Мишель так и сделала.
ГЛАВА 59
В банк они поехали на «Вольво» Джады. Эта операция таила в себе немалый риск – впрочем, как и все, чем они теперь занимались, – поэтому Мишель решила по возможности меньше светиться. Кто знает, не следят ли за ней люди Брузмана, окружного прокурора или сам Фрэнк?
Мишель съежилась на кресле, съехав как можно ниже и уповая на то, что ее никто не заметит и не узнает по дороге в Первый уэстчестерский банк. Ее мутило от страха.
– Тебе не кажется, что двигатель как-то странно постукивает? – спросила она. Не хватало только сломаться, увозя трофей домой. Вот это был бы номер!
Джада прислушалась.
– По-моему, не больше, чем обычно. – И вздохнула: – С машинами, как с мужиками, – одни проблемы.
До самой стоянки перед банком Джада больше не произнесла ни слова, как не задала ни единого вопроса о том, что спрятано в сейфе. Мишель была безмерна благодарна ей за доверие. Не было у нее никогда и не будет подруги столь же верной, сильной, порядочной и веселой. Надо же – чернокожая женщина стала ей близка, как родная сестра!
Одно плохо – если все у них получится, в новой жизни им не быть вместе. Если получится… Для этого нужны деньги. Мишель оставалось только надеяться, что ее план сработает.
– Приехали, – ворвался в мысли Мишель голос Джады, – Каковы мои дальнейшие действия?
– Идешь в банк и говоришь, что хочешь закрыть ячейку. – Мишель достала из-под сиденья черную сумку на «молнии» и протянула Джаде. – Все содержимое сейфа кладешь сюда – и сматываемся. – Джада послушно кивнула, но прежде чем отправить подругу на «задание», Мишель взяла ее теплую ладонь в свою, ледяную от волнения. – Не знаю, насколько это опасно, но я бы соврала, если бы сказала, что риска вообще нет.
– Но там ведь не наркотики? – быстро отозвалась Джада. – Впрочем, я уже спрашивала. И я верю, что ты не стала бы связываться с этой дрянью. Ну все. Я пошла.
Сердце Мишель яростно толкнулось в ребра, а в горле застрял ком величиной с бильярдный шар. В двадцать пятый раз глянув в зеркальце заднего вида – никто ли не следит? – она сделала глубокий вдох. Господи, а вдруг Джаду арестуют и обвинят в пособничестве Фрэнку? Или то же самое произойдет с ней самой – только потому, что она связалась с преступными деньгами? Детей тогда им обеим не видать.