Чтение онлайн

Энджи кивнула:

– Не думал, это уж точно. Господи, Рэйд, ты ведь обе­щал, что с этими мерзкими играми покончено! Как ты мог?! – Разочарованно вздохнув, она отвернулась. – По­жалуй, мне лучше уйти, Лиза. Н-да… Пойду, пожалуй.

Только оказавшись на лестнице, Энджи позволила себе широченную довольную улыбку. В конце концов, и «Чудо-клей», и матрац куплены на ее собственные деньги, и вложенные в них средства себя оправдали. Энджи расхохота­лась. Права была Джада: «Полароид» добавил пикантнос­ти. Десятка два снимков, если у девочек все получилось, покоятся теперь в ящиках комода, в стопках с бельем и прочих потайных уголках. Их час еще придет… если, ко­нечно, Лиза задержится в этой квартире хоть на день.

В гостиной Энджи прибавила шагу – сверху понеслись визги и рев. Еще один, заключительный штрих, после чего можно сматывать удочки. Проходя мимо книжных полок, Энджи сунула заранее приготовленный «дневник» за какой-то толстый том и поспешила к выходу. Плевать ей теперь, женится этот идиот на своей крале или нет. Хоро­шо бы даже женился – они друг друга стоят! Боль ее затих­ла, ревность испарилась. Энджи покинула свой бывший супружеский кров теперь уже навсегда.

– Знаете, девочки, мне это белье нравится, – сказала Мишель. – А ты, Джада, просто обязана краситься такой помадой. Смотришься бесподобно!

Энджи, утонув в соседнем кресле, усмехнулась:

– Молодцы, девочки! Теперь Лизе будет над чем поду­мать. Представляете – прелюбодеяние, шведская любовь, лесбиянство, смешение рас плюс капелька садо-мазо и легкий уклон в трансвестизм! – Энджи уже захлебывалась смехом. – Бедная, бедная Лиза!

Лайнер дрогнул, попав в воздушную яму, и Мишель испуганно вцепилась в ручки кресла. Джада же небрежно пожала плечами:

– Пустяки. Горы нам привет шлют, только и всего.

– Если уж отправляться на тот свет, то сейчас, – за­явила Энджи. – Лично я умерла бы с улыбкой на губах. – Впрочем, она тут же передумала, вспомнив о своем еще не рожденном малыше, и быстренько защелкнула ремень безопасности.

Мишель, похоже, забыла про свой страх:

– Нет, правда, девочки, это было здорово. И на удив­ление легко! Никак не могу поверить, что мы справились.

– А с мужиками справиться – раз плюнуть. Слушай-ка, ты так ловко пригласила нас к нему в гости. – Джада повернулась в Энджи: – Жаль, тебя рядом не было. Па­рень слюной истек, ей-богу.

– А конец? Конец-то какой был? Расскажите! Как че­ловек воспитанный, я скромно удалилась… А дальше?

– А дальше все было как в сказке, – улыбнулась Ми­шель. – Добрая тетушка Джада вручила злой колдунье Лизе бутылочку с волшебной жидкостью для снятия лака и сказала: «Это его отклеит. В прошлый раз точно отклеило». А тетушка Мишель добавила: «Немножко жжет, но он это обожа-ает! В крайнем случае подуешь». Злая колдунья принялась вопить на заколдованного принца, а тетушка Мишель тем временем попрятала много очень, очень нехо­роших картинок по всему волшебному замку, чтобы злая колдунья Лиза нашла их и лопнула от злости. А потом две добрые тетушки исчезли из замка, оставив заколдованного принца с приклеенным к матрацу петушком.

– Интересно, отклеит она его или нет? – пробормота­ла Энджи.

Джада мотнула головой:

– А мне интересно, громко он будет орать или не очень.

Мишель снова улыбнулась.

– Надо же, а я-то еще гадала, почему он называется «Чудо-клеем». Теперь буду знать.

– Главное – у нас все получилось, девочки, – твердо заявила Энджи. – И теперь нам ясно, что мы – сила! Спа­сибо вам за помощь. – Она торжественно пожала обеим руки.

Джада ухмыльнулась:

– Хотела бы я знать, как мы сейчас выглядим. Как бойскауты на отдыхе или же как лесбиянки?

– Уймись, Джада! – шикнула на нее Мишель и по­смотрела на Энджи: – Мы рады, что сумели тебе помочь. Эти двое получили по заслугам. Надеюсь, Лиза найдет твой «дневник» и покажет Рэйду.

– Пусть уж и опубликует заодно. Кстати, а что в нем было? – с горящими от любопытства глазами спросила Джада. – Куда ты его спрятала?

– Сунула за какую-то толстую книгу на полке в гости­ной. Лизу ждет еще тот сюрприз, если она его найдет! Я там жаловалась на отвратный секс с Рэйдом и на тошнотвор­ную вонь у него изо рта; расписывала, как его отец меня тискал на рождественской вечеринке, ну и, разумеется, со­чинила его школьную интрижку.

– Интрижку би – или гомосексуальную? – уточнила Джада.

– Гомо, само собой.

Джада сложилась пополам от хохота.

– Вот это я понимаю! Настоящая бомба! Все-таки от­личный у нас был план, – утирая слезы, сказала Джада.

– И выполнен мастерски, – добавила Энджи. – Один есть! Двое на очереди.

Мишель подошла к почтовому ящику, который сняла уже больше недели назад. Не питай надежд, твердила она себе все эти дни, малодушно откладывая поход на почту. Рассчитывать особенно не на что. Идея твоя дурацкая, и объявления никуда не годятся. Люди посмеются, только и всего.

Узкая дверца напомнила ей о ячейке, набитой преступными деньгами, – той самой, которую Джада, поверив ей на слово, открыла в банке на свое имя. Едва ли не каждую ночь Мишель мучили кошмары о том, как и ее, и доверив­шуюся ей подругу хватает полиция, но, несмотря на страх и жуткие сны, она ничего не предпринимала и ненавидела себя за это. Очень похоже на нее – бездействовать, пока кто-нибудь не подскажет, как поступать. Однако время бездействия прошло, и Мишель сама это понимала. Бос­тонский спектакль воодушевил ее; она впервые почувство­вала в себе силы что-то изменить. В конце концов, чем черт не шутит?..

Мишель потянула на себя дверцу – и восторженно распахнула глаза: ячейка была полна писем. Боже, боже… Ведь это все – отклики на ее объявления! Казалось, целая вечность прошла, прежде чем она решилась протянуть руку. Вытащив всю кипу, Мишель тут же, рядом с ячейкой, принялась дрожащими пальцами разрывать конверты, просматривать и сортировать письма. Отбросив несколько совершенно безумных, одно непристойное и два-три без обратного адреса, она пересчитала оставшиеся: шестнад­цать – шестнадцать! – достойных внимания предложе­ний.

Новая жизнь Мишель Руссо – вот что такое эти кон­верты со вложенными внутрь напечатанными или напи­санными от руки листками. Мишель прижала их к груди и замерла, невидящим взглядом уставившись в стену перед собой. Неужели она это сделала? Сама? Без помощи Фрэн­ка и даже подруг? Придумала объявления, подала их в газе­ты и получила все эти отклики? Да если даже ничего из ее задумки не выйдет, все равно первый бой за себя она выиг­рала. Теперь можно не сомневаться: Золушка и без принца обеспечит достойную жизнь себе и детям!