Сепар
Шрифт:
Запись от 29.12.2014 23:40:12
Долго не записывал, как-то совсем не было времени. Война, однако! Довоевались, мать его ...! Эти кадыровцы, разъезжающие на танках и кричащие "Аллах Акбар", эти казаки, невесть где бросившие своих вороных и пересевшие на бронированных скакунов. Эта брат(бл_д)ская помощь в белых фурах под триколором, везущая вместо еды патроны и горючее и увозящая разобранное по запчастям оборудование наших заводов. Эти бабушки стоящие в очередях за гуманитаркой, как будто выпрашивающие подачку. Эти юные девочки, готовые отдаться первому встречному, лишь бы наесться вволю. Эти пацаны, которых вербуют пачками за каких-то сраных десять тысяч рэ и, как пушечное мясо, гонят на передовую. Этот Ахметыч, сбежавший за границу и оттуда денно и нощно рдеющий о бедных дончанах.
Всё, бля, не могу больше!..
Запись от 15.02.2015 05:00:06
Ой, чёрт, как же больно! И какой мерзкий запах мочи! Неужто, это от меня так мочой воняет? Чертов осколок, наверное, перебил трубу по которой моча ходит. Ничё, терпи, казак... Сейчас ребята донесут до санчасти. Или нее донесут?
Запись от 18.02.2015 07:30:19
Где это я? И почему вокруг все такое белое? И почему так тяжело дотянуться до мобилки? И что это за кровянистое пятно на постели? И что это за шланг, торчащий из живота и спускающийся вниз, под кровать? Я выжил? Это больница? Не могу говорить, засыпаю...
Запись от 09.05.2015 09:02:48
Девятое мая. Опять на передовую? Символично... Ладно, повоюем, мать его за ногу!
Запись от 23.05.2015 03:20:19
Стой, с_ка! Стой, говорю тебе! Застрелю гада, и мать не узнает, где могилка твоя! Вот так, лежи смирно, гнида укроповская! Блин, мобилка включилась на запись...
Запись от 23.05.2015 09:30:59
– Ну что, юначе? Рассказывай, кто ты, откуда, зачем сюда пришел?
– Чого прийшов? Батьквщину вд вас, сепарв, звльняти!
– Что, что освобождать? Родину? Это твоя Родина? Ты-то хоть бывал здесь раньше? А я тут родился и жизнь прожил! Откуда ты, горе-освободитель?
– З Стебника.
– Бендеровец, говоришь? Ах ты курва немытая!
– удар слева в челюсть.
– Та ну вас, шо з вами, сепарами, говорити?
– На своей Галичине молчать будешь, а тут говорить придется!
– боковой правый в висок. - Цель твоей вылазки? Говори, быстро!
– Тьфу на вас! Нчого не скажу!
– Я те плюну, урод недоделанный, - удар ногой в пах.
– Мммм...
– Пой "Ще не вмэрла" и готовся к смерти!
– Макаров на стол.
– "Ще не вмерла Украна, слава, воля, Ще нам братця молод Усмхнеться доля..."
– Иди нах... отсюда! Руки марать неохота.
А допел-таки! Интересно, я бы на его месте допел? И что бы я пел? "Вышел в степь донецкую..."?
Запись от 12.09.2015 20:32:14
А потом пришла Найка. Девочка-воробышек лет пятнадцати в рваных шортах, в грязной футболке, размера на два больше, и в таких же больших мужских кроссовках на босу ногу. Пришла в наш блиндаж неизвестно откуда , с нашей или с той стороны, - скорее всего, с той. Пришла и просто спросила:
– Дядьку, а в Вас чого покушать нема?
– Как тебя звать, воробышек?
– Ная!
– Как, как? Майя?
– Так, Ная!
– почему-то буква "м" у неё звучала, как "н".
– На вот, держи!
– подал ей открытую банку тушёнки.
– А хлба нема?
– На, держи, зая!
– отломил большой кусок от буханки.
– Спасбо!
– Да не за что. Жуй, глотай!
Ела, как будто голодала всю жизнь.
– Чего-то ещё хочешь?
– Спати!
– Положил её на лежак и укрыл пледом.
Когда встала, спросил:
– Кто ты, откуда?
– Та я з дрвн. Тут недалеко, стрляли там, папку, мамку братка градом накрило, я в погрб була. Братка я похоронила, а мамку с папкой вточками прикрила.
– Ты что, по-русски разговаривать не умеешь?
– Та я як з мамкой усю жизню говорила, так зо всма балакаю, дядьку!
– Давай, поживешь пока у нас. Иди, мойся, соображу пока, во что тебя переодеть, воробей белобрысый.
– Давай, Колька-хлюпик, доставай из баула те джинсы белые и футболку "смерть мухам"! Ей как-раз впору будут.
Найка принимала полевой душ, а на столе уже лежали чистенькие белые джинсы фирмы "Wrangler" и футболка "смерть мухам" с невообразимым пёстрым рисунком.
– Так, все вон! Найка, переодевайся!
Переодевшуюся Найку невозможно было узнать. Ни дать, ни взять - красавица писаная! Белые, чуть вьющиеся волосы и Колькина невообразимая футболка впридачу к белым джинсам - это было что-то с чем-то!
– Ну во! Другое дело, а то пришла зачуханка какая-то.
Во мне, откуда ни возьмись, вдруг проснулись отцовские чувства, наверное, впервые с того времени, как моя первая слетела с лестницы. Прожила с нами Найка в блиндаже больше месяца, стирала нам бельё, варила незатейливую ополченскую еду. Но однажды я заметил взгляд сержанта Вовки, прилипший к её малюсеньким, чуть только прорезавшимся грудкам и подумал: "Э, нет! Так не будет!"
– Собирай пожитки, Найка, и залезай в "бобик"!
– А чого?
– Чого-кочерго! Я сказал!
– Дядька Тьомка! Не вддавайте мене нкуди!
– из Найкиных глаз в два ручья брызнули слёзы.
– Да кому я тебя отдам, воробей мой неумытый! Садись, поедем ко мне в Горловку.
Заревел мотор "бобика" и мы поехали. А чего? Хата и так стоит неприкаянная, еще отожмет кто, а так там будет жить Найка. По дороге купил ей новые джинсы - одна пара голубая, вторая чёрная, пару футболок, какое-никакое бельё, не все же ей ходить в Колькиных трусах, белый свитер, две пары кроссовок и зелёную курточку. Приехали, и Найка первым делом со всех ног побежала к зеркалу. Дама, всё-таки! Во время примерки Найкины глаза сверкали, как два солнышка.
– Ой, дядьку! Я тако красоти в жист не носила! Спасбо Вам!
– Носи на здоровье, детка!
Мы съездили за продуктами, я включил холодильник, не работавший уже больше года, показал Найке, где что лежит, и уехал обратно на передовую.
Запись от 07.10.2015 16:40:29
В Горловке я не был недели три, а когда приехал, квартиру свою не узнал. Все было разложено по полочкам, не мытый года два линолеум в кухне, блестел, ванная и унитаз сверкали белизной, в ванной висело чистейшее полотенце, на полочке над умывальником лежали начищенные до блеска мои старые бритвенные принадлежности.