Сердце Дуба
Шрифт:
Возможно, каким-то странным образом они помогли друг другу. Наш секрет.
Джаго говорил: «Видишь, тебе придётся выглядеть как можно лучше. Сегодня вечером всех ждёт своего рода заряд бодрости».
Джаго никогда не называл его по имени, а во время долгого пути из Антигуа в Плимут называл его только «мистером» при других. Неужели преграда, старая обида, всё ещё подстерегала его? «Что ты будешь делать?»
Он пожал плечами. «О, мы с Дэном Йовеллом, пожалуй, выпьем по бокалу-другому. Миссис Фергюсон, — слегка помедлив, — Грейс приготовит что-нибудь особенное специально для нас».
Слова не требовались. Они встречались с Брайаном Фергюсоном всего несколько раз, приветствуя или прощаясь. Всегда здесь. Он думал о капитане «Одейсити» и других, которых видел выброшенными за борт. По крайней мере, Грейс была рядом со своим мужчиной почти до самого конца.
Он мысленно представил себе девушку с длинными тёмными волосами. Она, должно быть, жена моряка. Сравнивала ли она их жизни? Он услышал голос Йовейла и чей-то ещё голос, и лошадь, которую вели по булыжной мостовой.
Дверь с грохотом распахнулась, в воздухе повисла горечь.
Новичок был высоким, стройным, властным. Нейпир вспомнил, что видел его пару раз. Немолодым, но следящим за своей внешностью.
«Боже, здесь как в пекарне!» — рассмеялся он. «Извините за беспокойство!»
Йовелл тихо закрыл дверь и подошёл к столу. «Это мистер Флиндерс из поместья Роксби. Мы время от времени помогаем друг другу». Он слегка нахмурился, позволив золотым очкам сползти на нос. «Это не займёт много времени».
Флиндерс взглянул на обрезки волос, разбросанные вокруг стула.
«Не очень-то в порядке, я бы сказал!» Он снова рассмеялся, слишком громко.
«Разве у этого парня нет работы?»
Йовелл открыл рот, но ничего не сказал, когда Джаго потянулся, поднял куртку и положил ее на плечи Нейпира.
«Почему бы тебе не спросить его?»
Флиндерс посмотрел на Джаго, а затем на белые пятна.
«Конечно, сэр. Я совсем забыл, о чем сейчас думаю». «Как по волшебству, — подумал Нейпир, — крепкие зубы и улыбка вернулись».
Йовелл поджал губы.
«У меня есть информация о доставке шифера. По моим подсчётам, мы можем сэкономить».
Флиндерс покачал головой. «Конечно. Хорошая мысль. Перемены неизбежны в обоих поместьях. Я всегда буду готов помочь, если понадобится».
Он посмотрел на Джаго. «Ты же человек капитана Болито, верно?»
Джаго, казалось, расслабился.
«Его рулевой. Верно?»
Флиндерс выглянул в окно, когда лошадь вели через конюшенный двор.
«Мне пора идти, Дэниел. Подумал, что стоит зайти. Тебе понадобится вся помощь, которую ты сможешь получить, когда в доме появится новая леди». Он кивнул Нейпиру. «И вам доброго дня, молодой сэр».
Он повернулся спиной к Джаго и вышел из кабинета.
Джаго медленно выдохнул.
«Не доверился бы этому человеку даже на полкаблового от женщины, которая мне дорога!» Он покачал головой, глядя на Йовелла, словно тот собирался спорить. «На берегу или на воде. Такие, как он, всегда ведут себя одинаково, когда женщины рядом. Как крыса в насосе!»
Йовелл многозначительно посмотрел на Нейпира и с нажимом переложил свои бумаги.
«Ты нажил себе врага, Люк. Но ты и так это знаешь».
Джаго снова коснулся куртки мичмана.
«Пойдем проверим твою ногу. Нам ведь всё равно нужен свежий воздух после всего этого!»
Нейпир оглянулся от двери и увидел, что Йовейл пристально смотрит на него, аккуратно сжимая в зубах свежее перо, и явно шокированный грубым замечанием Джаго. В его взгляде читалось неодобрение.
Но он подмигнул.
Они стояли бок о бок, осознавая тишину, слышную лишь их шаги в проходе, когда они выходили из главного входа. Небо прояснилось ещё утром, прямо по ту сторону залива. Настолько яркое, что здесь, в прохладе приходской церкви короля Карла Мученика, требовалось время, чтобы отличить тень от реальности. Свет проникал сквозь арочные окна, отражался на рядах скамей и озарял большой крест и подсвечники на главном алтаре.
В одной из часовен были выставлены выцветшие знамёна и флаги – напоминание о старых кораблях и людях, сражавшихся на них. Ловенна рассказала ему о том времени, когда она была здесь с Нэнси, и они случайно встретили Томаса Херрика, старого друга его дяди. Какой поворот судьбы свёл их?
И скамья, на которой сидела Ловенна в тот день, и их руки осмеливались соприкоснуться, и некому было предупредить или отговорить. Когда они вернулись в старый дом, а его ждал призыв на службу.
И в тот день, когда эта же церковь была переполнена, чтобы почтить память и почтить память самого знаменитого сына Фалмута, сэра Ричарда Болито. Флаги были приспущены, а фрегат «Непревзойдённый»… мой корабль… дал салют на якорной стоянке. Кэтрин была рядом с ним.
Адам коснулся её руки и почувствовал, как она сняла перчатку, её пальцы были тёплыми и отзывчивыми. Никаких слов. Некоторые сказали бы, что они были вместе так мало. Или, может быть, для этого момента просто не было подходящих.
Затем он повернулся и посмотрел на неё: её волосы отражали свет витражей, её тёмные глаза всё ещё были в тени. Он услышал шорох бумаги и приглушённый кашель. Эта большая церковь, неотъемлемая часть Фалмута, никогда не пустовала.
Лишь несколько безымянных фигур, склонивших головы, ищущих покоя или отдохновения от повседневных дел. От самой жизни.
Сегодня она была одета в бледно-серое, мягкое, свободное платье, напоминавшее ему об их первой встрече. Сомнения, неуверенность; возможно, они оба боялись.
Он сказал: «Я люблю тебя, Ловенна».
Её пальцы двигались в его руке. «Мы действительно здесь?»
Только шепот, но одна из склоненных голов подняла голову и откашлялась.
«Мне так много хочется сказать…»
Где-то наверху, в другом мире, начали бить часы.
А вдруг что-то пойдёт не так? Она ещё может передумать.