Чтение онлайн

– Я понимаю, что это приказ, я обязан подчиниться вам, отец... Но это правда, если я отправлю его туда, вы обещаете мне, когда я найду То оружие, вы позволите мне вернуться домой?

Кто-то отвечал на этот вопрос, кого Ивон не мог слышать.

– Это единственное, ради чего я живу. Сай Валентайн понесет наказание. Алия...
– снова голос Криса.

– Но почему туда? Там мы не сможем его контролировать. Там все еще осталось множество его сторонников, это опасно, - голос изменился.

– Я... я подчинюсь...
– неохотно произнес Крис. Казалось, ему крайне тяжело произносить эти слова, в низ звучала настоящая боль.
– Но Алия... ты правда сможешь вернуть ее?! Это единственная причина, по которой я пошел на все это. Смысл моей жизни. Если я не убью Валентайна, мне нужна компенсация... Я знаю, что ты не мой отец... и все же...
– дальше Ивон не расслышал, слова обрывались и вновь голос менялся.

– Да, как прикажете, я сделаю все, чтобы вернуться. Но не понимаю, почему вы изменили свое решение, зачем вам нужны они оба? Разве я не могу быть полезен, отец?!
– в голосе послышалась почти мольба. Теперь он стал совершенно не похож на голос Криса.

Ивон ждал. Тишина установилась так надолго, что он подумал, что все закончилось. Но затем, вопреки ожиданиям, другой голос Криса зазвучал вновь.

– Суд пройдет так, как вам будет угодно. Я прослежу за этим, отец. Император больше не играет роли...

Голова Ивона вскинулась, дольше ждать нельзя... Но в этот момент...

– Ивон, это ты?

Все лишь эти три слова, но они застали Ивона врасплох. Он замер, голос обращался к нему, и теперь он принадлежал Крису, тому Крису, которого он знал, и тому другу, который у него был.

– Крис... я...
– Ивон сжал папку, - я принес доклад.

– ...

– Крис?

– Я не могу пустить тебя.

– Что это значит, Крис?!
– Ивон уже не пытался сдерживаться.

– Ты слышал, оставь эти бумаги у секретаря. Пожалуйста, не беспокой меня сегодня и завтра тоже. Увидимся на суде.
– И, как будто о чем-то вспомнив, Крис добавил: - Спасибо за работу, ты можешь идти.

Если начать спорить это будет уже прямым неповиновением императору. Райден только этого и добивается. И все же...

– Крис, я должен поговорить с тобой.

– Не сейчас.

– Это важно, - пальцы Ивона сцепились в замок.

– Сейчас я не могу принять тебя. Больше не беспокой меня сегодня.

– Так сказал Райден?

– ...
– тишина установилась за дверью. И он переспросил:

– Это слова Райдена, которые он внушил тебе? Что происходит, Крис? Ты отдаляешь нас от себя, Анджи и меня, только потому что этот человек так сказал тебе? У тебя есть воля, чтобы решать.

– Это мое собственное решение.

Ивон задохнулся. До последнего он надеялся, что Крис не произнесет этих слов, но теперь, когда он услышал их...

– Я не уйду.

– Не подчинишься, даже если я прикажу?

– Прикажешь своему другу? Я не твой подчиненный, и не военный. Я - твой друг, и как друг я хочу видеть тебя.

– ...не подчинишься даже после приказа? Хорошо... Тогда можешь войти.

Изменения настроения Криса были такими резкими, что Ивон почти не удивился ответу. Почти. Замок щелкнул. Он, насколько знал Ивон, был автоматическим. Особый рычажок, спрятанный под столешницей, приводил его в действие.

Дверь медленно приоткрылась. Ивон ощутил ауру, исходящую изнутри. Едва он ступил на порог, как ощутил ее. Это давление. Это колоссальное давление на каждую клеточку его тела, засасывающее, гнетущее чувство. Он вошел в кабинет и закашлялся, поспешно закрыв рукавом нос и рот. Что это? Пыль? Нет, пыльца.

Кабинет был погружен в темноту - так ему показалось. И, хотя она не была абсолютно лишена света, он ощутил, что свет в ней задушен. Свет бился, словно умирая в самом ее центре. Тьма... тьма... тьма окутывала каждый его сантиметр. И едва Ивон вошел, эта тьма коснулась и его. Тьма, наполненная радужной пыльцой.

А посреди этой тьмы, за столом находился источник единственного света. Он окутывал фигуру Криса, исходя от бессчетного количества бабочек, порхающих вокруг него. Этот свет готов был высосать всю жизнь, как он высосал весь естественный свет из этой комнаты, хотя за окном стоял день. Солнце не проникало сквозь окна, мгновенно поглощаемое этой радужной тьмой.

– А ты упрямый, - заметил Крис, поднимая голову от стола. На Ивона взглянули те же глаза, что он помнил из той сцены в тронном зале, когда Крис сражался с Ауслейзом. Тогда эти глаза принадлежали человеку, сидевшему на софе в расшитых цветами и бабочками шелковых одеждах.

– Привилегия друга, - Ивон пожал плечами, поправив очки.
– Однако я пришел к своему другу, но теперь вижу - его нет в этом кабинет.

– Да, и где же он?
– переспросил чуть насмешливый голос. Бабочки яростно заметались над столом.

– Полагаю, тебе известно об этом больше или меньше...
– Ивон сделал паузу, и взглянул в лицо того, кто сидел за столом.
– Фрактал.

– Только его половина, но сознание мое сейчас здесь. Ты пришел к Крису, но его здесь нет. И что теперь ты будешь делать?
– спросил Фрактал.

– Верно, я пришел отдать доклад, - Ивон сделал несколько шагов вперед. Подойдя к столу, он тотчас же был окружен бабочками. Крис отмахнулся, и те испуганно отпрянули в стороны. Атмосфера тотчас же стала немного чище, хотя в горле Ивона все саднило. Он положил папку на край стола.

– Ну, и как он?
– спросил Крис.

– Кого ты имеешь в виду? Есть Сай Валентайн и есть тот, кого называют Бифуркатор? Их двое...
– Ивон заметил: рука Криса потянулась за папкой. В этот миг, схватив его запястье, Ивон с силой притянул его к себе. Кинжал, мгновенно извлеченный из ножен, распечатанных в одном из его манжет, был тотчас же приставлен к правому глазу императора. Тот замер.
– Их двое, как и вас, - закончил Ивон.