Чтение онлайн

– Мне он нужен.

– Ха!

– А как насчет сделки?

Ника была возмущена настолько, что не смогла вымолвить и слова. Они молча смотрели друг на друга.

Девушка первой нарушила тишину:

– Вы рехнулись? Я ни за что не пойду с вами на какую-либо сделку?!

– А если мои условия вас заинтересуют?

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ 'МЕНЬШЕ МЫСЛЕЙ, БОЛЬШЕ НАВАЖДЕНИЙ'

Ника появилась перед лазарет-клубом 'Помойная Кошка' поздним вечером. На невысоком здании была удивительная система дренажных водостоков, имеющих различный размер металлических воронок, что играли дивную музыку, когда шел дождь. И большая неоновая вывеска в виде выгнувшейся кошки. Все маджикайи лишенные титулов новым правительством, имели здесь особые привилегии - в знак памяти и солидарности перед былым величаем. Поэтому основным процентом посетителей являлись великородные голодранцы, рефлексирующие по забвенному прошлому. Здесь исчезало чувство реальности. Лабиринты залов, плавно переходя из одного в другой, искривляли пространство и время. Великородные маджикайи с печатью легкого безумия на лицах часами просиживали в vip-ложе один на один со своими воспоминаниями. Гремящая музыка вместе с сигаретным дымом пребывала в постоянной борьбе за пространство, настолько переполненного магической силой постояльцев, что буквально искрившим. Владельцем это шумного заведения являлся причудливый Гевин Дрисварколь. Вместе с Рик'Ардом Масса он входил в триаду карателей, ту самую, которая казнила нападавших на храм Рубикунда: в том числе и недавно воскресшего сигнатурного маджикайя. Сегодня хозяин клуба справлял именины малознакомой фривольной особы. Укуренный, полураздетый он сидел на мягком кожаном диване, поглаживая обнаженную грудь лежавшей на его коленях несовершеннолетней блудницы, словно последнюю причину для существования. С каждым выпитым бокалом в господине Дрисварколе оставалось меньше мыслей, больше наваждений. Но именно благодаря бесовщине идей своего владельца клуб 'Помойная Кошка' был так популярен.

Ника отыскала глазами забронированный столик. Если когда и было подходящее время чтобы напиться, оно было сейчас.

– Привет. Что у тебя с лицом?
– спросила Ника, подходя к сидевшему за столом Киррану.

Мак-Сол был привычно нетрезвым и понуро смотрел на столешницу.

– Слушай, вон тот парень с серьгой в ухе, пытался за мной приударить пока я ходил за пивом. К чему бы это?
– пожалился егерь.

Девушка посмотрела в толпу пляшущих. Татуированный мужик с дикими глазами и в одежде, которую стоило давно выбросить, подмигнул ей.

– Ну... наверное, ты в его вкусе, - растерянно произнесла Ника.
– Понравился ему и что такого?

– По моему лицу, похоже, что мне это льстит?
– покачав головой, ответил Кирран и протянул подруге бутылку пива.

– Не парься, - девушка присела, но вдруг вспомнив о тролльчонке, обеспокоено спросила: - А где Кроуш? С кем вы его оставили?

Кирран выпрямился и беспомощно пожал плечами.

– Сначала Дин запер его в кладовке, но гаденыш выбрался... Представляешь, тролль видит Репентино, даже когда тот становиться невидимым. Нам бы с тобой эти навыки.

– Слушай, а Дин его в жабу или в еще что-нибудь более мерзкое не превратил?

Кирран жалобно протянул что-то невнятное и набрал в рот пива.

Ника глазам нашла похотливого приятеля: Дин был одет, приторно галантен и охмурял златокудрую цацу у барной стойки. В его руках мило похрюкивал розовобрюхий поросенок.

Верис рассеянно забарабанив пальцами по бутылке, спросила:

– Надеюсь, Репентино не заставит нас весь вечер пялиться на то, как он снимает очередную дуру. А что за свинья у него на руках?

– Ну... это и есть Кроуш, - наконец проглотив пиво, осторожно ответил Кирран.

– Что?!

Ника поднялась на ноги и отчаянно пожелала Дину свалиться в обморок от сигаретного дыма.

Кирран пожал плечами:

– Ты просила не оставлять его дома одного. Пришлось, взять с собой. Ну, сама понимаешь, троллей сюда не пускают. Зато не жаба...

– Вам вообще что-нибудь можно доверить?

– Что-нибудь - наверняка.

– Я надеюсь это обратимый процесс?

– Я тоже надеюсь, - ответил Кирран задумчиво.
– Ник, сядь. С этого ракурса ты становишься похожа на мою маму. В не самые лучшие ее годы.

Никария вздохнув, оперлась на край стола и зашептала:

– Слушай, я тут кое-что решила. Что если я куплю разрешение на однократное перемещение и как-нибудь просуну его Цератопу?

– Зачем?

– Тогда он сможет переместиться. Сбежать перед казнью. А кто купил разрешение, не выяснят, потому что документы при покупке одного перемещения не нужны. Как тебе идейка?

– Говно, - сказал Кирран, забрасывая в рот горсть соленых орешков.

Ника присела, отодвинула тарелку с арахисом подальше от приятеля и с обидой спросила:

– Почему говно?

Пришлось какое-то время ждать, когда Кирран прожует орехи и сделает спасительный глоток жидкости. Потом он ответил:

– Я, как рационально-думающий индивид, хочу тебе напомнить, что ни в доме покаяния, ни в зале суда нельзя перемещаться. Иначе бы все сбегали. Там блокаторы подобные тем, что в храме Рубикунда стояли. Если ты помнишь, перемещаться возможно...
– Кирран отрыгнул, - только по порталам.

– Ты чертов зануда!

– С чего это?!

– Ты только что развеял мой гениальный план по спасению тролля, - возмутилась Ника, обессилено опустила голову на стол.
– У меня больше нет идей. А послезавтра Цератопа казнят.

– Попроси Фроста помочь тебе, - зевнув, предложил Кирран.

– Он-то здесь причем?

– А вспомни, когда ты обнаружила его в храме. Фрост каким-то чудесным образом переместился из своего кабинета. Наверняка знает, как обойти блокировку. В конце концов, он как-то же провел тех ящеродемонов, что сожгли Рубикунда.

– Я не собираюсь обращаться за помощью к ублюдку, который впустил малумов в храм!

Девушка вдруг почувствовала, как чья-то крепкая рука фамильярно схватила ворот ее куртки.

– Какого дьявола?
– словно муха-таран пронеслось над ухом агента Верис.

Нику дернули за воротник и приподняли.

– Какого дьявола, Верис?
– повторил странный старик, закутанный в домашний халат.

– Дед ты о чем?
– растерялась Ника, совершенно не понимая, что имеет в виду незнакомец.

– Я не могу попасть в свой дом.

– Эй, бич, - угрожающе пробубнил Кирран, - отвали от нее.

По лицу старика было отчетливо видно, как закипает сдерживаемая до этого момента злость и раздражение.

– Я-то здесь причем?
– Ника попыталась вырваться.
– Я вас вообще не знаю.

Старик не унимался:

– Какого дьявола, Верис, вы дали моему стражу новое имя и не предупредили меня об этом?!

Ника уставилась на старика во все глаза. Над головой девушки зажглась воображаемая лампочка озарения.

– Фффрост?
– неуверенно спросила Верис.

Ника ошарашено открыла рот, оглядела старика. Он стоял перед ней в халате и клетчатых тапках одетых на босу ногу. Лицо выглядело сморщенным, как дешевая резиновая маска, а вот шея, руки были естественными - на пару десятков лет моложе. Фрост заметно дрожал, не то от холода, не то от злости. Низкопробная личина хрыча делала его раздражительным.