Сердце Химеры
Шрифт:
И тут Верис сообразила, что карту нужно обновлять после каждого изменения. Например, со сменой имени стража. Все это было указано в инструкции, которую девушка так и не нашла времени хорошенько изучить.
Фрост вздохнул и сказал:
– Мой дом уже перемещался, когда вы вероломно вломились в него пару дней назад. Теперь нужно вызвать черную курицу. Она проводник.
– Та кошмарная птица, что сидит на качелях?
– Да.
Мужчина долго смотрел на девушку.
– И что вы стоите?
– не выдержала Ника.
– Вызывайте!
– Чертов день, - наконец сказал Фрост.
– Я позову курицу, но предупреждаю, Верис, чтобы не было никакого глумливого выражения на вашем лице, пока я это делаю.
– Даже если вы заговорите на курином языке, мое лицо останется безразличным, - сказала агент уверенно.
Грегори еще какое-то время молчал, но потом, набрав в легкие побольше воздуха, произнес:
– Ко-ко... Залубко, ко-ко...
На лице Ники появилось то, самое глумливое выражение, с которым девушка не смогла справиться даже при титаническом желании. Она готова была взорваться, но держалась из последних сил.
– 'Ко-ко Залубко'?!
– переспросила девушка и издала несколько сопящих отзвуков в попытке обуздать смех.
– Я не давал курице такую кличку, если вы об этом Верис. И позывные я тоже не придумывал!
– Это типа, чтобы никто не догадался, как вызвать проводника?
– Возможно, чтобы Вызывающий чувствовал себя непреодолимо глупо.
Через минуту на дороге показалась черная курица. Она предупредительно постучала когтем по асфальту и направилась в нужном направлении.
– О! Вот и Залубко, - издевательски улыбнувшись, сказала Ника.
– Идемте, - произнес мужчина хмуро.
– А с чего вы взяли, что я вечером буду именно в баре?
– вдруг спросила девушка, швырнув обертку очередной конфеты в сторону.
– Как вы меня нашли?
Фрост лукаво ответил:
– По конфетным фантикам, - усмехнулся он.
– Я оставил маячок на вашем мизинце. В тот, самый вечер, когда вы были троллем.
– Что? Зачем?
– Так, на всякий случай. Как видите не зря.
Ника съела еще одну конфету, стыдливо спрятала обертку в карман, и посмотрела на свой мизинец.
– Вы что следили за мной?
– перекатив жевательную карамель за другую щеку, спросила она.
– Не беспокойтесь, у меня не возникло желание понаблюдать, как вы спите или принимаете душ, - произнес Фрост удовлетворенно.
– От вас мне нужен только дневник Ментора Менандра. Ну, и немного покоя.
Ника посмотрела на маджикайя скептически, но ничего больше не сказала. Лишь вытащив из мизинца, похожий на занозу маячок, девушка облегченно вздохнула. И как она не заметила его раньше?
Минут через десять они оказались у дома номер двадцать один. Черная курица забралась на качели и важно дернула клювом. Фрост постучал в дверь.
– Кто-там?
– отчеканил страж.
– Открывай... эээ, Вильгельм.
– Оооо, хозяин стал благоразумным и признал нашу автономию, - захихикал домовик.
Ника усмехнулась, подарив Фросту игривый взгляд. Маджикай скривился.
– Да, да. Благоразумнее некуда. Открывай уже!
Дверь отворилась. Страж вежливо поклонился, приглашая в дом.
Фрост резко обернулся к агенту службы охраны и предложил:
– Верис, не попьете со мной чай?
– Чай?
– удивилась Ника.
– Ну, или что вы там пьете? Пиво?
– А у вас есть пиво?
– Нет. Поэтому я предлагаю чай. Мне нужно с вами серьезно поговорить.
Ника погрозила пальцем.
– Предупреждаю, я даже слышать не хочу о сотрудничестве. Ни о какой сделке. И я не отдам вам дневник Менандра.
– Ни о какой сделки речи не пойдет. В конце концов, вы имеете право знать.
– Знать что?
– Так значит, вы согласны на чай?
– спросил Фрост вполоборота.
Ника выдохнула и сказала:
– Согласна. Надеюсь, вы пьете сладкий.
– Пью, а что?
– Я подсыплю в вашу сахарницу стрихнин.
– Ох, Верис! Вам не надоело язвить?
– Отнюдь.
– Заходите, черт бы вас подрал!
***
Ника напряженно мешала ложкой в чашке с чаем. Она поняла, что какое-то время просто наблюдала за своим подопечным. Как он совершенно расслабленный натягивал на избитое тело свежую рубашку, выводил на ладони новую защитную пентаграмму, наливал кипяток, бросал в чашку кусочки сахара. Пока ее мысли не зашли слишком далеко по тропе добродушия, Ника заставила себя вспомнить, что ненавидит Фроста. Предателя, убийцу и просто коварного ублюдка.
Разрушив тишину, девушка спросила:
– Позвали меня, чтобы я наблюдала, как вы похлебываете каркаде? Это чайный эксбиционизм? Вы хотели серьезно поговорить об этом отклонении?
Фрост аккуратно поставил кружку на стол. Где-то он слышал, что одиночество не становится безумием, если его с кем-то делить. Глупо конечно, но эти мысли прочно засели у него в голове. Мужчина оглядел обремененную старыми книгами и свитками кухню и спросил:
– Хотите знать, зачем мне все это. Куда ухожу, что изучаю?
– Да, - развернув конфету, согласилась Верис.
– А то я плохо сплю по ночам.
Фрост вопросительно поднял бровь.
– Просто послушайте меня, Ника. Послушайте, как незнакомого человека. Без иронии, без сарказма.
– Как незнакомого?
– Да. Будьте любезны.
– Буду - согласилась девушка.
– Только наденьте пакет на голову. А то ваше лицо мне кого-то напоминает.
Фрост зажал рукой глаза и покачал головой.
– Видят небеса, вы посланы мне в наказание, - пожалился он.