Чтение онлайн

— Но это правда.

— Я не к тому, — леди Карга махнула рукой, будто отгоняя назойливую муху. — Вы же понимаете, что она могла бы надеть объедки со стола на голову и сказать, что так у них носят. И ей бы это позволили.

— Леди Карга, я что-то не понял, вам всегда хотелось носить мужские штаны, высыпать объедки себе на голову или вам просто хотелось делать, что угодно, чтобы вас при этом никто не осудил?

— Как вы, верно, подметили, я хотела бы делать все, что душе угодно, но в том числе и носить мужские штаны… Когда мне было двадцать лет, да-да когда-то и такое было, я спросила у своего отца, почему женщины не могут носить штаны. Это ведь удобно и тогда можно было бы ездить на охоту вместе с мужчинами. В ответ он лишь рассмеялся и ещё много лет рассказывал эту просьбу всем своим приятелям как хохму, он мне даже не объяснил, почему отказал, для него это было настолько очевидно. Кажется, он даже так и не понял, всерьез ли я это спрашивала.

— Хорошо, я понял, что вы не просто скверная женщина, которую все на дух не переносят, а у вас были свои причины стать таковой, но все же, зачем вы решили мне все это рассказать?

— Я не такая скверная, как вы думаете, — она заговорщически помахала головой, — вы ещё очень молоды, делайте то, что вы хотите, и не спрашивайте у кого-либо можно ли это сделать. Потому что с годами можно обнаружить, что всегда было можно, но теперь… Теперь мне уже ни к чему носить мужские штаны, — она громогласно каркнула, и видимо это и был ее смех.

Феликс только открыл рот, чтобы ей ответить, как она опередила его:

— Да, вы хотите сказать, что и так делаете все, что вам вздумается, вы ведь король, но вы и сами знаете, что это не так. Уверенна, что в другом мире, где вы были такой же человек как все, вы больше времени посвящали себе, нежели здесь. Все знают меня, как сварливую старуху, которая постоянно что-то от всех хочет, на самом деле я просто развлекаюсь, как могу. Когда я впервые сказала кому-то гадость, желая получить хоть какую-то реакцию, увидеть живую эмоцию мне никто не воспротивился. Никто не запретил мне этого делать, так было можно, и я это поняла. Так всю жизнь и развлекалась. А с появлением девицы из другого мира — развлечений стало еще больше. Меня даже не особо волнуют эти изгои за складами. Да, выглядят они скверно, но меня и саму уже годы облили той еще “зеленой водой”. Просто болтать о них тоже весело, народ любит о них посудачить.

— Хорошо, что вы придумали, чем себя занять. Наверное, мне тоже стоило говорить всем неприятные слова, чтобы спастись от скуки.

Старуха снова расхохоталась:

— А вам казалось, вы их не говорили? Кажется, вас раньше не любили гораздо больше, чем меня. Но кто уже это помнит….

Старуха поковыляла прочь, снова затаптывая свое платье в пыль. В очередной раз, когда подол оплел трость, старуха гневно кинула ее на пол и пошла дальше, хватаясь за ветки кустов. Феликс смотрел ей вслед и думал до чего же люди странные существа. Вот так в конце жизни они оказываются кем-то совсем другим, и для чего они прятались и скрывались совершенно непонятно.

Он посмотрел в небо. Оно было ясным, без единого облака. Такое же блаженство он испытывал в душе. У него ещё есть вся жизнь, чтобы быть просто собой. Ещё не так давно, с прибытием Джейн, он развлекался так же как Леди Карга, хотел, чтобы неведомая девушка из другого мира, словно цирковая обезьяна удивила его хоть чем-нибудь. Он даже не ожидал, что она принесёт видео со словами Тристана или достанет кулон его матери. Думал, она будет делать какие-то глупости, как шут, который желает привлечь к себе внимание.

Феликс встал, он собирался проверить, как продвигается строительство храма, но резко остановился на месте. Король посмотрел в сторону дворца, леди Карга медленно ковыляла в направлении здания, кусты на её пути кончились, и она тут же схватила под руку молодого вельможу, который вынужденно повел её во дворец.

Феликс развернулся и уверенным шагом пошел вдоль складов, прямиком к серому дому. Тот самый замок на калитке, о котором говорила Джейн, был сорван, кажется и сама дверь была слегка покорежена, но, тем не менее, за последние дни в Айронвуде он так и не видел, чтобы кто-то из “людей зеленой воды” выходил в деревню. Впрочем, король и сам нечасто бывал в Великих Садах.

Феликс толкнул остатки двери и увидел в саду мужчину и женщину без одной руки. Они, молча, поклонились, девушка переминалась с ноги на ногу, а парень теребил руки. Несколько мгновений король и встретившие его люди смотрели друг на друга, не произнося ни слова.

— Добрый день, — поприветствовал их Феликс, — я пришел, чтобы вылечить кого-то из вас. Вскоре вы все будете здоровы, а пока можете свободно ходить где угодно.

Парень с девушкой так и смотрели на него, не двигаясь с места. Девушка, прошептав себе под нос какое-то скомканное приветствие, сказала, что позовёт всех остальных и убежала.

Не успел ее спутник придумать, что же сказать ему, как из дома выбежала девочка Таяна, которую Феликс вылечил полгода назад.

— Здравствуйте, я так рада, что вы приехали, — девочка подбежала и неожиданно обняла Феликса. Хоть он и поменялся с тех пор как был королем Айронвуда, такие вещи как объятия все равно остались для него чем-то крайне непривычным. Но, несомненно, ему была приятна радость этой девочки.

— Привет, как твои глаза?

— Я все вижу! Все такое красивое, это так чудесно. Мне так страшно, как подумаю, что могла никогда не увидеть все это, — она восторженно обвела руками скудный сад, состоящий из нескольких деревьев и кустов. В этот момент садик как раз наполнился всеми жителями серого дома. Они смущённо кланялись и говорили слова приветствия.

— Вы теперь всех вылечите? — Таяна осмотрела всю компанию.

— Я для этого и пришёл. Кого я вылечу сегодня, Таяна?

— Нашу маму Лану. Можно?

Девушка без одной руки, смущённо спряталась за мужчину.

— Таяна, не нужно, пусть лучше это будет кто-то из детей, — отозвалась женщина.

— Нет, Лана ты столько всего для нас делаешь, ты же наша мама, и тебе так сложно без руки. Я хочу, чтобы ты была здорова.

“Люди зелёной воды” оживленно как один подхватили идею девочки.

Король протянул руку смущенной девушке, та испуганно оглянулась на мужчину. Он кивнул ей, и они с Феликсом пошли в дом.

Внутри совершенно ничего не изменилось с тех пор, как он был здесь в последний раз. В доме как прежде, несмотря на всю бедность обстановки, царила чудесная атмосфера, уют. Как же эти люди смогли жить счастливо, имея физические изъяны, будучи отвергнутыми обществом? Они не потеряли друг друга, они нашли что-то неведомое другим.

Девушка села на диван, не зная, что ей делать. Феликс сел рядом с ней и попросил ее снять кофту. Он положил руки на ее плечо, сконцентрировал все свои силы. Вдруг часы прозвенели полдень, он поднял голову и увидел на стене что-то непонятное, подобие часов, которые действительно шли, но напротив каждого часа была поделка, фигурка или рисунок. Напротив двенадцати часов красовалась совершенно невнятная коряга.