Чтение онлайн

— А знаете, — вступила в разговор Джейн, — в нашем мире есть предмет, который мог бы прямо в ваших комнатах создать проекции всех нас, — Джейн обвела всех взглядом, — и никому даже не понадобилось бы выходить из комнаты. Как будто мы все сидим в комнате каждой девушки. Это вообще очень здорово.

Слова Джейн можно было считать не совсем ложью: голограммы уже давно существуют, но конечно не совсем в таком объеме, как она описала. Её ужасно раздражала их непомерная лень, и она ляпнула это с язвительной иронией.

Все пребывали в замешательстве.

— У вас есть такая магия? — отозвалась одна из дам. — Наверное, это очень необычно и интересно. Думаю, со временем наш король тоже мог бы создать что-то подобное, он ведь всемогущий.

— Да, наверное, смог бы, — согласилась Джейн, — тем более он не разбрасывает свои силы впустую, бережет их, многое делает руками, как, например, витражи, — она махнула рукой в сторону окна.

— Король Феликс делает витражи? — спросила одна из девиц влюбленных в короля.

Джейн не случайно завела тему о витражах. Где-то в душе она чувствовала, что никто из воздыхающих по нему девушек даже не знают его на самом деле.

— Конечно, делает, он создал все картины на окнах дворца, — сказала Кассандра.

Видно было, что для всех женщин это стало совершенно неожиданной информацией. То есть Кассандра действительно единственная леди, которая по-настоящему близка королю. И как все эти дамы могли говорить, что любят его, если совершенно его не знают?

— Вы так ждете дня объявления невесты, — обратилась Джейн к “самой умной”, — наверное, вы представляли себе и вашу свадьбу? — Джейн прослушавшей множество обсуждений свадьбы Сары и Рона, любопытно было узнать, как же проходят свадьбы благородных дам и вельмож.

— Конечно, представляла, — отозвалась девушка, — все будет оформлено в моем любимом оранжевом цвете.

Кассандра слушала девушку с еле заметной ухмылкой и даже не вступала в разговор, видимо, прекрасно осознавая, что у ”Самой умной” нет никаких шансов и не желая мешать ее грезам.

— А если король захочет оформить свадьбу в своем любимом цвете? Или ему тоже нравится оранжевый? — спросила Джейн.

“Самая умная” замешкалась. Все дамы отложили вышивания.

— Я…не знаю, какой цвет ему нравится.

Кассандра снова не стала ничего говорить.

— Ну, тогда вы сможете украсить свадьбу в стиле того, что ему нравится…

— Тогда мы украсим всё витражами! — она радостно хлопнула в ладоши. — Он ведь их любит, как сегодня выяснилось.

— Это хорошая идея, — Джейн не смогла не поразиться тому, как эта девушка быстро схватывает.

— Может что-то еще?

— Ну, я думаю, свадьбы королей всегда проходят в одном стиле — роскошном. Можно добавить больше золота, его руки ведь золотые! — весело протараторила девушка, радуясь своей еще одной гениальной идее.

— Да, а еще можно украсить все голубым, у него ведь глаза голубого цвета, — сказала Джейн, уже откровенно издеваясь над "Самой умной".

Кассандра улыбнулась краешком губ и посмотрела на Джейн. Будущая невеста короля (и в этом Джейн уже не сомневалась) прекрасно поняла, что она просто смеется над тем, как мало влюбленные дамы знают о короле. Другие же дамы напротив, приняли все за чистую монету и одобрительно закивали головами словам Джейн.

Поразительно, никто из дам совершенно не знает человека, которым они не раз восторгались по несколько часов. Хотя, что Джейн удивляет? В ее мире фанаты часто влюблены в своих кумиров, даже будучи незнакомыми с ними. Но это все равно не одно и то же. Можно ли утверждать, что хоть одна из них любит короля по-настоящему и, если завтра он потеряет свои силы и власть, все равно останется с ним?

Джейн вернулась в свою комнату и застала там Мелису. Они выпили чай, и Мелиса вслух читала Джейн книгу о создании тартул. Джейн слушала и все время смотрела на витражи, вспоминала Эдмунда, счастливого и здорового. Она вспомнила изможденное, белое лицо Феликса и ту историю, рассказанную ей Тристаном о потерянной семье, потерянном детстве короля. Джейн всей душой попыталась представить себя на его месте, и осознала всю тяжесть его жизни. Одиночество. Для нее это всегда было самым страшным. Остаться одной. И даже не знаешь, что хуже: действительно быть одиноким или чувствовать себя таковым среди целой толпы людей. Феликс закрыт для всего окружающего мира, и он мог бы сделать всё: вылечить людей серого дома, восстановить землю. Он просто не знает для чего это делать или же для кого. Должно быть, он давно потерял эту нить, потерял тот самый смысл.

— Мелиса, — перебила Джейн чтение девушки, — я слышала, лиловые крабы водятся на большой глубине. Как рыбаки их добывают?

— Леди Джейн, я не очень осведомлена в этом вопросе, но кажется, король дает им какой-то предмет, позволяющий долго дышать под водой. Как их добывали раньше до появления Отца, я не знаю. Но если вам очень нужно знать, я спрошу у кого-нибудь.

— Нет-нет, ничего не нужно Мелиса. Я внимательно слушаю твое чтение, извини что перебила.

Девушка вновь погрузилась в книгу, а Джейн не слыша ни слова из ее уст, отплыла в пучину своих мыслей. Она не была лучшей плавчихой в мире, но плавала и ныряла очень даже хорошо. Она не знает глубину здешнего моря, его просторы и живет ли в его глубинах тот жуткий огромный спрут, да и вообще вся затея, пришедшая ей в голову, казалась безумной и невозможной для выполнения. Но это ее шанс. Она должна попробовать. Хотя бы попытаться. Феликс должен вспомнить, что у него была семья, в которой он не был одинок. Может, увидев дорогую для себя вещь — кулон матери — он скинет свою броню и откроется миру. И немножечко, совсем чуть-чуть Джейн надеялась, что её поступок растрогает короля, и он отправит ее домой.

* * *

Король встал из-за стола, мечтая только об одном: долгом и крепком сне. Его физическое состояние стало немного лучше с тех пор, как он вылечил мальчишку, но он все равно ощущал себя слишком слабым. Прошедшие два дня создавать провиант для жителей Айронвуда было просто невыносимо. Руки Феликса снова начали печь, как когда-то в детстве, и в эти моменты ему хотелось оторвать их и больше никогда ими ничего не создавать. Он истязал себя мыслями о том, зачем он вылечил мальчугана, зачем сделал себя таким немощным. Ничего, зато это станет для него уроком: он напомнил сам себе, как скверно ему может быть, как это жалко быть таким беспомощным и больше он не совершит такой глупости. Эта странная девица из другого мира виновата во всем. Он думал, что ее появление в Айронвуде развеселит его. Да как бы не так. Ему сейчас очень весело. И зачем ей вообще понадобилось исцелять

“людей зеленой воды”? У нее какая-то ненормальная симпатия к людям, родившимся против природы. Люди короля передавали ему, что она постоянно ходит в серый дом, даже дружит с Козлоногим! Подумать только! Да, конечно, он и сам когда-то с ним дружил, но это было в детстве, тогда, когда он не понимал, насколько ужасны его увечья, когда Отец убеждал всех, что эти люди такие же, как все. Но они, не такие же, как все. И только его великая воля сделала этого мальчика подобным на всех остальных. Только его могущественные силы способны переломать природу.