Сёши
Шрифт:
– Какаши-сан, она же стерва.
– Думаешь?
– Как будто вы сами не видите? Красавица, много ухаживает за собой. Сидит между двумя парнями. Строит им глазки. Оба схлопотали уже по два замечания за невнимательность.
– Тогда вон тот, худой очкарик в шапке. Отвечает бойко, тему знает.
Сёши некоторое время понаблюдал за предлагаемым чунином.
– Не-е... Заучка. Теорией замучает.
– Может, ту темноволосую с красным шарфом?
– Ну не знаю... какая-то она скучная.
– Тебе не угодишь.
Мы настолько увлеклись обсуждением достоинств и недостатков кандидатов, что преподаватель не выдержал и рассадил нас по разные стороны аудитории. Определился мелкий только после урока.
– Возьмем этого!
– ткнул пальцем в непримечательного пацана.
– Ответственный. Сам решил доску вытереть. Учитель его не просил.
Хм... Знакомый шрам поперёк морды... Я покопался в памяти. Видел его раньше рядом с Сандаймё, но вроде бы они не родственники. И с АНБУ он тоже никак не связан - я бы знал. Фамилия, какая-то морская, имя... не помню.
– Может подлиза или самый младший?
– Мне нравится!
– отрезал сын.
– Как скажешь. Тебе с ним заниматься.
А теперь посмотрим, смогу ли я уболтать стажёра?
Чунина мы дожидались у ворот Академии в своём настоящем виде. Сёши качался на качелях, а я читал на дереве.
Ага! Вот и выбранный претендент. Приглаженный и аккуратный - идеальный пример будущим поколениям шиноби.
– Йо!
Брошенный в голову зелёный орех парень поймал довольно ловко, но удивился.
Познакомились. Умино Ирука - вот как его зовут, оказывается. На предложение поработать наставником для мелкого, поинтересовался:
– Хатаке-сан, но почему я?
– Мне мало разницы, Умино-сан, а сыну вы приглянулись.
Чунин покосился на прилипшего к качелям мальчишку.
– А вдруг я не справлюсь?
– Справитесь. Мелкий не капризный, а временами так даже послушный. Когда у вас занятия в Академии?
– После обеда.
– Ну вот. Значит, мелкого можете учить с утра. Плачу шестьсот рьё в месяц. Учите до удовлетворительного результата. Справитесь быстро - добавлю премию и рекомендацию.
Парню явно хотелось согласиться, но он продолжал перебирать отговорки:
– Сёши-чан слишком мал для таких тренировок. Хатаке-сан, вы же знаете, что это неполезно.
И правда, ответственный. Спорит.
– Врач утверждает, что ему "уже можно". Так как? Берётесь?
После раздумья Умино предложил:
– Давайте попробуем провести пару занятий - если я почувствую, что не тяну, то сразу откажусь, и вы не потратите свои деньги зря.
Уважаю таких.
Молодец, мелкий! Хорошо выбрал, но рад ты этому не будешь. У такого сенсея побездельничать не получится.
Чунин согласился после первого же урока. Прибежал воодушевлённый, уточнить план обучения. Я подробно очертил круг работ и заверил:
– Умино-сан, не стану лезть вам под руку. Учите, как считаете нужным. Единственная просьба: буду признателен, если немного собьете с него самоуверенность.
Такому поручению молодой сенсей удивился. В начале работы с чакрой ученикам вечно кажется, что они топчутся на месте - наставник должен поддерживать и ободрять их, помогая ощутить первые признаки пробуждения кейраку-кей. У мелкого таких проблем не было, и требовалось ему совершенно иное отношение.
– Мне нужно, чтобы он вел себя осмотрительнее и осторожнее.
– Простите, Хатаке-сан, но... в этом возрасте дети ещё не могут правильно оценивать последствия своих поступков и предсказывать опасные ситуации.
Я отмахнулся.
– Всё он может - просто не хочет! Требуйте больше, и смело тыкайте носом в ошибки, а то прошлый учитель его совсем разбаловал!
Сёши - двоечник и Умино Ирука - стажёр из Академии
Ой-ой!
Вот что значит полагаться на увиденное в сериале. Как же я так лопухнулся!
Здешний Ирука-сенсей был совсем не таким добреньким, снисходительным и любящим детишек, как я думал. Шестнадцатилетний пацан оказался тем ещё придирой. Он никогда меня не хвалил, строго отчитывал за любую промашку, не терпел пререканий, а главное - прямо носом чуял, если я филонил!
Например, сейчас.
– Сёши-чан, ты снова отвлёкся и растерял чакру!
– Простите, Умино-сенсей.
– Остановился! Вдо-ох... выдох... Собрался! Побежали!
И так всю неделю. С утра и до обеда.
Учиться мы начали с бега, вернее с использования чакры для бега.
Примерно оценив количество собранной мной энергии, сенсей предвкушающе потёр ладони и велел сделать именно то, что категорически запрещалось творить новичкам в цигун - направить движение силы! Большинство земных авторов сходились на том, что дилетантская попытка подвигать ци грозила нарушениями в работе внутренних органов и могла привести к опасной травме. На мои робкие опасения Умино ответил, что всё будет нормально, уж он-то проследит!
Начальные навыки работы с чакрой включали два умения - управление (чосетсу) и распределение (хошитсу). Их-то мы и начали развивать. Для первого упражнения следовало замешать немного чакры и просто подумать об определённой части тела. Именно мысль служила проводником воли, при помощи которого шиноби творили самые невообразимые чудеса. И всё, что мне требовалась - хорошая концентрация. Энергии и мысли.
В аниме студентам Академии для повышения сосредоточенности на лоб лепили листок. Мне учитель втыкал в основание пальца тонюсенькие иголочки. Ставил неглубоко, всего на пару миллиметров, но раздражали они безумно. Уколотое место дико горело и чесалось, а уменьшить зуд могла только порция чакры.