Чтение онлайн

Кивнув, он спрятал полученное и передал ей другой, очень похожий. И исчез, словно и не было его.

Послушница сунула мешочек в карман. Оттуда раздалось жалкое повизгивание.

Ох. как это она о Ваале забыла? Не заболел ли ее приятель, что уже так долго не просит ни есть, ни пить? Впрочем, за эти два дня он так обожрался, что даже столь ненасытному грызуну многовато будет. Надо же и переварить все съеденное.

Дел здесь у нее больше не было, а потому Орланда поспешила к выходу.

В дверях она столкнулась с какой-то девушкой, одетой в удивительные широкие штаны и жилетку, расшитую разноцветными ромбами. Больше рассмотреть не удалось. Девушка промчалась мимо, словно ошпаренная, и только грязно выругалась в ответ на сбивчивые извинения послушницы.

Первым, кого заметила Орланда, выйдя из «Буйного кабана», был назойливый торговец лотерейными билетами.

Нет уж, хватит с нее на сегодня издевательств!

Решительно свернула в боковую улочку, полагая обойти площадь другим путем и выйти на нужную дорогу.

Шла себе, шла, там сворачивая, здесь срезая, пока не поняла, что заблудилась.

Вот напасть на ее голову. Все одно к одному. Что за жуткая неделя ей выпала? Страстная, точнее и не скажешь.

Из кармана вынырнула голова кусика.

– Хочешь подсказать, куда идти?

Ваал фыркнул, скорчив уморительную гримаску. При этом что-то остро сверкнуло в лучах полуденного солнца.

– Что это там у тебя? – заинтересовалась она, протягивая руку.

Из острых зубов пушистого приятеля ей на ладонь выпал бесцветный прозрачный камушек.

– Где взял?! – воскликнула Орланда, рассмотрев кусичиную добычу получше. – Это же…

В драгоценностях она разбиралась плохо. Видела их только на богатых прихожанах и гостях обители да еще в нескольких святых реликвиях, хранившихся в монастырской церкви. Но даже с ее невежеством было понятно, что ограненный кристалл, переливающийся в пальцах Орланды, стоил немалых денег.

Воровато оглядевшись по сторонам, вытащила из кармана давешний мешочек. Уголок его был прогрызен – Ваалова работа. Из дырки торчал скатанный в трубочку папирус. Едва удержавшись от искушения сунуть нос в чужие дела, девушка запихнула записку обратно. В образовавшуюся прореху просочились еще два кристалла. На этот раз алого и зеленого окраса.

– Иисусе Христе, Сыне Божий! – пролепетала обалдевшая Орланда.

Она прикинула вес мешочка. Затем попробовала хотя бы приблизительно подсчитать, сколько может стоить его содержимое. И не сумела. Цифры выходили какими-то несуразно огромными. Зачем такое богатство скромной христианской обители? Уж не собирается ли матушка Кезия прикупить еще земли и сооружений? Так здесь, небось, на то, чтоб половину Сераписа приобрести, хватит, еще и останется.

Тут к месту и слова бесовские о «заветной кладовочке» припомнились:

«Кто-то сильный и могущественный наложил на нее заклятие, чтоб не всяк мог ее найти. Вот только для чего, никак в толк не возьму. Не для того же, дабы хоронить там от голодных баб сало Да пиво. Чай, для чего-то посурьезнее». Уж не для этих вот камней? И еще из речей лешего вспомнила: «Берегись блестящих камешков да темных дворов».

Святые небеса! Все совпадает. И двор тоже темный. Как в воду нечистый глядел.

Кто это там приближается, огромный да зловещий? И что это у него на уме?

– Слышь, красавица, ты все-таки купи билетик, а!

Снова этот прилипала.

Но на сей раз парень был настроен гораздо решительнее. Прижав Орланду к стене, он придавил коленкой ее ноги, а рукой сжал горло. Вторая его рука в это время зашарила по телу девушки.

– Хм, а ничего богатства! – скривил он рот, коснувшись ее груди.

Послушница заалела, но не могла и пошевелиться.

– А здесь чего? – Злодей сунул руку ей в карман. – Где твой кошелек?

Спустя какое-то мгновение он плясал на месте, дуя на прокушенный до крови палец.

– Уй-уй-уй! Е-э-э!

Орланда не стала любоваться его дикими танцами и тут же дала деру.

– …Ну я его и спрятала в дыру в стене, – закончила она свой рассказ. – Как вы и велели, матушка. В случае чего спрятать и бежать от греха подальше. Но он точно ничего не заметил. Не беспокойтесь. Все ваши камешки я в целости и сохранности доставлю завтра же.

Сказала и поняла, что ляпнула лишнее.

И зачем только про камни помянула. Выходит, что заглядывала в злополучный мешочек, хоть и было ей это строго-настрого заказано.

Кезия слегка вздела брови:

– Камни? Ты не ошиблась?

– Нет, матушка. Там кожа в уголке кисета чуток прохудилась, я и увидела. Так что завтра прямо с утра схожу туда и принесу. Место я хорошо приметила…

– Не завтра, – оборвала Орланду настоятельница. – Сегодня. Немедленно.

– Но, матушка, – попробовала возразить девушка. – Уже поздно. Да и вдруг этот разбойник до сих пор там околачивается…

Лишь холодный взгляд прекрасных глаз Кезии был ей ответом.

– Ты уверена, что поступаешь правильно?

Центурион Газдрубал подбросил на руке тяжелый кошель.

Настоятельница утвердительно кивнула.

– Как знаешь. А по мне, так и жалко…

Глаза Кезии по-змеиному сузились.

– Денег, денег жалко, – поспешил закончить центурион.

Когда Орландина входила в Овечьи ворота Слободки, у нее было два противоположных намерения.

Первое – явиться в Совет центурионов, изложить им все как есть, и просить суда легиона. Второе – сперва разобраться, зачем старый пердун Захес ее подставил. Уж очень замысловатой и непонятной вышла подстава. А главное – бессмысленной.