Север в сердце
Шрифт:
– Вы специально обозначили для нее временные рамки?
– Она должна понять еще кое-что, Харэм…
– И что же?
– Что есть ситуации, когда не все зависит от нее, и в такие моменты нужно очень быстро принять решение, оценить, что для тебя важно, а что нет. Потому что именно в такие моменты мы познаем себя, и ценим свой выбор всю жизнь, - я улыбнулась ему и встала, чтобы проводить.
Мы шли к лошади, Драс и Бор шли за нами. Я видела грусть на лице Харэма и неудобство, но в то же время радость на лице Бора. У всех были свои ожидания и свои планы на это время, на время, когда на наших землях снова будет мир.
– Я всегда рад вам, королева, Драс, - он поклонился нам, Бору и запрыгнул на лошадь. Ворота открыли, и когда лошадь готова была исчезнуть за ними, мы услышали крик:
– Где моя лошадь? – у двери дома стояла Юта. Она была одета, за плечом ее был мешок. Лошадь Харэма встала на дыбы, когда он пытался остановится.
– Приведите лошадь для моей жены, - крикнул Харэм своим людям. На его лице не было удивления, как и на моем.
Я знала, что, если установить рамки, человек быстро понимает, что для него действительно ценно, и сколько он может сделать.
В Сорисе на южном берегу Большого моря, сидя в беседке с кофе, улыбался Правитель Улааль, потому что он проиграл старой слепой женщине свой дом на берегу. Дом, в котором избранные люди слышат, что им говорят духи.
Конец