Чтение онлайн

Ну а Карл красовался перед горожанами тем, что заслышав, как бьют шведские пушки по противоположному берегу, где окопались татарские и калмыцкие отделы московского войска, возвышаясь посреди рыночной площади, картинно обозревал в подзорную трубу неприятельские позиции и, глядя как по ним метко ложатся ядра шведских канониров, смеясь, говорил по-русски:

— Шельми! Татари московския!

Однажды после обеденной службы по мощеным улицам Могилева прогрохотал колесами странный экипаж: крытая черная карета с занавешенными окнами в сопровождении рослых солдат-драгун. От обычных драгун эти широкоплечие солдаты с обветренными суровыми лицами отличались и ростом, и своими конями: отборными здоровенными скакунами вороной масти. В руках этих молодцев драгунские короткие мушкеты казались игрушечными. Помимо мушкетов на их седлах крепилось по две кобуры для пистолетов с каждого бока, на бедре болтались сабли и кинжалы.

— Ого! — обратил Павел Потоцкий внимание на кортеж и его охрану Миколы. — Знатные гости пожаловали! Никак кто-то из самой Швеции нагрянул!

— Охрана серьезная! — кивнул Микола. — Я таких только драбантов королевских видел, да и то не всех.

Микола проводил глазами карету. Кортеж скрылся за поворотом по направлению к дому Карла XII. Правда, об этом случае оба вскоре забыли. А ближе к вечеру, когда Микола находился в своей квартире, к нему постучал хозяин и, испуганно моргая, сказал, что на пороге стоит красивая панна, желающая его увидеть.

— Пригласи! — приказал Микола, явно заинтригованный. И вот в дверь вошла… Аврора! Брови Миколы взметнулись:

— Ты! Здесь? Ну, здравствуй! — пролепетал он по-шведски, в явной растерянности. Уж кого Микола не ожидал увидеть в промокшем и слякотном от обильных дождей Могилеве, так это Аврору! Она совсем не изменилась за те шесть лет, что они не виделись. Такая же красивая, глаза, кажется, от косметики, стали еще выразительнее, а вырез на груди ее роскошного платья — ниже. Ее волосы по-прежнему были крашены в черный цвет, и только лишь прическа чуть изменилась, стала пышней и короче, что ей, тем не менее, ужасно шло.

Кмитич подошел к Авроре. Она крепко пожала его руки, поцеловав в щеку.

— Добрый вечер, Ник, — улыбнулась она, — хорошо, что я тебя застала.

— Ты не изменилась! — абсолютно не польстил Кмитич госпоже Кенигсмарк. — Все еще как девушка!

— Ты тоже не изменился, — она мягко улыбнулась, — только похудел.

— Проходи, садись! — засуетился Микола. Он тут же вспомнил загадочный кортеж — это явно была она.

— Какими ветрами? Тебе налить вина?

— Нет, Ники, я ничего не буду. Совершенно ничего. Есть дело, — Аврора оглянулась, убедившись, что в комнате никого нет, и продолжила, — очень важное и ужасно тайное.

— Ну! — почти засмеялся оршанский князь. — Они у тебя все такие! Все твои дела важные и тайные!

— На этот раз все в самом деле серьезно, — синие глаза Авроры смотрели так, что у Миколы пропало желание шутить.

— Ну, я тебя слушаю.

— Надеюсь, если твой хозяин даже подслушивает, то шведского он не понимает?

— Не понимает, будь спокойна.

— Это хорошо. Короче, над Карлом нависла опасность. Я приезжала к нему.

— Но ведь он с тобой уже не желал однажды даже видеться! — перебил Аврору Микола.

— Так, мой милый Ники, так, — слегка улыбнувшись, кивнула женщина, — но тогда он меня ревновал к Фридриху. Сейчас я приехала от его родной сестры. У меня состоялся с Карлом разговор. Вот письмо, — Аврора извлекла из складок платья зашитый в платок небольшой пакет, — это очень важное письмо, пожалуйста, передай королю, если… — Аврора замолчала, вздохнула, — если король двинется с войском из Могилева на юг на соединение с войсками Мазепы. Но если он повернет из Могилева в сторону Шведского королевства, то ты не вскрывая сожги это письмо.

— Король?! Повернет?! — Микола откинулся на спинку стула, всплеснув руками.

— Так, Ники, — ничуть не смутилась Аврора, — и не удивляйся очень сильно, если это в самом деле произойдет. Я ему сообщила достаточно важную информацию.

— Что-то мне не верится, что Карл завтра возьмет и отправится домой. Этого не может быть! — Микола даже разозлился на наивность Авроры.

— Просто поверь мне, Ник.

— Ладно, так скажи мне, что же в письме?

— Пойми, — глаза Авроры почти страдальчески смотрели на Кмитича, — я не могу тебе это сказать. Это строгая государственная тайна. Просто, Ники, просто сделай то, что я тебя прошу, ради нашей бывшей любви. Ведь я тебя в самом деле любила. Правда! И сейчас очень к тебе хорошо отношусь. И очень доверяю!

— Ты меня вновь вовлекаешь в какие-то свои темные дела, даже не посвящая примерно в их суть, — несколько обиженно ответил Микола, крутя в руках зашитый в белый платок секретный пакет.

— Прости, Ники, но это не я, это королева-сестра, Хедвиг София. Ее наказ. Все, что я тебе могу сказать, это только то, что жизнь Карла под угрозой, и в Швеции, не менее чем ты, хотят завершить войну. Это все, что я могу тебе сказать.

— А почему опять я? — черные брови Миколы сдвинулись. — Почему ты не могла попросить самого короля?

— Если бы смогла, то непременно сделала бы это, — закатила глаза Аврора, — пойми же! Кроме тебя мне тут доверить очень важное дело некому. Тем более, что тебе доверяет и очень тебя уважает сам Карл. Ты единственный человек, которому он может что-то уступить.

— Разве? — удивился Кмитич, но тут же вспомнил: а ведь и правда! Ведь только ему Карл уступил в просьбе уменьшить контрибуцию в Менске, уступил в просьбе не бомбить Гродно, в котором сидела армия Огильвия и Репнина, и только ему, Миколе, полностью доверил подыскать квартиру по дороге в Могилев… Верно, доверяет… Но откуда все это известно Авроре?

— Карл больше, чем тебе, доверяет, наверное, сейчас только Стенбоку, — продолжала Аврора, — но с генералом Стенбоком у меня нет доверительных отношений, а с тобой есть. Я знаю, ты умный и надежный человек, знаю, ты истинный рыцарь и никогда меня не подведешь. Это я могла раньше тебя подвести, но не ты!

Микола слушал, опустив голову.

— Хорошо, я передам ему этот пакет. И что мне при этом сказать?

— Скажи, что это от его сестры Хедвиги через меня. Скажи, что очень секретно и очень важно. Пусть сразу же после прочтения сожжет письмо. Но только если вы пойдете дальше на соединение с Мазепой, если нет, то не вскрывая…