Чтение онлайн

Четырех собак, находившихся в безнадежном состоянии, пришлось пристрелить ради экономии корма, а 10-го числа – еще пятерых. Мы решились эксперимент – начали кормить их свининой, в результате погибли еще семь. Я уже стал мучиться вопросом, достаточно ли будет собак для весеннего путешествия к полюсу?

Решительно невозможно предсказать, сколько лет жизни отмеряно той или иной эскимосской собаке. Эти существа выдерживают суровейшие условия Арктики; они совершают длительные переходы, доставляя тяжелейшие грузы практически без еды; они в течение многих дней живут в условиях жесточайшей полярной бури, а потом, в хорошую погоду, после сытной порции самого лучшего корма, вдруг ложатся и умирают.

25 ноября мы снова осмотрели и пересчитали собак. Теперь их оставалось 160, десять из которых в плохом состоянии. Но в тот же день, произведя ревизию замороженного моржового мяса, мы обнаружили, что его запасы гораздо больше, чем мы предполагали; это открытие несказанно обрадовало нас, а также избавило от преследовавших нас кошмаров. Отныне мы могли позволить себе кормить собак обильнее, причем наилучшим кормом. Испробовав в качестве корма для собак практически все, включая предназначенный для нас бекон, мы пришли к выводу, что мясо моржей как нельзя лучше подходит для удовлетворения их потребностей.

Это было очень важно и об этом нельзя было забывать ни на минуту. Собаки, причем в большом количестве, были жизненной необходимостью. От них зависел успех всей экспедиции. Лишись мы этих животных, например, вследствие какой-нибудь эпидемии, и наша экспедиция могла бы не покидать Соединенных Штатов. Нам можно было бы с таким же успехом остаться дома, что же касается завоевания Северного полюса, то все – вложенные средства, умственные усилия, наш тяжелый труд – было бы растрачено впустую.

Совершенно справедливо полагают, что в полярных регионах постройки не занимают больших пространств, но правда и то, что, если вы хотите путешествуя, преодолевать большие пространства, вам необходимо знать, как построить себе жилище. Если вы отнесетесь пренебрежительно к освоению этой науки, у вас будут все основания пожалеть об этом.

Завершая сезон осенних работ в полевых условиях, мы отказались от использования брезентовых палаток, построив вдоль маршрута нашего дальнейшего продвижения снежные иглу – жилища для длительного пользования. В них потом жили, по очереди сменяя друг друга, несколько партий исследователей. Марвин, Хэнсон и наши эскимосы обучили новичков искусству строить иглу. Ни один человек на севере не должен покидать зимой жилища, если он не знает, как построить убежище, защищающее его от холода и вьюги.

Размер иглу зависит от количества людей, которые будут в нем жить. Если в иглу будут жить трое, то внутри оно будет примерно пять на восемь футов; если пятеро, то где-то восемь на десять, чтобы было достаточно места для спального помоста.

Четверо взрослых мужчин могут соорудить такой снежный дом за час. Каждый достает нож-пилу из стойки нарт и приступает к работе, выпиливая блоки из затвердевшего снега. Полотно ножа-пилы имеет длину около 18 дюймов, один его край заточен, как у ножа, а второй – как у пилы. Заготавливают снежные блоки разного размера: для нижнего ряда выпиливают более толстые и тяжелые, чем для верхних рядов, причем внутренняя сторона у всех блоков имеет полукруглый изгиб, и когда они складываются вместе, то образуют окружность. Толщина стен зависит от плотности снега. Если он очень плотный, то стены можно делать толщиной всего несколько дюймов, а если рыхлый, то блоки делаются потолще, чтобы они могли выдержать тяжесть верхних блоков. Толщина блоков для нижнего слоя достигает иногда двух-трех футов, а высота – около двух футов, но бывают и гораздо тоньше, здесь нет железных правил.

Когда заготовлено достаточное число блоков, один из эскимосов занимает позицию в центре будущего жилища, обычно у покатого края большого снежного сугроба. После этого остальные приносят блоки и укладывают их по кругу торцами друг к другу, располагая их так, чтобы они образовали овал вокруг стоящего в центре, а он соединяет и плотно подгоняет блоки, проворно орудуя ножом. Второй ряд укладывается поверх первого, но так, что он чуть наклонен внутрь; последующие ряды продолжают эту постепенно уходящую вверх спираль, причем каждый следующий ряд имеет несколько больший наклон внутрь; каждый блок поддерживается соседними. Так продолжают до тех пор, пока наверху не останется небольшое отверстие, которое заполняется одним блоком.

Когда уложен этот последний блок, стоящий в центре иглу тщательно подгоняет его по форме. Сначала он выталкивает его через отверстие вверх, потом опять возвращает на место, поворачивает, обрезает ножом все лишнее, чтобы он входил в отверстие точно, как ключ в замочную скважину и плотно закрывал отверстие; по форме он очень похож на ячейку пчелиных сот.

В одной из боковых стен, внизу, вырезается отверстие, в которое можно проникнуть только ползком. Через это отверстие из иглу выбрасываются излишки снега. В заднем конце жилища покатый сугроб выравнивают для того, чтобы соорудить там спальный помост, а перед ним в полу выбирают слой снега глубиной около фута, чтобы там можно было стоять во весь рост; там же ставят керосинку.

Затем устраивается спальное место и вносятся кухонные принадлежности. Когда собаки накормлены и привязаны на ночь, в иглу заползают люди, входное отверстие закрывается большим снежным блоком, который при строительстве дома тоже плотно подгоняется по форме и размеру с помощью ножа-пилы, и все готово к ночлегу.

Вскоре после того, как разожгут керосинку, в иглу становится довольно тепло, поэтому люди, уставшие после длительного перехода, обычно мгновенно засыпают. Бессонницей в Арктике не страдают.

Делая вылазки, мы никогда не брали с собой будильников. Первый, кто просыпался, смотрел на часы, и если пора было отправляться в путь, будил остальных. Позавтракав, мы разбирали лагерь и двигались дальше.

На этот раз я отказался от участия в зимних вылазках, а оставался на судне, еще раз продумывая и уточняя детали плана весенней кампании – санного похода на Северный полюс. Я подверг основательному пересмотру конструкцию нарт Пири, внес несколько предложений по усовершенствованию деталей одежды, проверил на практике работоспособность той спиртовой горелки, которую сконструировал для весеннего похода, и, экспериментируя, выяснял, как эффективнее всего расходовать спирт и каков оптимальный размер льдин для растапливания и т. д. Кроме того, важнейшим фактором успеха в санном походе является вес перевозимых грузов, и мы неустанно работали над тем, чтобы укомплектовать запас необходимого снаряжения и продуктов с максимальной эффективностью при минимальном весе и объеме. Чтобы расслабиться, в свободное время я осваивал новый метод набивки чучел.