Сеющие раздоры
Шрифт:
Марк раздраженно усмехнулся.
— Вы всегда так отвечаете?
— А как?
— Не утверждаете ничего прямо.
— Потому что я не ученый и не священник. Я не знаю истины.
Глеб развел руками.
— Я просто собираю повторяющиеся закономерности.
Он разложил фотографии по столу.
Шумер.
Египет.
Индия.
Южная Америка.
Китай.
— Посмотрите внимательно.
Марк нехотя наклонился.
Изображения были совершенно разными.
Разные эпохи.
Разные континенты.
Разные культуры.
Но...
Во многих фигурах действительно повторялись одни и те же детали.
Вытянутые глаза.
Странно изогнутые шеи.
Чешуйчатые узоры на одежде.
— Совпадение, — сказал Марк.
— Возможно.
— Люди любят змей. Поэтому рисовали змей.
— Тоже возможно.
— И?
Глеб улыбнулся.
— А теперь самое интересное.
Он достал карту мира.
Не древнюю.
Современную.
На ней были отмечены десятки точек.
— Что это?
— Места, где почти одновременно возникали одинаковые мифы.
— Торговые пути.
— Хорошая версия.
— Переселение народов.
— Тоже хорошая.
— Тогда к чему все это?
Глеб некоторое время молчал.
Будто подбирал слова.
— Вы журналист.
— Да.
— Если пять независимых свидетелей, живущих в разных странах, описывают одного и того же человека одинаково...
Он посмотрел Марку прямо в глаза.
— Вы ведь хотя бы проверите, существовал ли этот человек?
Марк ничего не ответил.
— Вот и я проверяю уже десять лет.
Он поднял еще одну папку.
На этот раз внутри были газетные вырезки.
Очень старые.
— Катастрофы.
Пандемии.
Массовые исчезновения.
Странные смерти.
— Только не начинайте, — устало сказал Марк.
— Не буду.
Глеб неожиданно закрыл папку.
— Потому что дело вообще не в этом.
Он посмотрел на Марка так внимательно, что тот невольно выпрямился.
— Вы совершаете ту же ошибку, что и все остальные.
— Какую?
— Думаете, что они хотят власти.
— А разве нет?
Глеб покачал головой.
— Власть интересует только людей.
Он сделал короткую паузу.
— Фермер ведь не становится королем своих коров.
Марк невольно усмехнулся.
— Простите?
— Ему это не нужно.
Он следит, чтобы стадо было здоровым.
Размножалось.
Не погибло раньше времени.
Но и не стало слишком большим.
Улыбка медленно исчезла с лица Марка.
— Вы сейчас хотите сказать...
— Я хочу сказать, что, возможно, мы неправильно понимаем само слово «управление».
Глеб поднялся и подошел к окну.
Во дворе играли дети.
Кто-то выгуливал собаку.
Самая обычная жизнь.
— Если человек разводит овец...
Он говорил, не оборачиваясь.
— Он ведь не ненавидит их.
Он даже заботится о них.
Лечит.
Защищает от волков.
Строит загон.
Кормит.
Потому что они ему нужны.
Марк медленно покачал головой.
— Вы сами слышите, насколько безумно это звучит?
— Конечно.
Глеб наконец повернулся.
— Именно поэтому в это так трудно поверить.
Он посмотрел на фотографии, разбросанные по столу.
И тихо добавил:
— Самые надежные клетки — те, которые их обитатели считают единственным возможным миром.
Часть 3
Несколько минут они сидели молча.
Глеб неторопливо собирал фотографии обратно в папку.
Каждую аккуратно клал на свое место.
Будто разговор был закончен.
Марк первым нарушил тишину.
— Допустим.
Глеб поднял глаза.
— Допустим, на секунду я принимаю вашу... модель.
— Это уже прогресс.
— Не обольщайтесь.
Я всего лишь допускаю, что есть вещи, которые пока не могу объяснить.
— Это и есть начало любого расследования.
— Хорошо.
Тогда ответьте мне на один вопрос.
— Попробую.
— Почему именно я?
Глеб долго молчал.
Потом неожиданно спросил:
— Когда все началось?
— Не понял.
— Что было первым?
Марк задумался.
— Девушка.
Аня.
— Нет.
— Что — нет?
— Это было не первым.
— Она рассказала мне про остров.
— Но не после нее вы пришли сюда.
Марк нахмурился.
Глеб терпеливо ждал.
В памяти одна за другой начали всплывать последние недели.
Поддельное расследование.
Смерть министра.
Развал карьеры.
Интервью с Аней.
Фотография.
Ванс.
Клуб.
Колонка.
Испорченные записи.
Дима.
— Я не понимаю...
— Попробуйте иначе.
Что изменилось?
Не вокруг вас.
В вас.
Марк хотел ответить сразу.
Но не смог.
Глеб тихо сказал:
— Вы перестали смеяться.
В комнате снова стало тихо.
— Раньше, — продолжил он, — вы смеялись над людьми вроде меня.
И правильно делали.