Шедоудейл
Шрифт:
Слушая тилвертонцев, Келемвор понял, что они полностью посвятили себя служению Гонду, Богу Кузнецов и Ремесленников. Когда истории о богах странствующих по Королевствам добрались и до их городка, люди начали готовиться к прибытию своего божества. Они были готовы к его встрече, ожидая хоть какого-нибудь знака, какой-нибудь весточки.
Но их ожидания оказались напрасны. Гонд объявился в Лантане и даже не попытался связаться со своими преданными последователями в Тилвертоне. Когда небольшой отряд из города достиг Лантана и попросил аудиенции у бога, то им было отказано. Когда они настояли, то двое из них были убиты, а остальные были вынуждены бежать, спасая свои жизни. Когда эти вести стали известны горожанам, то это надломило их дух. Теперь они почти каждый час проводили в храме, пытаясь связаться со своим богом, пытаясь опровергнуть то, что своими сердцами они поняли уже давно.
Гонду доТилвертона не было никакого дела.
Келемвор уже собрался было покинуть храм, когда в задней части главного помещения заметил седоволосого мужчину. Рядом с ним стояла маленькая, темноволосая девчушка и его внимание невольно перешло на ее прекрасное, загадочное лицо. Казалось больше никто не замечал присутствия человека, и он отвернулся от девочки, словно даже не догадываясь о ее присутствии. Затем он пошел к тому месту, где стоял Келемвор, и девочка сразу же побежала за ним. Подойдя, он заглянул в глаза воину, на его лице играла легкая ухмылка. Глаза седоволосого человека были голубовато-серого цвета, с крошечными красными прожилками, а кожа была бледной, почти серой.
«Брат», — произнес человек, и пошел прочь.
Келемвор обернулся и попытался догнать человека или девочку, но когда он выскочил на улицу, седоволосого человека уже нигде не было видно.
Простояв несколько мгновений под уже пурпурным и зеленым ливнем, падающим на Тилвертон, воин вернулся в храм. Когда он вновь оказался внутри, то его внимание привлекла юная женщина, по всей видимости жрица. В ее глазах огни веры были не столь тусклы — они горели достаточно ярко, чтобы поджечь все ночное небо. Она была очень прекрасна и была облачена в белое платье, перехваченое кожаным ремнем. Ее плечи покрывали стальные пластины, а само платье было украшено замысловатыми узорами. Странная смесь нежного шелка и жесткой стали каким-то образом придавала ее внешнему виду еще большую силу.
Воин протолкался через толпу и вскоре уже разговаривал со жрицей, которую звали Филанна.
«Мне нужно место для ночлега», — сказал Келемвор.
«Если судить по твоим ранам», — сказала жрица, — «Тебе нужно гораздо больше. Ты последователь Гонда?»
Келемвор покачал головой, — «Нет».
«Тогда нам есть о чем поговорить с тобой, пока наш целитель займется твоими ранами». Филанна повернулась и знаком показала следовать за ней. «Я чувствую, что ты прошел через многое за последние несколько дней». Она не стала ждать его ответа.
Филанна провела его к небольшой лестнице, которая вела вниз, в узкую комнатку. Там они ждали, пока высший жрец, окончивший свою тираду о судьбе города, не появился в комнате. Как только жрец вошел, Филанна встала и закрыла за ним дверь.
«Ты не должен никому рассказывать о том, что увидишь», — сказала Филанна, помогая Келемвору лечь на единственную в комнате кровать.
«Я Рулл», — сказал жрец, от длительной проповеди его голос стал резким и скрипящим. «Ты последователь Дарящего Чудеса?»
Прежде, чем воин успел открыть рот, Филанна поднеслу руку к его губам и произнесла, — «В это смутное время не имеет никакого значения служит ли он Повелителю Гонду или нет. Он нуждается в нашей помощи и мы должны помочь ему».
Рулл нахмурился, но кивнул, согласившись с ней. Жрец закрыл глаза и вытащил большой, красный кристал из цепочки на его шее. Затем он взмахнул им над воином.
«Это чудо, что ты все еще стоишь на ногах и находишься в здравом разуме. Более слабый человек уже давно бы погиб от заразы, которая сидит внутри тебя», — сказала Рулл, осмотрев Келемвора. Воин посмотрел на кристалл и заметил внутри него странное, горящее мерцание.
«Келемвор горд», — сказала Филанна. «Он не привык жаловаться на свои раны».
«Это не совсем так», — пробормотал Келемвор, когда высший жрец приступил к работе.
Когда Рулл начал исполнять ритуал, чтобы вылечить воина, Филанна выглядела слегка озабоченной. Однако, когда умелые пальцы жреца стали выписывать в воздухе замысловаты узоры и уродливые раны на теле Келемвора начали постепенно вновь кровоточить, стало ясно, что этот человек был не новичком в своем деле. Жрец вспотел, его голос постепенно усиливался в мольбе к Гонду. Филанна с тревогой поглядывала на дверь, боясь, что кто-нибудь может оторвать жреца от заклинания.
Постепенно осколки стрелы появились на поверхности раны, и Филанна с помощью рук помогла Руллу извлечь их. Келемвор пробормотал проклятье, вздрогнув от боли.
Затем все окончилось. Тело Рулла расслабилось, словно почти полностью потеряло свою жизненную энергию, и Келемвор растянулся на кровати. Раны воина больше не были заражены, и он знал, что его жар сильно уменьшился.
«Вера Рулла сильна, и за это он был награжден богами», — сказала Филанна. «Твоя вера тоже должно быть сильна, если ты смог выжить после таких ранений». Келемвор согласно кивнул. Он заметил, что огонек внутри кристалла теперь едва светился.
«Возможно ты глуп и упрям, но все равно твоя вера сильна», — сказала Филанна.
Келемвор засмеялся. «Тебе повезло, что я лежу на спине, женщина».
Филанна улыбнулась и отвела взгляд. «Возможно».
Хотя оба и Филанна, и Рулл распрашивали Келемвора о его делах в Тилвертоне и его религиозных верованиях, он сказал им о себе совсем мало. Но когда воин упомянул об оплате за труд жреца, Рулл промолчал и вышел из комнаты.
«Я не хотел обидеть его», — сказал Келемвор. «Во многих местах подобная практика является обычным делом…»
«Нас мало заботят материальные блага», — сказала жрица. «Теперь о твоем месте для ночлега…»
Келемвор обвел взглядом крошечную комнатушку, в которой не было ни одного окна. «Я питаю неприязнь к закмкнутым пространствам».
Филанна улыбнулась. «В таверне» Полная бутылка» наверняка есть свободные комнаты «.
Келемвор почувствовал как у него пересохло в горле.» Я…питаю неприязнь…к этой таверне…в частности «.
Филанна сложила свои руки на его груди.» Тогда тебе придется остаться со мной «.