Чтение онлайн

Я не способна на самоубийство. Возможно, это тоже вариант трусости…

Все что могу – это снова залезть в ванну, и с остервенением тереть себя мочалкой, пока кожа не начнет гореть. Снова и снова полоскать рот, чтобы избавиться от вкуса пальца, который явно имитировал член шейха. О нет, я никогда, никогда не позволю сделать с собой то, что он сегодня заставил совершить бедную девушку. Но не могу избавиться от картин увиденного… Никак… Не получается.

Хлопает дверь, и я испуганно приподнимаюсь, обхватив себя руками. Слава богу, это не Захра. Никогда больше не хочу видеть ее. Слишком больно и стыдно вспоминать, что произошло.

– Ты все еще моешься? – удивленно произносит Арифа.

А я невольно задаюсь вопросом, знала ли она о ловушке. Ведь все что произошло здесь, не могло быть спонтанным! Уверена, это был идеально поставленный спектакль! Или нет?

Арифа выглядит по-настоящему удивленной и озабоченной. Осматривает меня, помогает вытереться.

– Что с тобой, ты как неживая? Надо померить температуру. С утра веселая была, - продолжает причитать надо мной служанка. – Погулять хотела. Я одежду приготовила.

– Нет… я не хочу никуда.

– Хорошо. Как скажешь.

– Можно мне… в кровать? Я спать хочу…

– О Аллах, ты точно заболела! А мне велено тебя подготовить к ужину!

– Нет! Я не пойду!

– Вот уж точно не стоит упрямиться, - качает головой женщина, пока ведет меня в мою комнату. Шейх сказал твердо, чтобы ты была.

– Обойдется! Я никуда не пойду, - повторяю упрямо. Мысль о том, что снова увижу его, режет точно ножом.

– Нельзя так говорить, милая. Ну подумай. Он же все равно заставит. Ему никак нельзя отказывать. К тому же, ведь это же просто еда…

Арифа уговаривала меня всю дорогу, пока вела в покои, пока помогала снять халат, накинутый в ванной, по счастью не белый – синий, но такой огромный, что я уверена – тоже принадлежащий шейху. Поэтому мне не терпелось его снять. Служанка помогла мне надеть длинную тонкую рубашку, похожую на ту, в которой я проснулась. И все время причитала надо мной, какая я упрямая. Только когда я залезла с головой под одеяло, смогла окунуться в тишину. Служанка вышла. А я провалилась в глубокий сон.

Кадир

Время приближается к вечеру, а я все никак не могу выкинуть из головы то что произошло. Сцена в массажной была, пожалуй, одним из самых эротичных моментов в моей жизни. Абсолютно спонтанной. Я не планировал ничего подобного, но упрямая русская, конечно же, убеждена что все подстроено. Наверное, так и выглядит. Вот только я планировал взять девушку вечером, после ужина. Фантазировал, как ее приведут ко мне в покои, в красивом платье. Только она и я. Больше никого.

Но вышло так, что я заглянул в ванную в поисках Арифы. Услышал тихий стон и не удержавшись, заглянул дальше, в массажную.

Когда увидел, как руки служанки скользят по вожделенному телу, совершенному, идеальному, гибкому, с почти прозрачной кожей, упругой, без единого изъяна, то завис, впился глазами и уже не мог пошевелиться. Член налился кровью и понятно было, что все планы летят к чертям.

Захра - опытная девочка. У меня нет гарема, но есть несколько таких девочек, как она. Чтобы можно было расслабиться при желании не покидая дворец. Захра – удивительное создание, существо для секса, для удовлетворения господина. В этом она видит смысл своего существования. Никаких желаний мужа и детей. Только зов плоти. Я привез эту девушку, как и еще нескольких, из путешествия по Амазонии. Особое племя. Дикие и открытые любым желаниям. Я купил их у вождя племени, отдав приличную цену. И ни раду не пожалел о своем приобретении.

Наблюдать как Захра ищет ключ к чувственности Виталии – невероятный кайф. Русская, по сравнению с моей служанкой – зажатая монашка. Хотя уверен – если разогреть хорошенько Виталию, она превратится в огонь.

Какой же чистый кайф наблюдать, как монашка корчится в агонии, в противостоянии с собственными табу. И сдается силе страсти. Отдается, беспомощно всхлипывая.

Понимаю, что после она возненавидит за эту сцену и себя и меня.

Понимаю, что не с этого надо было начинать. Слишком… смело для нее. Все равно что бросить бабочку в огонь. Теперь крылья русской обращены в пепел. Ее взгляд говорит мне о плещущейся внутри ненависти.

Плевать. Ты хочешь бороться? Это лишь сильнее раззадоривает меня. По природе своей я хищник, охотник, хотя много лет примерял на себя маску цивилизованного человека.

Виталия в один момент содрала эту маску. Обнажила меня.

И должна ответить за это. Я хочу ее. Безумно хочу погрузиться в ее упругое тело, достать членом до матки. Так глубоко, как ни один мужчина до меня.

Я вытрахаю из нее все «нет», «ненавижу». Я заставлю ее вылизать каждый сантиметр моего тела. И оближу ее. С ног до головы. Я сделаю ее зависимым от секса, безвольным созданием.

И начну сегодня же.

– Простите господин, у нас гости, - заглядывает ко мне с неприятной новостью слуга.

Вы приказали накрыть ужин на двоих… Но приехала вдова вашего отца. С ней пожаловал ваш дядя… Он желает немедленно поговорить с вами. Что прикажете? Накрыть большой стол в красном зале?

Мда, боле неподходящего времени для визита просто не подобрать. Я в ярости. Но не могу ради секса отказать родственникам в почтении. Значит ужин наедине придется перенести.

Но я хочу видеть русскую. У меня ломка по ней. Это странно, но я хочу ее не только в постели. Хочу смотреть, как она ест мою пищу.

– Что за непочтение, дорогой племянник, я жду пока ты соизволишь принять меня? – раздается возмущенный голос родственника, который стоит на пороге кабинета.

– Выйди, - кивает он слуге.

Тот, поклонившись, безмолвно покидает помещение.

– Так что, не рад меня видеть, Кадир? – кривится дядя.

Если откровенно – мы терпеть друг друга не можем. Младший брат моего отца, шейх Иршад, завистливый, жадный, нетерпимый. Ему, как младшему из братьев, достались земли с самой скромной территорией. И теперь, после смерти моего отца он как шакал кружит, надеясь увидеть во мне слабину. Урвать жирный кусок. Почему интересно они объявились одновременно с мачехой? С ней у меня тоже сложные отношения. Эта женщина… - от воспоминаний хочется скривиться, но пока на меня смотрят жадные глаза Иршада я не могу себе этого позволить.