Чтение онлайн

— Я так и не понял: что произошло? — спросил Штык. — Я видел, что с водой что-то происходило и слышал, как Крот запрещал стрелять. Опять какая-то аномалия виновата?

— Я уже и забыл о ее существовании, — сказал Крот. — Ведь никогда здесь так долго и сильно не шумели. Пару лет назад я поставил платформу на якорь у скромной аномалии, реагирующей на громкие звуки. Изучал ее, но даже не догадывался, старый дурак, что вектор действия ее выброса тяготеет к источнику звука. И только когда одна лодка перевернулась, а возле дома поднялся характерный водяной пик, догадался, что чем громче звук, тем активнее становится аномалия. Хвост, по счастью, умеет стрелять из лука. Так мы с ним вдвоем весь запас стрел извели. Так что уплыли ребята с гостинцами.

— Они могут вернуться? — робко спросил Хомяк, прикладывая смоченный антисептиком тампон к царапине на щеке.

— А вот это, — озабоченно сказал Грач, — и есть самое главное, что бы хотелось узнать. Отпор мы им дали хороший, и в обычной ситуации можно было бы праздновать победу. Но они так долго сюда шли, столько сил потратили на подготовку и так надеются поживиться, что могут и повторить заплыв.

— Это что, предлагаешь бежать? — спросил Буль, сердито хмуря густые брови. — У нас теперь на один автомат больше и если правильно распределить силы…

— Никаких перестрелок, — категорически сказал Крот. — Спокойно соберемся, запечатаем хранилище, а как чуть стемнеет — уйдем. Ловушки еще будут активны, проходы я знаю, так что отплывем без проблем. Заберемся на Зуб-гору и спокойно оттуда понаблюдаем. Если одного раза бандитам хватило, спокойно вернемся домой. Если полезут снова — переждем, пока им в доме сидеть не надоест. Или уйдем к запасному схрону.

Завтракали кашей. Потом чистили автоматы и, по настоянию Крота, чинили одежду и обувь. Штык не отказал себе в удовольствии помыться в горячей воде. Грач и Хвост подняли катамаран на платформу, подтащили к «мыльне» снаружи, а Крот вытащил им шланг с наконечником из резервуара со сжатым воздухом. Воздух в резервуар постоянно нагнетал насос, работающий благодаря разнице температур термального источника и холодной воды в озере. Давление Крот использовал в основном для подъема горячей воды с глубины и подачи ее в кран «душевой» комнаты. Но этим же давлением можно было подкачать и катамаран.

Буль и Хомяк убирались внутри дома, а после короткого обеда все той же кашей Крот уложил Буля на нижний ярус нар и принялся гладить его по ногам каким-то красным пластичным куском то ли глины, то ли смолы. Через несколько минут этих манипуляций, лицо Буля покраснело и покрылось каплями пота, а на коже вокруг черных полос начало выступать черное кремоподобное вещество. Крот обтирал ноги Буля тряпкой, вымоченной в каком-то растворе, потом растирал насухо другой тряпкой и вновь принимался за свой странный массаж. Через некоторое время лицо Буля разгладилось, он зевнул, закрыл глаза и вскоре начал тихонько похрапывать.

— Вот так, — сказал Крот, присаживаясь за стол, — надо теперь делать каждый день. Тогда у нашего ефрейтора будет возможность сохранить ноги.

Штык, погруженный в свои размышления, лишь слабо кивнул в ответ.

Тощий шел торопливо, иногда останавливаясь, чтобы свериться с картой. Если бы не она, мародеру вряд ли удалось бы уйти так далеко. Толик здорово разозлится, когда обнаружит пропажу, ведь он так заботливо отметил на карте почти все обнаруженные на пути к озеру аномалии и прочертил безопасный путь. Злорадная ухмылка скользнула по губам Тощего, но тут же исчезла. Оглядываться в ожидании погони он перестал уже пару часов назад, когда убедился, что его уход остался незамеченным, но страх перед братьями-главарями ледяным комком сидел в груди.

Карман куртки Тощего увесисто оттягивали болты и гайки, которыми мародер постоянно проверял местность впереди. Пусть он не умеет, как Чуб или Якудза, определять аномалии, но тоже не первый день в Зоне, хотя очень надеялся свалить из нее в самое ближайшее время. Только вот заберет артефакты, что встретились, когда банда направлялась к линяющему лесу, а потом доберется до Периметра.

Ему одному барыша с артов вполне хватит, чтобы уехать подальше от Зоны и осесть в каком-нибудь провинциальном городишке, где Толик с Киргизом не смогут его найти. Начинало темнеть, идти становилось все труднее. Надо было устраиваться на ночевку. Тощий вышел на небольшую полянку и огляделся в поисках подходящего дерева, на котором можно было бы устроиться на ночь.

— Замри, сука! — Раздавшийся справа, из-за кустарника, незнакомый голос едва не заставил Тощего подпрыгнуть. — Руки подними!

Мародер послушно выполнил приказ. Он не видел говорившего, но был уверен, что стоит только выказать неповиновение, как тут же последует смертоносное наказание.

— Оружие и мешок на землю! Быстро, я сказал!

Тощий скинул с плеча автомат, снял вещмешок и сложил их под ноги.

— Слышь, братан, — начал дрожащим голосом мародер, — я тебе ничего плохого не сделал. Выходи, потолкуем. Есть закурить?

— Я с мразью не курю, — резко ответил неизвестный.

И Тощий почувствовал, как от страха у него немеют ноги. Кусты затрещали, и мародер боязливо скосил глаза на пленившего его человека. Увидев форму военных сталкеров, Тощий не смог сдержать вздоха облегчения: вояки без нужды не стреляют. Если им не сопротивляться, то максимум, что грозит, — это принудительный вывод за Периметр и небольшой срок в тюрьме. А может, и вообще отпустят, если поплакаться как следует да на совесть с жалостью надавить. Уж душещипательных историй Тощий знал воз и маленькую тележку. Только настораживало, что вояка один…

Словно в ответ на его мысли на полянку из-за деревьев стали выходить остальные военсталы. Пленивший Тощего постоянно держал мародера на прицеле.

— Эй, командир, я тут Гондураса отловил, — сказал он, когда люди в камуфляжных костюмах окружили их со всех сторон.

— Ну, медаль тебе за это, — безразлично проговорил невысокий, коренастый мужчина, пристально рассматривая Тощего. Потом сказал, чуть повернув голову в сторону: — Обустраиваем стоянку, заночуем здесь. Этого обыщи и привяжи к дереву, после ужина потолкуем.

Через пять минут Тощий стоял, прижавшись спиной к сучковатому стволу, с заломленными назад руками и связанными запястьями. Мародер наблюдал, как вояки выставляли охранный периметр, оставив при этом пленника за его пределами, разводили костер, готовили еду. Все это получалось у них лишь немногим более слаженно, чем у мародеров. Тощий даже испытал некую странную гордость за свою банду, из которой сбежал всего несколько часов назад.

Потом военсталы перекусили и, выставив охрану, расположились на отдых, а их командир в сопровождении парня, захватившего Тощего, подошел к мародеру.