Чтение онлайн

— Госпожа, вы хотели что-то мне сказать? — спросила я ее.

— Морвен из Ламары, — коротко, но почтительно кивнула она мне. — Во время схваток, о которых говорил господин целитель, было немного темной крови.

— Ясно…

Мне действительно становилось ясно, что с Амелией. Только было неясно, почему же медлит целитель.

— Господин, а какие лекарства и эликсиры в последнее время получала наследница? Можно мне ознакомиться со списком? — попросила я его.

Мне нужно было исключить прочие причины, прежде чем поставить диагноз. Силы! Как это раздражает: не знать ничего достоверно, а только строить догадки на основе симптомов и косвенных признаков. Неужели так себя чувствуют обычные медикусы? Теперь я в полной мере ощутила это на своей шкуре.

Целитель неохотно протянул мне сшитые в тетрадь листы бумаги для заметок, где аккуратным почерком, с датами и дозировкой перечислялись лекарства, которые принимала наследница.

Я бегло просматривала, как вдруг взгляд зацепился за одно название. Я перелистала записи за последний месяц, снова и снова встречая это назначение. А в последних записях встретила еще кое-что.

— Волчеягодник? Но, Силы, зачем?! — воскликнула я в неописуемом шоке. — И солодка.

— Что вас так удивляет? Это обычное средство от отеков, — ответил Шимус. — А солодка используется от утренней тошноты.

Я просто не находила слов, которыми могла бы назвать этого коновала с дипломом Целителя.

— Вы… болван, господин Шимус, — наконец выдавила я. — Разве вы не знали, что волчеягодник постепенно накапливается, и его нельзя давать так долго и в таких количествах? А солодка только усиливает действие. А вместе они вызывают сокращение матки. В Хине куртизанки часто используют это средство, чтобы прервать нежеланную беременность, — сказала я.

Лично я бы назначила отвар можжевеловых ягод и толокнянку, и то с осторожностью.

— Что… что вы говорите? — опешил Шимус, но быстро взял себя в руки. — Не может быть! Схватки быстро прекратились, а лекарство она и дальше продолжала принимать.

— Все потому, что началось отделение последа. Вот! — я схватила руку целителя и приложила к животу больной. — Разве вы не чувствуете напряжение? Там собралась кровь, матка напряглась и перестала сокращаться. Схваток не будет. Если не принять меры, то и госпожа, и ребенок умрут. А что делаете вы?

— Но позвольте! Я осуществляю энергетическую подпитку и даю лекарства, пока она сама не родит. Госпожа молода, здорова и способна сама справиться с этим. Женщины рожают детей испокон веков.

— Ну же! Проведите подробную диагностику! — требовала я.

Взгляд целителя стал отстраненным, когда он прислушивался к тому, что происходит в глубине тела пациентки. Наконец, он поднял глаза на меня, и выглядел он по-настоящему потрясенным.

— Вы были правы. И что теперь? — растерянно спросил он.

— Вы меня спрашиваете?

«Силы! За что мне все это?» Вот к чему приводит однобокая позиция Целителя. Об этом уже предупреждал Септимо, когда призывал студентов учиться искусству медикуса.

Если полностью полагаться на силы исцеления, в таких ситуациях становишься слепым и беспомощным. К тому же, с беременными пациентками Силу нужно применять крайне осторожно, и, очевидно, целитель это понимал.

— Господин целитель, я сейчас поставлю иглы, чтобы замедлить больной сердцебиение и облегчить дыхание. Тогда и ребенку тоже станет легче, — сказала я. — Завтра, когда окончится действие успокоительного, можно попробовать ускорить роды. Во время родов откроется сильное кровотечение, но, надеюсь, мы его без труда остановим.

Я попросила камеристку принести воды, вымыла руки и достала тонкие, не толще волоса, иглы, аккуратно пришпиленные к чистому куску ткани.

«Как хорошо, что она спит». Обычно пациенты из Империи, незнакомые с этим видом лечения, нервничают или отказываются от помощи. Выбрав точки, я поставила иглы, время от времени их подкручивая.

Чуть позже я проверила пульс у Амелии, убедилась, что ее состояние улучшается, извлекла иглы и попросила камеристку присмотреть за ее госпожой.

Шимус, который в начале воспринимал меня скептически, теперь явно стал мне больше доверять. Думаю, я спасла не только его карьеру, но и жизнь. Вернее, скоро спасу, как и две жизни. Я очень надеялась на это.

Что ж… надо было дожить до утра.

Как интересно складывается жизнь! Я довольно часто применяла иглы в своей практике, особенно в Рэнсе. Тот самый первый встреченный мною сид, которого я вылечила, тоже был исцелен не только благодаря моей Силе, но и иглами.

Если бы не господин Ли и его обучение… Надо было устроить ему ритуал поминовения, но я не знала, где здесь можно купить хинских бумажных денег для поминального возжигания. В Ламаре было не так уж много выходцев из мира Хины.

И… кое-кто еще нуждался в том же самом. Но я не хотела провожать его, как мертвеца. Я только хотела, чтобы он жил. Жил, несмотря ни на что.

Все варианты, которые я обдумывала… Даже если он никогда не встретит меня, даже если эта реальность перестанет существовать и Ламара падет. Я хотела, чтобы он был жив.

Мне выделили небольшую комнатушку рядом с покоями наследницы. Подозреваю, что это была комната прислуги или той самой камеристки.

Я не замедлила воспользоваться представившейся возможностью и, не раздеваясь, а только сбросив туфли, прилегла на кровать и забылась тревожным сном до утра.

Мне снилось, что я на вершине мира, там, где небо встречается с землей. Облака стелились так низко, что почти касались травы.

Я сидела, прислонившись спиной к корням гигантского дерева. Сверху упала тяжелая капля, и я подняла лицо наверх. Гигантский ствол, покрытый корявой и потрескавшейся корой и поросший множеством лиан и вьющихся растений, вздымался к небесам, а крона скрывалась где-то в облаках. Сверху свешивалась пара ветвей, усеянных красными плодами.

Рот мой вдруг наполнился слюной, и я, как ребенок, протянула руку наверх, хотя знала, что не дотянусь. Но дерево, как живое, в ответ на мою безмолвную просьбу опустило вниз ветви, усыпанные спелыми яблоками.