Чтение онлайн

Я просто засмотрелась. Однажды я уже делала подобную операцию лошади, но женщине — ни разу.

И вот, наконец, целитель держит ребенка на руках! Мальчик. Наследник этого мира и средоточие всех надежд правящей династии. Красно-синий, пятнистый от крови и совсем не помятый, как обычные младенцы, он неловко размахивал ручками и ножками, выгибаясь в руках у мужчины.

Тот прочистил носик и рот ребенка и шлепнул его. Наконец, младенец тихонько захныкал и господин Шимус передал его мне для диагностики, а сам занялся матерью, заканчивая операцию.

Я как завороженная смотрела на ребенка. Я уже видела этот светлый вихор на макушке, этот выпуклый лобик… Малыш открыл неопределенного цвета, как у всех новорожденных, глаза. Как вспышка, у меня перед глазами промелькнуло видение из давнего сна, в котором я и воин Янтрэ, в котором я узнала Мариуса, увозили младенца из захваченного врагом города. Это был он.

Картина несостоявшегося будущего на мгновение сложилась в моем сознании. В том варианте событий город пал, а я спасала наследника. Что стало тогда с его родными?

Я передала ребенка камеристке, стоящей наготове с чистыми пеленками:

— Ребенок здоров. Искупайте в теплой воде и перепеленайте, — велела я. — Надеюсь, вы уже нашли кормилицу?

— Да, все готово. Госпожа Твигги, прибыла герцогиня, — сказала Морвен, принимая ребенка. — Наместник Энны тоже скоро будет здесь. Извольте выйти и доложить.

— Хорошо.

Я уже повернулась, но тут произошло непредвиденное. Шимус чертыхнулся, поминая всех илонских и ромских обитателей нижнего мира. Случилось то, чего я опасалась — у больной открылось кровотечение. Очевидно, очищая матку от свернувшейся крови в том месте, где плацента отслоилась, Шимус задел какой-то сосуд. А, может, один из зажимов соскочил в месте разреза.

Я разглядела струйку крови, которая начала стекать, пропитывая простыни.

— Господин Шимус! Великое исцеление, срочно!

— А?! Что же делать? Что делать? — запаниковал целитель.

— Начинайте ритуал!

— Но я… как же? Я никогда не делал и не знаю… Только в теории. Может быть, лучше вы? — с надеждой уставился на меня Шимус, смаргивая пот, который стекал со лба в глаза.

Мысли лихорадочно заметались в поисках выхода.

Она истечет кровью, пока мы тут препираемся. Надо остановить кровотечение, пока не поздно. У меня был с собой комплект для переливания, а за дверью находилась герцогиня, но я не была уверена, что ее кровь годится для Амелии. На проверку совместимости тоже уйдет время.

Прямо сейчас я не могла провести ритуал. Моя сила вернулась, но резерв был практически пуст, и не одну неделю будет наполняться естественным путем.

Больше не раздумывая, я запустила руку в свою сумку, нащупала артефакт стасиса и со всей дури шарахнула им об пол рядом с пациенткой и целителей, после чего отскочила подальше.

От артефакта начали распространятся эманации, видимые как обычным, так и магическим взором. Это было похоже на призрачный туман междумирья, который обволакивал и удерживал в своих цепких объятиях все, что окажется поблизости.

Господин Шимус, как марионетка, застыл в той же позе, в которой его застало заклинание. Капли крови, стекающие с простыней, остановились, так и не достигнув густого ковра на полу. Само время застыло в томительном ожидании.

Я с облегчением выдохнула. У меня было в запасе около двух часов, прежде чем Сила, заключенная в артефакте, иссякнет и время возобновит свой ход.

— Госпожа Твигги! — окликнула меня камеристка. — Вы выйдете с докладом? Я не знаю, что говорить в данной ситуации.

«Вот это выдержка!» Она оставалась спокойна во время операции, тогда как позеленевшая от тошноты служанка давно выбежала под надуманным предлогом. Впрочем, иных людей среди приближенных не стоило ожидать. Только тому, как она сглотнула, стало понятно, насколько женщина взволнована, хотя ни голосом, ни выражением лица она этого не выдала. Конечно же, она не хотела играть роль гонца с дурными вестями.

— Да-да. Идемте, госпожа Морвен. Не стоит заставлять герцогиню ждать, — сказала я ей, поспешно скидывая испачканную накидку и нарукавники.

На выходе я пропустила камеристку перед собой, и к ней тут же подошла герцогиня. Казалось, для нее сейчас существовал только внук.

Я в очередной раз поразилась, насколько Бригит Бла хороша собой. В фиолетовом полутрауре, не знаю уж по кому — мужу или настоящему советнику, — она поражала своим величием и красотой.

На голове — еще один плат из лилового шелка, скрывающий прическу. Ко времени года — золотое ожерелье со звеньями в форме крокусов, с аметистовыми и изумрудными вставками. Умело подобранный наряд и украшения оттеняли, а не затмевали точеную фигуру и тонкие черты лица. На ее фоне прочие придворные дамы из свиты просто терялись.

Она склонилась над внуком, внимательно его рассматривая.

— Ах… он настоящий воин, — улыбнулась она, когда малыш закряхтел, требовательно зачмокал и потянулся за пальцем, а потом завопил во всю силу своих легких, требуя молока. — Наша кровь. Морвен, отнесите его к кормилице, пока его крик не перебудил всех во дворце.

Про себя я подумала, что герцогиня имела в виду кровь настоящего отца Амелии, а не старого герцога. Наверное, ей удобнее было так думать. Настоящей симпатии между нею и Сиграном я никогда не замечала. Я видела их недолго, и только в официальной обстановке, но кое-какие выводы сделала.

Отослав камеристку вместе с ребенком, герцогиня обратила свое внимание на меня. Я повторно присела в поклоне, ожидая, когда мне разрешат подняться.

— Когда я смогу увидеть наследницу? С ней все в порядке? — спросила она, кивком разрешив мне подняться.

«Высокородные!» Сколько условностей. Она не называла Амелию дочерью. Прежде всего та была наследницей герцогства Ламара, а уж потом всем остальным. И так будет до тех пор, пока ребенка официально не объявят новым наследником, не раньше, чем через год.