Чтение онлайн

— Этот? — небрежным тоном спросил он, подбрасывая молот вверх левой рукой и ловя правой. — Мне его подарили.

Не ожидавший такого ответа Старший Шаман замолчал и лихорадочно принялся искать достойный ответ наглецу. А гном тем временем невозмутимо продолжил:

— Твои соплеменники, кстати, и подарили. Орки. Неделю назад мы повстречали полторы дюжины орков, возглавляемых одноухим орком… вернее бывшим одноухим.

— Это же Ухорез! — не смог сдержать удивлённого восклицания Младший Шаман. — Он исчез как раз неделю назад!…

— Почему бывшим? — поинтересовался Старший Шаман, окидывая гнома тяжёлым взглядом.

— Потому что теперь у него не осталось ни одного целого уха…, - охотно ответил гном, — да и головы как таковой — тоже не осталось! — добавил он, любовно поглаживая молот. — К сожалению, я не смог оставить им то, что они так горячо у меня просили взамен своих даров…

— Что же это? — полуспросил, полупрорычал орк.

— Жизнь, — коротко ответил гном. — Они так слёзно умоляли оставить им их жалкие жизни, стояли на коленях, а их главный безодноух даже пытался поцеловать мой сапог — вот этот, — и гном водрузил на бортик стены для всеобщего обозрения свою ногу, обутую в щегольской красный сапожек.

Эта последняя капля не то что переполнила чашу терпения орков, а разорвала её в клочья. Издав утробный вой, орки, совершенно забыв о дисциплине, без всякого приказа со стороны командования, неорганизованной толпой понеслись ненавистному Городу Людей и ещё более ненавистному гному. Ярость затмила им рассудок, они не обращали никакого внимания на отчаянные команды главнокомандующего, не думали ни о необходимости держать строй, ни о тактике и стратегии.

Хитрый гном довольно улыбнулся в густую бороду — очевидно, именно на такое спонтанное проявление ярости он орков и провоцировал. Заметив отогнутый вверх большой палец, который украдкой показал ему парень с копьём — дескать, ты молодец! — гном лишь еле заметно кивнул и крепче стиснул рукоять молота. Вовремя — орки были уже у подножия стены. Напирая друг на друга снизу, впиваясь в деревянную стену ятаганами и кинжалами, они принялись подниматься всё выше, вскоре они уже добрались до середины стены, причём скорость их движения всё возрастала, по мере того, как стена загибалась назад — чем дальше, тем сильнее…

— Странно, что они не ведут по наступающим солдатам стрельбу, — едва слышно пробормотал главнокомандующий. — Даже кипятком не пытаются облить, как обычно поступают крестьяне. Уж с крестьянами-то я повоевал достаточно. А эти защитники ведут себя… странно. Нестандартно. Они или вообще ничего не понимают в военном деле, или же готовят какой-то неприятный сюрприз…

Главнокомандующий зябко поёжился, преисполненный нехороших предчувствий. Он очень боялся того момента, которое рано или поздно настанет, и в ходе которого ему придётся сойтись в битве с равным противником. Исподлобья он всматривался в какие-то странные приготовления, которыми были заняты защитники. Каждый из них держал в руке какую-то ветвь с тёмно-зелёными листьями, и они явно чего-то ждали, внимательно глядя на парня с копьём…

Наконец, тот дал сигнал, махнув рукою — и десятки листьев оказались одновременно сорваны с ветвей и брошены в направлении нападающих. Оказавшись за пределами защитной полусферы, листья повели себя удивительным образом — каждый лист с треском разделился на полдюжины частей, быстро разлетающихся от него по весьма причудливым траекториям. С каждой из разлетевшихся частей произошло то же самое — и так несколько раз. Причём листья перестали быть безобидным капризом растительности, ибо из-за своей малой толщины они обрели остроту, сравнимую с остротою режущей кромки лучших клинков. В сочетании с высокой скоростью разлёта это обстоятельство сделало их крайне эффективным оружием для защитников и смертельно опасным — для атакующих.

К счастью для людей, опасность листья представляли лишь для нападающих, ибо защитную сферу они не пробивали, отскакивая от неё с сухим треском. Но даже самые лучшие доспехи, как правило, от листьев не спасали — ибо листья их пробивали влёт, как бумажные. Некоторые орки пытались отбивать летящие листья ятаганами, и иногда им это даже удавалось, если удар ятаганом приходится в плоскость листа. Но достаточно было ятагану встретить режущую кромку под острым углом, как от ятагана отлетал отхваченный кусок. Кроме того, орки вынуждены использовать, по меньшей мере, одну руку, чтобы удержаться на стене. Поэтому эффективно защититься от летящей отовсюду смерти было очень непросто.

Лишь один из орков, мастерски владеющий мечом, ухитрился отбиться от первой волны листочков. Но за ней последовала вторая, настигая уже дрогнувших и отступающих орков. Орк-мастер вогнал кинжал в стену, наступил на него ногой, схватил в каждую руку по ятагану, и приготовился до последнего защищать свою жизнь. Но этот маневр позволил ему прожить дольше соплеменников лишь на несколько мгновений.

Главнокомандующий всматривался в эту одинокую фигуру орка-мастера меча с отчаянной надеждой — ведь если бы ему далось отбиться и проникнуть за защитный купол… Тогда задачу штурма можно было бы смело считать по меньшей мере наполовину решённой. Но надеждам главнокомандующего не суждено было сбыться. В сторону орка-мастера оказались брошены сразу несколько листочков. Искушённый взор главнокомандующего разглядел во всех мельчайших подробностях, как отчаянно орк отбивается от них, но сравниться в скорости движений с листьями так до конца ему и не удалось. Один из них перебил лезвие ятагана примерно посередине, второй — пробил наплечную пластину, как картонную, а третий нанёс удар прямо в сердце. Орк медленно обронил клинки и рухнул наземь.

Шаманы прикладывали всевозможные усилия, чтобы защитить своих солдат от неожиданной атаки магическим оружием. Они кружились волчками, делали руками странные и сложные жесты, выплетая защитные заклинания. Старший Шаман настолько погрузился в эту работу, что даже не стал отвлекаться на то, чтобы утереть пиво, обильно смочившее его одежду, лицо, и заставившее слипнуться волосы гроздьями коротких сосулек.

Наконец Старший Шаман устало выпрямил спину, издав радостный возглас — и над ним появились три туманных шара. Он устало махнул рукой в направлении армии, штурмующей стену, и шары послушно устремились в указанном направлении. Достигнув толпы атакующих, они окутали фигуры трёх орков в средней линии туманными контурами, повторяющими очертания фигуры. Младший Шаман тоже закончил свой танец, но ему удалось сплести лишь один-единственный шар, да и то благодаря помощи Старшего Шамана. Этот шар, как и его предшественники, окутал фигуру одного из наступающих орков. Листья обрушились на туманные контуры… и оказалось, что они обеспечивают неплохую защиту. Листики отскакивали от них ничуть не хуже, чем от сферы, защищающей Город. Четвёрка защищённых контурами орков, повинуясь повелительному окрику главнокомандующего, устремилась на штурм Города.

Орки подбежали к стене и принялись синхронно и весьма сноровисто на неё взбираться. Вышло так, что трое из них находились со стороны стены, защищаемой парнем с копьём, а четвёртый — со стороны гнома. Троица орков поднималась по стене всё выше, синхронно взмахивая кинжалами, зажатыми в правых руках, и ятаганами в левых. Клинки позволяли им совершать подъём довольно быстро. Вот они, уже оказавшись почти у самой вершины, синхронно ухватились правыми руками за бортик стены, и главнокомандующему показалось, что задача выполнена, через мгновение они будут внутри.

Но внезапно перед ними выросла высокая фигура парня с копьём — и без промедления принялась действовать. Первый удар жалом копья пришёлся по руке крайнего справа орка, схватившегося за бортик, тут же за ним последовал второй — пяткой копья прямо в лицо орку, крайнему слева, уже вскакивающего на бортик. Третий удар не заставил себя долго ждать — копьё развернулось горизонтально над головой… и едва успело наперерез ятагану, в самый последний миг отразив удар орка, который находился в центре атакующей троицы. Орк вскочил на бортик, и человек выставил копьё перед собой, принимая на него удар орочьей ноги. Орк от боли в ушибленной ноге немного замешкался, и парень успел отскочить назад и развернуть копьё острием к орку. И на орка, стоявшего на бортике, обрушилась молниеносная серия колющих ударов.