Чтение онлайн

Поединок шёл как обычно — гномы наскакивали на принца, скалою возвышающегося в центре каменного круга. Наскакивали — и, словно камни из-под молота, отлетали за пределы круга, что считалось поражением. Сначала они атаковали принца по одному, потом по двое-трое… Бесполезно. Принц стоял, как скала. Вот, разминая могучие плечи, сквозь магический полог просочился внук главы клана Воинов. Он шагнул в круг — и показался хилым и низкорослым кустарником около могучего валуна. Сцепка рук, всё усиливающееся давление… Внук побагровел лицом, хватая открытым ртом воздух, тугие клубы его мышц были напряжены до предела — но сила рук принца, по которым змеились серебристые молнии магии, одолевала его силу. Принц нахмурился — он определённо не ожидал, что кто-то сумеет оказать ему заметное сопротивление. Злая усмешка появилась на его лице — и сухожилия внука захрустели.

Тем не менее, будь это обычный бой, внук легко бы справился с принцем — пара ударов в уязвимые точки заставили бы того рухнуть на пол и никогда больше не подняться. Но наносить удары в ходе Священного Поединка считалось бесчестьем. Приходилось полагаться в основном на силу и ещё немного — на ловкость.

Именно ловкость и использовал внук, неожиданным движением вырвавшись из захвата и взяв в свою очередь руку принца в захват. Тот не успел быстро опомниться и отреагировать, а опытный воин уже начал проводить свой коронный приём — бросок через бедро. Обычно после такого броска соперник кубарем катился за пределы круга. Однако принц не был обычным противником — его ноги оплела сеть молний, не давая им оторваться от земли. Хотя с места они всё же сдвинулись — и внук, упираясь сильными ногами в хрустящую и раскалывающуюся под его шагами каменную плиту, потащил соперника туда — к краю круга.

Но успел он сделать в этом направлении лишь три шага. На четвёртом сильный удар в спину заставил воина отпустить принца и рухнуть наземь. Внук тут же вскочил, и тяжёлый удар ноги принца пришёлся в пустоту. Но разъярённый принц останавливаться на этом не собирался. Растерянно уклоняясь от тяжёлого свистящего удара рукой, внук никак не мог решить, как ему действовать дальше. Следует ли ему уподобиться противнику, наносящему бесчестные удары — или проиграть?

Эти сомнения оказались роковыми — он пропустил удар ногой в живот. И хоть воин и успел как следует напрячь мышцы могучего пресса, спасая себя от фатальных повреждений — но сила удара была такова, что внука просто вынесло за очерченную границу. Он бы здорово расшибся, шмякнувшись оземь — но чьи-то сильные руки его подхватили, гася скорость, сохраняя от травм.

Грахель бережно опустил тело друга наземь, сверкнул глазами и решительно шагнул в круг. Глаза принца, изливавшие ярость, уставились на дерзкого соперника — но тот бестрепетно выдержал взгляд. И это окончательно вывело принца из себя.

— Мало того, что какой-то жалкий червяк осмелился меня сдвинуть, — прошипел принц, — так другой худородный червь осмеливается так на меня смотреть! Ты за это поплатишься!

Принц двинулся к Грахелю. Все правила боя им были отброшены. Ему хотелось дать выход бушующей в душе злости. Ему хотелось услышать хруст костей и предсмертный крик. Принц шёл убивать.

Грахель лёгким, танцующим движением ушёл вбок, пропуская удар принца мимо себя — бесчестный удар, но, достигни он цели, он стал бы очень действенным. Неожиданным рывком Грахель оказался сбоку принца, почти невесомым, как казалось со стороны, движением, положил руку тому на плечо… И только вспыхнувший букет молний по всему телу припавшего на колено принца спас того от вылета за пределы круга.

Принц утробно взревел, вскочил и обрушил на Грахеля серию неимоверно быстрых ударов, казавшуюся со стороны каскадом обезумевших молний. И лишь немногие опытные Воины понимали — достигни хоть один удар цели, он стал бы не просто решающим. Он стал бы смертоносным. И только самые опытные из опытных знали — чтобы избежать этой лавины ударов, никакой ловкости и никакого мастерства недостаточно. Для этого был необходим Дар. Дар Воина.

Грахель, будучи очень спокойным и собранным, сам не понимая как, ведомый чем-то высшим, угадывал направления этих ударов, уклоняясь от них скупыми движениями и ожидая подходящего момента для атаки. Вот он настал. Грахель метнулся под очередной удар принца, вписался в его движение, немного подправляя и усиливая его — и клубок ярко сверкающих молний с воем покатился по каменному полу через весь круг, оставляя в камне глубокие выбоины. Остановился он у самой границы круга, и сердце Грахеля радостно стукнуло. Хотя тело принца и находилось в пределах круга, правая рука упиралась в землю за его пределами. Согласно правилам, это уже считалось поражением.

Принц медленно поднимался на ноги. Его разум был не в силах осознать случившееся — как же так, неужели он проиграл? Он, принц, до сих пор не знавший ни в чём отказа! Его ярость не поддавалась описанию. И её сочетание с вложенной в тело принца магией могло привести к непредсказуемым последствиям.

Воздух ощутимо потемнел, сгустился — и с руки принца сорвалось Алмазное Копьё, скользнуло к Грахелю — и рассыпалось осколками, ударившись о вовремя подставленный Гранитный Щит. Но за этим заклинанием последовали другие, всё более мощные, всё более смертоносные, они направлялись к маленькой фигурке гнома…

Грахель был совершенно спокоен. В магии он был далеко не новичок — и поэтому без особого труда отражал все брошенные в него заклинания. Принц не был опытным магом и действовал в основном за счёт грубой силы — и поэтому в магическом поединке против Грахеля, хотя тот и был намного слабее, у него не было ни малейшего шанса. Грахель даже не просто отклонял заклинания, а разрушал их или направлял в каменный пол под ногами, чтобы они не зацепили никого из зрителей. Конечно, магический полог — защита надёжная, но мало ли… Улучив удачный момент, Грахель обратил заклинание Каменного Пресса против самого принца. Каменная глыба ударила того в живот — и принца, оставляющего за собой борозду в камне, отнесло за пределы круга.

Принц опустил руки — и поток заклинаний прекратился. Несмотря на ярость, затмевающую разум, он понял, что единственный вид поединка, где он может одержать победу над ловким и искушённым в магии противником — это соревнование в грубой силе. Принц широко раскинул окутанные сетью молний руки и двинулся к Грахелю, намереваясь заключить того в смертоносные объятья.

Грахель двинулся ему навстречу. В его душе звенел и бился настрой на победу. Он был уверен в своих силах — и был готов сражаться до конца. Рука принца змеёю скользнула к нему, и Грахель крутнулся, ловким движением пропуская её мимо себя, ухватил принца за руку, и приложил силу своих могучих рук — именно в том направлении, в котором надо… Каменный круг дрогнул от врезавшихся в него лопаток принца. Принц вскочил, сделал ещё одно загребающее движение рукой… На этот раз он врезался в круг плечом. Ещё одна попытка… На этот раз Грахель, выкрутив ему руку, не сразу бросил его на землю, а заставил пробежать несколько шагов до границы круга — и тут уж обрушил принца на землю. Причём принц упал за границей круга, а сам Грахель при этом оставался внутри, внимательно следя, чтобы не перешагнуть границу.

На этот раз принц не сделал немедленной попытки подняться. Грахель вскинул руки и повернулся лицом к тому месту на неистовствующих трибунах, где рядом с сохраняющим ледяное спокойствие королём сидела самая дорогая для него девушка. Как и требовал обычай, Грахель начал кланяться королю и поэтому не заметил, как нога принца взвилась в воздух и пнула его соперника под колено.

От неожиданной боли Грахель охнул, его нога подкосилась и он тяжело свалился набок. Чьи-то сильные пальцы впились ему в горло — и свет в глазах начал меркнуть. Словно сквозь толстый слой ваты до него донёсся девичий вскрик, полный отчаяния. Грахель попытался разжать руки принца, но у него совсем ничего не получилось — они даже не дрогнули.